Тайный ликвидатор - Валерий Георгиевич Шарапов

– Стоять! Стрелять буду!

Снова хрустнуло. Еле видимая тень оторвалась от косяка, бросилась бежать. Андрей метнулся следом, запнулся обо что-то громоздкое, вросшее в пол, но удержался, перепрыгнул через препятствие. Тень растворилась в глубине коридора. Андрей бежал, снова спотыкался, хватался за стены. Порвал штанину о какую-то арматуру, свернул в тот же проем. Освещение было бледное – окна в здании не отличались широкими размерами, возвышались груды непонятно чего, свисали с потолка железные и деревянные балки. Мусора было столько, словно его специально сюда завозили! Он с трудом различал, куда бежит, но петлял, прыгал… Выскочил в очередной коридор, завертелся, выставив руку с пистолетом. Замер, услышав шорох сзади, потом резко развернулся на 180 градусов и пригнулся, словно в него уже стреляли. Но нет, никто не стрелял – злоумышленник предпочитал убегать. Снова что-то мелькнуло, и Андрей бросился на это движение, сжимая рукоятку пистолета. Коридор поворачивал, он увидел чью-то спину, но она тут же пропала – он не успел даже вскинуть ствол.

Андрей влетел в какой-то цех, залитый мутным светом из разбитых окон. Начал крутиться, но не успел. Удар обрушился сбоку – неожиданный, мощный, с ощущением, будто череп раскололся на половинки. Боль ошарашила, искры брызнули из глаз, колени подломились, и он поленом покатился по каменной крошке…

Голова трещала как сосновая смола в печке. Андрей мучительно приходил в себя, стонал, ворочался. Сознание возвращалось с чудовищной болью. Зрение подводило. Мутная картинка плясала перед глазами. Над ним склонилось бледное женское лицо, его ощупывали, что-то подкладывали под голову.

– Андрей Николаевич, очнись, очнись… – шептала Светлана.

Он кое-как сел, оперся ладонями в пол. Невыносимо хотелось лечь, снова отключиться. Во рту стоял привкус крови, в ушах фонило. Светлана облегченно выдохнула, оторвалась от него.

– Что случилось? – прошептал он.

– Откуда я знаю? – отозвалась она. – Меня тут не было. По башке тебе дали, Андрей Николаевич. Вот этим кирпичом – радуйся, что гладкой частью. Я пошла за тобой, вроде на шум шла, но заблудилась, никого не встретила – смотрю, ты лежишь…

– Что у меня с головой?

– Да на месте твоя голова… – Она осторожно потрогала пострадавшую макушку. – Все в порядке, шишка будет. И сотрясение мозга – это точно гарантирую…

– Этот гад ушел? – Он с трудом вспоминал, что произошло. Даже не помнил, чтобы сбоку кто-то был, – просто удар обрушился, и захлопнулась книжка с картинками…

– Этот гад ушел, – подтвердила Светлана. – Говорю же, никого не видела.

– Подожди, – он занервничал. – А пистолет?

– Здесь твой пистолет, у меня, – успокоила Светлана. – Рядом с тобой лежал, не позарился на него злодей. Можешь взять. Хотя нет, пусть у меня побудет. Удостоверение твое тоже на месте – проверила. А также папиросы, спички, носовой платок, который я бы советовала менять хотя бы раз в неделю…

– Вот черт, ну надо же… – Андрей на коленях подполз к стене, оперся плечом, стал медленно подниматься. Светлана поддержала, но ноги подрагивали.

– Ты в порядке? Можешь идти? – обхватила она его за талию.

– Не знаю, еще не пробовал… Давай попробую…

Они брели по коридорам, натыкаясь на горы мусора, Светлана подставляла плечо. Почему-то вспомнились Поляковы, точно так же уходящие по коридору горотдела – Дмитрий ковылял, Анна поддерживала. Нет уж, только не это.

На улице он немного пришел в себя, но ноги ослабли, и Андрей присел на битое крыльцо. Кружилась голова. Рядом лежал остывающий Фальцет, царствие ему небесное.

Снова все откатывалось назад. Что хотел сообщить осведомитель? Имя человека, который его зарезал, а потом шарахнул кирпичом по голове капитана уголовного розыска? Он пытался вспомнить хоть что-то об этом человеке, но нет, ничего. Мелькнула спина – и все. Конечно, мужчина. Быстрый, ловкий, как циркач, до сих пор неуловимый, но совершающий иногда ошибки…

– Пойдем, – потянула за рукав Светлана. – От того, что ты так смотришь на Фальцета, он живее не станет.

Она первой протиснулась в дыру, помогала ему перебраться. Брели по тротуару. Уже было лучше, но шатало. На углу рука потянулась за папиросной пачкой. Светлана злобно зашипела – мол, дурак, что ли?

Анатолий забаррикадировался в машине, сидел там ни жив ни мертв. Выбрался с испуганным лицом.

– Андрей Николаевич, вы чего?

– Чего-чего, поплохело человеку, не видишь, что ли? – воскликнула Светлана. – Помоги посадить его в машину!

– Да отстаньте от меня… – начал возмущаться капитан, когда его схватили с двух сторон. – Я что, по-вашему, в машину не войду?

– Да что случилось? – допытывался Анатолий.

– Рацию включай, – шипела Светлана. – Срочное сообщение в дежурку: труп у пивзавода Чиликина. Экспертов, наряд. Быстро, Толик, быстро! А нас – в медпункт при горотделе, надеюсь, он еще работает…

Это был не самый томный вечерок. Анатолий гнал, как на автогонках, трещала и выражалась человеческим голосом рация. Старая машина справилась с задачей – милиционеры, дежурившие у горотдела, бросились врассыпную, когда из арки вылетела безумная «эмка». Эксперты и группа уже отбыли. Светлана связывалась с ними по рации, освещала события. «Почему не может присутствовать капитан Некрасов?» – допытывался следователь. «По кочану! – раздражалась Светлана. – Капитан Некрасов попал в тяжелое жизненное обстоятельство!»

В принципе, последнее могло быть и тяжелее…

Таблетки угомонили боль. Врач, осмотревший пострадавшего, констатировал сотрясение мозга, рекомендовал отлежать недельку в больнице. Некрасов горько усмехался: на кого он оставит своих «беспризорников», если заляжет в больницу? Светлана смотрела на него круглыми от ужаса глазами, покачивала головой: ну да, тогда ты обязательно пропустишь что-то интересное. Череп не пострадал – от слова «почти». Доктор, бормоча под нос детскую колыбельную, осматривал буйную голову, ощупывал, хмыкал. Шишка все же вылезла, и капитану на всякий случай забинтовали голову.

– Повязку не трогайте, – приказал врач. – Ни при каких жизненных обстоятельствах, даже самых тяжелых. Завтра выберите минутку, забегите в медпункт, посмотрим, что с вами делать. Держите. – Он насыпал в ладонь капитану горсть таблеток. – Проглотите прямо сейчас и старайтесь не думать, что это было. Плохого не предложу…

Сумерки уже сгущались, ни о какой работе у Андрея и мыслей не было. Он уже неплохо себя чувствовал – по крайней мере, хватило сил выйти на крыльцо, закурить и при этом не вывалить на ступени переваренный обед. Светлана вышла следом, опасливо на него поглядывала.

– Домой? – спросил он.

– А куда еще? – всплеснула руками Светлана. – Нет, давай еще поработаем.

– Не злись, – ухмыльнулся Андрей. – Со мной все нормально. Машина будет?

– Через полчаса.

– Долго, – вздохнул Некрасов. – Ну что ж, давай провожу тебя до дома.

– Ты ничего не перепутал? Сегодня, извини, товарищ