Искатель, 2011 №2 - Станислав Васильевич Родионов

Серафима опустилась на стул подкошенно:

— Ребята, извините меня...

— Что случилось-то? — повысил голос Эдик.

— Взяла я в магазине пять килограммов сосисок. Несу, а на улице меня догоняет старушка и говорит: «Не ешьте их, разве вы не знаете, что в сосиски кладут вещество, которое применяют в моргах для консервации покойников?» А я только сейчас эту старушку вспомнила.

— Ничего, мы бы съели, — сказал Макарыч.

Разговоры о птицах, о смерти Петра, о сосисках для покойников, лишили наше застолье легкости. Я знал, что мы заговорим о судьбе. Видимо, мысль о гибели от сосисок этот разговор приблизила. Где-то под своими русыми патлами вздохнул Леха:

— Есть присказка — от сумы да от тюрьмы не зарекайся. Вернее будет так: от своей судьбы не зарекайся.

— Судьба — это рок, фатум, — сказал Эдик.

— Ничего подобного: судьба — это то, что на роду написано, — сообщил свою версию Макарыч.

— Нет, братцы: судьба — это удача, — высказался Леденцов.

Я думал о себе. Какие бы кривые тропинки я ни выбирал, от чего бы я ни увиливал, куда бы ни сбегал от трудностей, судьба всегда возвращала меня к началу, давая возможность все повторить уже без ошибок. Мелочь, но необъяснимо: насколько я прибеднялся открыто и мысленно, ровно настолько судьба меня и урезала.

— Судьба зависит от замужества, — изрекла Серафима.

Все ждали моих слов, будто следователь прокуратуры обязан знать все. Кое-что о судьбе я уже знал:

— По-моему, судьба — это месть за плохое и благодарность за хорошее.

— Мы с судьбой в расчете, — хмуро и трезво заявил Эдик.

— С судьбой рассчитаться невозможно, — возразил я.

— Почему же? — неодобрительно отозвался Макарыч.

— Потому что судьба — с когтями, — отрезал я убежденно.

Мои реплики не нравились. Судьба неотвратима? Им хотелось все забыть и начать с чистого листа. Я свою мысль развил:

— Ребята, жизнь идет под откос с того момента, с которого замыслы судьбы не совпадают с вашими замыслами.

— А как узнать замыслы этой самой судьбы? — резонно заметил Леха.

— Прислушиваться к своему сердцу, — посоветовал я, потому что ответа на этот вопрос не знал.

Видимо, наш печальный разговор углубился бы и мы самостоятельно дошли бы до таинственного понятия «уравнивание судеб», но Леденцов уронил вилку на пол.

— Женщина придет, — вспомнила Серафима народное поверье про упавший предмет женского рода.

— Машина приедет, — уточнил Леденцов, глянув на часы и поднимаясь.

— Ты куда? — насупился Эдик. — Еще водки навалом...

— И чай не пили, — поддержала Серафима.

— Ребята, у меня через два часа самолет. Спасибо. Для меня это был не только дружеский ужин, но и отвальная. Сергей знает...

— И куда же ты отваливаешь? В засаду? — пошутил Леха.

— Оперативная работа, — понимающе сказал Макарыч.

— Наверное, дежурство, — предположил Эдик.

— Ребята, он летит на Северный Кавказ в составе оперба-тальона, — вмешался я.

Началась суматоха. Сначала расспросы, потом советы. Серафима соорудила огромный мешок еды.

И мы сели за стол в последний раз. Я сказал:

— Боря, под пули зря не лезь.

— Не ходи без бронежилета, — порекомендовал Макарыч.

— Верь в свою судьбу, — философски подсказал Эдик.

— Опер, пей водку, она обеззараживает воду, — житейски заметил Леха.

Серафима зажала в ладонях его желтую голову и поцеловала...

Под окном засигналила машина. Леденцов плеснул себе в рюмку, поднял ее и сказал, прощаясь:

— Ребята, пожелаю вам теплого хлеба, прохладной воды и горячих друзей.

На улице мы с ним обнялись. Горестное чувство захлестнуло меня. Я верил в его судьбу и знал, что он вернется живым и невредимым. Также я знал, что горечь разлуки постепенно переходит в тихое и прекрасное чувство — печаль.

Алексей ШОЛОХОВ

ОДИН ЗВОНОК

Центр мобильной связи «Ретромобайл» расположился у входа в космопорт. Люди бежали на посадку или уже прилетели, но тоже спешили домой, поэтому никто не обращал внимания на сине-желтое одноэтажное здание.

Андрей Терентьев остановился у светящейся вывески салона. «Тарифный план «Один звонок» изменит вашу жизнь до неузнаваемости». Терентьев улыбнулся — в изменение жизни с изменением тарифного плана верилось с трудом. Жанна должна была прилететь на трехчасовом экспрессе, но она опоздала и теперь прилетит на пятичасовом. Нужно было как-то скоротать несколько часов. Центр мобильной связи мог помочь в этом.

Парень вошел в прохладное помещение салона. Продавец, сидевший на барном стуле у ресепшен, подскочил, как только в магазине появился возможный покупатель. Дежурная улыбка засияла на полном лице.

— Здравствуйте. Могу я вам чем-нибудь помочь?

Андрей понял, что перед ним андроид. Человекоподобные машины уже лет пятьдесят заменяли людей в сервисе. Продавцы, обслуживающий персонал в отелях, официанты... даже кассиры в космопорту были андроидами.

— Наверное, нет, — Андрей виновато улыбнулся. — Я хотел бы просто посмотреть.

— Ну что ж, — продавец потер руки, — у меня есть такая функция.

— Простите? — не понял Андрей.

— Я могу не только продавать, но и проводить экскурсии. Вот, например, во втором зале представлены аппараты и тарифные планы, используемые лет сто назад. Это может заинтересовать вас?

«А куда я спешу?»

— Думаю, что да.

Они прошли в зал, вдоль стен которого стояли стеклянные витрины.

— С чего хотели бы начать?

— С начала, — Андрей показал на ближайшую витрину.

— На первой экспозиции представлены аппараты-пионеры.

Андрей вопросительно посмотрел на экскурсовода-продавца.

— Ну, они были первыми, — пояснил тот. — К примеру, Dy-naTAC 8000Х, произведенный фирмой Моторола еще в 1973 году...

Терентьев присвистнул.

— Да-да. Сто двадцать семь лет назад. Он был самым первым и ни черта не умел, кроме как звонить.

— А что, разве телефон что-то еще должен уметь?

— О-о! Да вы что?! К первой четверти прошлого столетия телефоны разве что ужин не готовили.

Андрей вгляделся в огромную трубку.

«Монстр. Чуть меньше холодильника».

— Телефон весит 794 грамма и имеет размеры 33×4,4×8,9 см. Заряда аккумуляторов хватает на восемь часов работы в режиме ожидания или на один час в режиме разговора. В розницу телефон стоил около четырех тысяч долларов.

Андрей снова присвистнул.

— Да это же цена билета на экспресс «Земля — Марс»!

— Причем туда и обратно, — улыбнулся андроид.

— Да, не жалели денег в прошлом.

— Итак, вернемся к истории. В 1989 году был выпущен сотовый телефон Motorola MicroTAC, микрофон которого помещался в откидывающейся крышке. Этакая псевдораскладушка.

— Псевдораскладушка?

— Нуда. Были телефоны классические — моноблоки, раскладушки, псевдораскладушки, слайдеры, ротаторы, Dualhinge, браслеты, Lipstick. Из всего этого обилия в наши дни пользуются большим спросом только Lipstick. Кстати, я