Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

– Включая мое согласие хорошенько дать этой монашке под зад.

Глава 23

В нескольких километрах к востоку от Висбадена месяц висел над опушкой леса и освещал верхушки деревьев и старую недействующую мельницу, через каменный подвал которой протекал ручей. В доме горел один-единственный огонек.

Было сильно за полночь. Снейдер сидел в своей гостиной в удобном кресле для чтения и, уставясь на сумеречный свет, покачивал в руке стакан томатного сока с перцем, солью, табаско и внушительной порцией водки. Это был уже третий его стакан. Тишину в доме нарушало только постукивание кубиков льда. Окно было открыто, в лесу ухал филин, и жестяной петух на каминной трубе плавно поворачивался на ветру.

Под книжной полкой Снейдера приглушенно светила единственная лампа. Рядом дымились две ароматические палочки, распространяя сладкое благоухание.

– Тоже водки? – спросил Снейдер своего визави.

Мужчина молчал. Он сидел в удобном кресле, закинув ногу на ногу, одна рука на колене, другая на подлокотнике. Из-за света за спиной лицо его находилось в тени, был узнаваем только силуэт, растрепанные волосы и темный костюм. За ним поднимался дым от палочек.

– Значит, без водки, – пробормотал Снейдер. – Сигарету? – Он протянул мужчине коробочку с самодельными косяками. – Я так и думал. – Снейдер убрал руку, зажег самому себе сигарету, сделал глубокий вдох и медленно выпустил дым через нос. По комнате поплыл знакомый сладкий запах.

Напряженные затылочные мышцы Снейдера начали расслабляться. Зажав сигарету в уголке рта – она красной точкой светилась в темноте, – он открыл свой набор с акупунктурными иглами, вытащил самую длинную и воткнул ее в татуировку в виде точки на тыльной стороне ладони между большим и указательным пальцами.

У Снейдера дергалось веко. Он покрутил иглу и «вытянул» боль из точки выхода нерва. Проклятые кластерные атаки! Всему виной рев вертолетного двигателя во время обратного полета. Лучше всего помогал чистый кислород, но Снейдер не хотел ложиться в постель с кислородной маской. Пока нет. Приступ только начался, с кислородом он подождет до того момента, когда боли станут невыносимыми.

– Спасибо, что вы так быстро нашли время, – пробормотал он, не поднимая глаз. – Вы наверняка уже задавались вопросом, зачем я пригласил вас сюда. – Он затянулся косячком, повернул иглу и застонал. – Я хотел бы поговорить с вами о Вальтере Граймсе. – Ему показалось, что его гость кивнул.

Два часа назад я получил результаты вскрытия Граймса. Старый мерзавец был здоров как бык. В пятницу утром он прибыл скоростным поездом из Браунау в Висбаден и прямиком направился к старой лакокрасочной фабрике, где дал себя связать и убить. Наверняка не по доброй воле, как показали кляп и следы на его запястьях. Однако несколькими часами ранее он один сидел в поезде, как подтвердили нам свидетели и видеозаписи с камер наблюдения. Вопрос: кто вызвал его сюда? И по какой причине? Есть какие-нибудь идеи?

Визави Снейдера слегка наклонил голову. Жест, который, видимо, должен был означать «А вы что думаете?». Подушка под ним заскрипела.

– Конечно, за этим стоит наша монашка. Но по какой причине он уступил ее желанию? Под каким предлогом она заманила его в Висбаден? Он вообще знал, что за этим стоит она? – Снейдер снова затянулся.

Мужчина выслушивал вопросы Снейдера с невозмутимым спокойствием.

– Между тем Телеком уже предоставил нам данные Граймса. В последние дни перед своей смертью он часто разговаривал со Швейцарией. Всегда один и тот же абонент. Наш ИТ-отдел еще анализирует эти данные. – Он сделал паузу. – Зено живет в Швейцарии? Как вы считаете?

Молчание.

– Я знаю, что вы думаете, – наконец сказал Снейдер, вытащил акупунктурную иглу из ладони и одним залпом осушил стакан с водкой. – Это бессмысленно, я должен изменить свой метод «визионерского видения», – пробормотал он. – По крайней мере, в этом случае. Здесь он не работает. – Он разгрыз кубик льда. – Проклятая монашка. Книга за семью печатями.

Мужчина вознаградил слова Снейдера одобрительным молчанием.

– Хотя это было не очень содержательно… спасибо, что уделили мне время. – Снейдер взял телефон и написал эсэмэс:

«Можете его забрать».

Через несколько секунд перед домом Снейдера открылась дверь автомобиля. Через оконную занавеску коротко вспыхнули задние фары, затем яркий свет озарил площадку перед домом. Там стоял черный лимузин похоронного бюро.

Снейдер протянул руку и щелкнул выключателем напольного торшера.

Напротив него в кресле на пленке из пластика сидел Вальтер Граймс в темном костюме.

Лицо и голова трупа были разъедены кислотой и выглядели обезображенными, как размазанное яйцо всмятку. Казалось, что Граймс улыбается, оскалив зубы.

Тремя годами ранее

В горной хижине в Тирольских Альпах Грит Майбах стояла напротив Томаса Шэффера. Она направила оружие на преступника – а он на нее ствол своего «глока».

Патовая ситуация. И все лишь потому, что она промедлила и не выстрелила сразу. Причиной было красное родимое пятно у него на лице, момент шока, когда она увидела его вживую. Оно действительно выглядит точно так же, как мое. Грит заставляла себя не смотреть на родимое пятно, а следить за пальцем на спусковом крючке его пистолета.

Однако она заметила, что Шэффер тоже уставился на нее с удивлением.

– Я не собираюсь нажимать на спусковой крючок, – солгала она. – Давайте поговорим разумно – как солдат с солдатом.

– Что мне с вами обсуждать? – Несмотря на все выпитые банки энергетика, его голос звучал спокойно. – У нас нет ничего общего.

– Вы ошибаетесь. – Она назвала ему дату своего рождения. Может быть, сейчас это было преимуществом.

– Что за подлая уловка? Стрелков этому сейчас учат на курсах горной психологии?

Значит, он знает мою специализацию, – подумала Грит. Тогда он, вероятно, в курсе, что она без колебаний застрелит его, чтобы спасти собственную жизнь и, прежде всего, жизнь других. Горных стрелков не учат пощаде. Для этого дирекции земельной полиции нужно было отправить взвод полицейских с переговорщиком.

Не выпуская Шэффера из вида, Грит огляделась в хижине. Краем глаза она заметила, что оконные ставни закрыты. Значит, полковник Айхингер не сможет увидеть, что присходит в комнате.

Кроме кровати, на которой Шэффер, видимо, лежал с анораком вместо подушки, шкафа и открытого камина, где потрескивали поленья, в хижине ничего не было.

Спартанское убежище для патруля в военной закрытой зоне. За спиной Шэффера на веревке висели футболка, свитер и дождевик.

– Ну что теперь? – У него был легкий баварский акцент. – Сколько вас?

– Я одна, – солгала Грит.

Шэффер улыбнулся. Конечно, он