Формула зла - Рик Мофина

– Конечно.

– Могу еще чем-то помочь?

– Нет. Огромное спасибо, Вэл.

Нити дождя стекали по окнам дома Сары.

Оставшись одна, она обхватила обеими руками керамическую чашку горячего чая в тщетной попытке согреться и побороть леденящий душу ужас. Бросила взгляд на кубок, украшенный ярким лозунгом: «Лучшая мама на свете». Кэти смастерила этот подарок на уроке рукоделия в «Санни дейз».

Затем Сара взяла альбом для рисования, лежавший на кухонном столе, и открыла рисунок, запечатлевший Анну и Кэти на скале.

У нее вырвался всхлип.

Зачем Кэти нарисовала эту картинку? Может, хочет признаться?

Сара вновь вспомнила о детективах, Пирс и Бентоне, сидевших за этим столом совсем недавно. Они приезжали поговорить с Кэти. Заверили, что речь о простой формальности, но принесли документы, предложили несколько вариантов беседы и так тщательно соблюдали правила, словно готовили почву для уголовного дела.

Что им известно?

Впрочем, с тех пор копы не давали о себе знать.

Сара подтянула ноутбук ближе к себе, вошла в Сеть и несколько минут изучала сайты новостей и посты в соцсетях. Затем перешла на страницы людей, распространяющих слухи и теории заговора, связанные с ее темным прошлым.

Похоже, ничего нового.

Сара вновь взглянула на рисунок дочери.

Считается ли он доказательством? Может, лучше сжечь его? Или нанять адвоката, – но он мне не по карману. С кем посоветоваться? Что делать?

Она закрыла лицо руками.

Надо посмотреть правде в глаза.

Взгляд Сары метнулся к потолку.

Правда прячется там.

Она вышла с кухни и через несколько секунд оказалась на втором этаже, глядя на закрытую дверь в конце коридора, за которой скрывались ступени, ведущие на чердак.

Сара терпеть не могла туда подниматься, зная, что ждет наверху.

Замерев как вкопанная перед закрытой дверью, она бросила взгляд на татуировку на запястье и потерла его. Тревога из-за дурных мыслей Кэти пробудила мрачные воспоминания.

…Дождь… боль… крик…

Она развернулась и побежала вниз.

Глава сороковая

Сиэтл, штат Вашингтон

– Никогда не забуду тот день… – зазвучал голос Стефани Лил с видеозаписи, воспроизводящейся на ноутбуке Райана Гарднера. Лил говорила о Магде Курц, с которой училась в старших классах.

Вот оно. То, что нужно.

Райан поставил ролик на паузу и прошел на кухню, приготовил бутерброд с ветчиной и сыром, налил стакан молока и вернулся за рабочий стол. Во время перекуса просмотрел документы в папке, которые хранил вместе с другими материалами, собранными Джули Картер, журналисткой из Монтаны.

О Джули Райану рассказал коллега из «Эл-Эй таймс», знавший о его охоте на Магду.

– Работала фрилансером в Биллингсе. Дальняя родственница моей жены, – сообщил по телефону репортер Дэн Морден. – Писала для нас и других изданий. Когда Магду и ее мужа арестовали, приступила к очередной статье. Джули удалось разыскать почти всех знакомых пары. Она планировала продать статью в журнал «Нью-Йорк таймс», а потом опубликовать книгу на ее основе.

– Она писала мне на электронную почту, но мы ни разу не общались, – признался Райан. – А почему ты говоришь о ней в прошедшем времени?

– Через несколько месяцев после начала работы Джули отправилась в поход в национальный парк Глейшер. И не вернулась. Ее загрыз медведь.

– Боже. Какой кошмар! – ужаснулся Райан.

– Не то слово. В общем, Джули так и не закончила статью, но провела большое исследование. Вот только оно до сих пор не опубликовано. Я вспомнил о тебе и решил помочь.

Дэн связался с отцом Джули и договорился, что Райан ему позвонит. Услышав рассказ о Кэрри и ее подруге Уиллоу, отец погибшей журналистки согласился передать материалы.

Пару недель спустя Райан подъехал на арендованном авто к скромному дому в Биллингсе. Отец Джули Бутч Картер, сварщик на полставки, похожий на потрепанного жизнью боксера, подвел его к гаражу. Дверца поднялась, и Райан увидел два пластиковых контейнера с судебными протоколами, показаниями, стенограммами, записными книжками, документами, флешками, газетами и другими полезными материалами.

Картер помог гостю поместить контейнеры в арендованный джип, затем пожал ему руку, а другой похлопал по плечу. В глазах безутешного отца читалась скорбь, но он все-таки выдавил из себя улыбку.

– Джули была бы рада, узнав, что ее дело продолжится. Доведи его до конца, сынок. Ради всего святого.

Много лет Райан изучал материалы, собранные Джули, добавляя к ним сведения, добытые за годы поисков Магды и ее дочери, где бы те ни были.

Сейчас, доедая бутерброд, он вновь мысленно пробежался по всем пунктам.

Так. Не уверен насчет Шерри Эверс из аптеки в Такоме. Хотя удаление шрамов – обычное дело. А также насчет Сары, официантки из закусочной «Джет-таун». Ведь я уже столько раз ошибался. И эта женщина из Редмонда… Я здесь еще не закончил.

Допив молоко, Райан вытер губы тыльной стороной ладони. Затем, по репортерской привычке, пробежал глазами местные новости, чтобы не упустить ничего важного. Чиновники обсуждали план строительства высокоскоростной магистрали между Сиэтлом и Ванкувером. «Сихокс» искали нового квотербека. У парома загорелся двигатель: к счастью, никто не пострадал. Девушка из Сиэтла погибла, делая селфи в парке к востоку от города. К тексту прилагалось фото жертвы, семнадцатилетней Анны Шоу, а также несколько снимков бригады скорой помощи, полицейских и шокированных родителей.

Мне кажется или вот эта женщина смахивает на официантку из «Джет-таун»? Трудно сказать наверняка. Райана одолевали сомнения. На секунду он задержал взгляд на матери со снимка. Потом решил, что ему померещилось. Он прочел последнее примечание, в котором говорилось, что смерть Шоу предварительно признали несчастным случаем, но расследование продолжается.

«Любопытно», – подумал Райан, после чего вернулся к документам Джули Картер и ее беседе со Стефани Лил, учившейся с Магдой в старших классах.

– Мы пришли на первый урок физкультуры, – рассказывала Лил на записи. – Расселись на полу. Двадцать пять девчонок. Наша учительница мисс Маккой говорит: «Слушайте внимательно. Как только я свистну, каждая из вас должна быстро встать, коснуться всех четырех стен и вернуться на свое место». Она свистит, все вскакивают, начинают метаться по залу и трогать стены. Но не Магда.

– А она? – уточнила Джули.

– Бежит через спортзал по диагонали, касается сразу двух стен в одном углу, затем бежит в другой конец зала и касается обеих стен в другом углу. После чего садится и ждет, глядя, как все остальные носятся из стороны в сторону и шлепают то по одной, то по другой стене.

– Что сказала учительница?

– Когда мы, измотанные и запыхавшиеся, закончили и снова расселись на полу, мисс Маккой улыбнулась Магде и сказала: «Такая есть в каждом классе». Никогда не забуду, как Магда презрительно ухмыльнулась, словно ощущая свое