Бегство в пустоту - Александр Чернов

Девушка, наблюдавшая за мной в зеркало заднего вида, опустила стекло на дверце, высунула руку и, не оборачиваясь, махнула мне рукой, призывая покинуть свой автомобиль и сесть в ее. Давненько мне не махали вот так рукой как собачке. Наверное, с тех самых пор как в пятом классе Танька Потоцкая, которая мне очень нравилась, не махала вот так же рукой, требуя, чтобы я тащил следом за ней ее портфель до дому. Ну, что ж, вспомним детство и одноклассницу Таньку.

Я покинул свою машину и, как было указано, сел в автомобиль девушки на переднее пассажирское сиденье.

Ксения снова переоделась. По все видимости, барахла у нее в доме родителей завались. А может быть, она в своей машине чемодан со шмотками возит и переодевается, как только выдастся свободная минутка. На сей раз на ней были блекло-голубые джинсы, на которых было больше прорех, чем ткани, и топик – куда уж без него – сероватого цвета и открывающий пупок. На ногах, правда, все те же белые кроссовки.

– Что за новости от Ильи? – спросил я, прикрывая за собою дверцу.

– В общем, – интригующе постреливая прекрасными глазками, проговорила девушка, – не так давно Илья звонил маме. Я сразу же перезвонила тебе, но ты не ответил.

Ксения была взволнована, от чего на щеках выступил румянец, и кожа была такой нежной и гладкой, что так и манила прикоснуться к ней и проверить, натуральная ли она, или как у силиконовой куклы? Я, забыв обо всем на свете и даже об Илье, не удержался и провел тыльной стороной пальцев по щечке Ксении. Натуральная, а ощущения непередаваемые. Я тоже взволновался, но по иной причине, чем Ксения, и как зачарованный, выставив перед собой руки, потянулся к ней.

– Ты что, сума сошел?! – охладила мой пыл девушка, сверкнув очами. – Что подумают соседи? Что дочка Леденевых совсем стыд потеряла и возле дома родителей зажимается в машине с мужиком?

Вытянутые было для поцелуя губы пришлось втянуть обратно. Ну и руки, соответственно, убрать.

– Умеешь ты обломать, Ксюха! – хмыкнул я. – Напрочь охоту к бабам «подкатывать» отбила.

– Ну что ты, потерпи до вечера, – многообещающе улыбнулась Ксения и тоже потерла свою ладонь о мою щеку. – Если хочешь, можем поехать на ночь ко мне.

– Время покажет, – сказал я свою любимую поговорку и вернулся к насущной теме: – Так что там за новости от Ильи?

– В общем, – отбрасывая шаловливый тон, проговорила девушка, – Илья позвонил маме. Он растерян, не знает, что делать, пребывает в депрессии. По всей видимости, не без этого, – Ксения сделала красноречивый жест, стукнув себя пальцами по горлу. – Назвал адрес. Я взяла у мамы телефон, пообещала Илье подъехать. Будем решать, что делать… Ты со мной?

Я с готовностью ответил:

– Конечно! Где он находится?

– Почти на другом конце Москвы. Туда, за Северным Административным округом. Какой-то друг его по старой работе дал ему ключи от дачи, вот там Илья и прячется.

– Но точный адрес-то знаешь? – уточнил я.

– Знаю. Я уж вон, – девушка кивнула на телефон, прикрепленный к передней панели автомобиля, – его в навигатор забила. Ехать час двадцать.

– Ну что ж, отлично. Поедем на твоей машине или на моей?

– На моей, – категорично сказала девушка. – Если твою машину Илья увидит, то еще сбежит. Я ему не говорила, что с частным сыщиком приеду. Сказала, прибуду одна.

– Поехали, – предложил я и стал деловито пристегивать ремень безопасности.

Ксения завела двигатель автомобиля, и мы плавно тронулись с места.

В этот раз решили перекусить в «Бургер Кинг», но внутрь здания попавшегося на пути ресторана быстрого питания заходить не стали, а подъехали на машине к окошку, где обслуживают автомобилистов, взяли пару бургеров, картошку-фри и кофе. Немного отъехав, поели прямо в машине.

Долго ехали по МКАДу, потом по району Северный, миновали Долгопрудный и еще несколько поселков, мчались какое-то время наперегонки с электричкой, затем свернули вправо на дорогу, идущую через лес. Вековые деревья, сплетаясь кронами, уходили ввысь, образуя над дорогой живописный туннель. Дорога была хоть и асфальтная, но с ухабами, поэтому ехали некоторое время как по волнам. Вскоре выехали к дачному поселку, окруженному со всех сторон лесом.

Я за навигатором не следил, полностью полагаясь на Ксению, которая по нему и ориентировалась. Проехав пару улиц по поселку, мы въехали на улицу Весеннюю и возле третьего дома слева остановились. Как я заметил, в дачном поселке капитальных строений было немного, в основном преобладали каркасные дома и дома из бруса. Все говорило о не очень высоком материальном положении жителей поселка.

Дом, возле которого мы остановились, также был из бруса – двухэтажный, примерно метров сто двадцать общей площадью. Участок был обнесен забором из профлиста, подъезд к дому обсыпан гравием.

Покинув автомобиль, мы подошли к калитке, располагавшейся рядом с воротами, и в нерешительности остановились. Кнопки звонка видно не было. Я надавил на калитку, и она открылась. Мы с Ксенией ступили на участок. Он был приличным соток пятнадцать, его центр занимал уже описываемый мною дом, справа располагалась большая теплица, слева – отдельно стоящая застекленная веранда, ну и кроме того, на участке был разбит сад, огород, росли плодовые кустарники. К дому, теплице и веранде были проложены обсыпанные гравием дорожки.

Мы прошли по издающему под ногами хруст гравию к дому, поднялись на крыльцо и ступили в прихожую, где располагалась лестница, ведущая на второй этаж, и три двери. Слева – в санузел, прямо и справа – в комнаты.

– Илья-а, – тихонько окликнула брата девушка.

Однако было тихо.

Мы потоптались некоторое время в прихожей, потом вошли в комнату, что располагалась за дверью прямо. Это была небольшая гостиная, продолжением которой являлась кухня. На диване напротив работающего телевизора, висящего на стене, спал мужчина.

– Это он, – сообщила Ксения, подошла к лежащему на диване мужику и потрясла его за плечо. – Илья! Илья-а! Вставай!

Мужик открыл глаза, ошалело посмотрел на Ксению. Узнав сестру, медленно поднялся и сел на диване.

«Так вот ты какой, Илья Леденев!» – подумал я, разглядывая мужика. Он был худым, как и его отец «свадебный генерал» Василий Федорович, и несмотря на то что сидел и его рост было трудно определить, казался длинным, поскольку худые люди визуально кажутся выше, чем есть на самом деле. Русоволосый, лохматый, небритый, лицо вытянутое, с круглыми глазами, чем-то неуловимо похожее на лицо его матери Евгении Анатольевны. Я знал, что Илье тридцать пять лет, но выглядел он гораздо старше из-за отечного лица и темных кругов вокруг глаз.