Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

Город не дал Ламуньону денег, но предоставил временную свободу действий, чтобы он мог распоряжаться имеющимися средствами. Дентон сказал, что Ламуньону следует обзавестись компьютером. Персональный компьютер был для него новинкой. Ламуньон быстро понял, что техника может сэкономить тысячи человеко-часов, анализируя цифры, храня огромные объемы информации и давая полицейским возможность быстро сравнивать списки подозреваемых.

Когда возникла загвоздка с тем, как полиции получить новую технику, представитель городских властей Рэй Трейл одолжил им собственный компьютер.

Ламуньон занялся планированием самого сложного расследования в истории города. Он намеревался подключить не только работу с информацией, но и новые теории ФБР о бихевиоризме и не слишком достоверную пока генетику. У копов был образец ДНК убийцы – в высохшей сперме, хранившейся в конверте для вещдоков со смерти Отеро.

Ламуньон лично отобрал членов в оперативную группу, пообщавшись с руководителями отделов.

– Назовите мне своих лучших парней, – просил он.

Несколько дней спустя начальник Ландвера приказал ему явиться в кабинет Ламуньона для получения нового задания. Ландвер на миг почувствовал неуверенность: гадал, что сделал не так. Дойдя до кабинета шефа полиции, Ландвер увидел знакомые лица: капитана Гэри Фултона, лейтенанта Эла Стюарта, офицеров Пола Дотсона, Эда Нааса, Марка Ричардсона и Джерри Харпера. Он выяснил, что появится еще один: Пол Холмс, офицер, которого ранили вместе с напарником Норманом Уильямсом в перестрелке у института логопедии, на углу улиц Двадцать первой и Гроув в 1980 году.

Ламуньон рассказал, что набирает секретную команду оперативников.

– И вы, парни, в нее приняты.

Они были странной компанией. Холмс, убивший человека, был небольшого роста, очень худым, с тихим голосом. Он вел подробные заметки печатными буквами, был прекрасным организатором. Шеф следил за тем, как движется выздоровление Холмса после перестрелки, и выяснил, что Холмс с Харпером работали над делом BTK в течение восьми лет, посвящали ему свободное время, изучали досье и опрашивали людей.

Стюарт лучше других разбирался в компьютерах.

Дотсон, остроумный и вдумчивый, быстро стал одним из лучших друзей Ландвера. Его тянуло к Ландверу отчасти потому, что оба они были честолюбивыми, неуверенными в своих силах перфекционистами, неравнодушными к черному юмору.

Ламуньон присматривал за Ландвером с тех пор, как тот получил травму руки, и знал: тот помогал в организации Специальной Олимпиады при официальном благотворительном фонде департамента. Он был наслышан о том, что Ландвер – любитель повеселиться, но при этом инициативен.

За исключением Холмса и Фултона, ни один из этих парней не охотился на BTK. Но Ламуньону это нравилось. Он решил, что пора бы взглянуть на это дело свежим глазом.

– Никто не должен знать, чем вы занимаетесь, – приказал им Ламуньон. – Ни ваши жены, ни даже мои заместители.

Доступ в этот кабинет получили только Ламуньон и члены оперативной группы. Однажды, когда попытался войти заместитель шефа полиции, Холмс захлопнул дверь перед самым его носом. Заместитель рявкнул:

– Впустите меня немедленно!

– Нет, – откликнулся Холмс.

К концу 1984 года в команде криминальных репортеров The Eagle появился новичок. Херст Лавиана, обладатель степени по математике, пришел в газету два года назад. Он был спокойным, склонным к аналитике и предпочитал работать в одиночку.

Он ничего не знал о BTK. Как-то вечером он отправился на убийство. Когда Лавиана уходил, Стивенс окликнул его:

– Не забудь спросить у копов, не перерезана ли телефонная линия.

– С чего бы? – спросил Лавиана.

Некоторые вещдоки BTK хранились уже целое десятилетие. Чтобы они уцелели, городские власти отправили их под землю, в хранилище при старых соляных шахтах, вырытых под Хатчинсоном, штат Канзас, в пятидесяти милях к северо-западу. Там хранилась старая документация. В первый же день Холмс, отправляясь туда, подумал: «Надо же, мне довелось побывать в старой соляной шахте». На следующий день он уже опасался идти в холодные темные пещеры.

Досье BTK и коробки с вещественными доказательствами были уложены хаотично. Холмс начал собирать их вместе и помечать все: папки с делами, игрушки из дома Виан, толстенные отчеты по BTK в красных или зеленых переплетах на трех кольцах. Там обнаружилось по меньшей мере пять коробок с записками детективов.

– Мы читаем, читаем и читаем, – позже скажет Стюарт. – Первый месяц мы только этим и занимались – читали отчеты.

Они пообщались с психологами из ФБР. Копы Уичито из оперативной группы задумались о том, что, если BTK когда-нибудь объявится, им следует с ним связаться. И специалисты по поведенческому анализу из ФБР, с которыми консультировались полицейские, пришли к аналогичным выводам.

За много лет до этого опытные детективы, исследовавшие BTK, создали огромную картотеку с именами подозреваемых, которых они проверяли. Новая оперативная группа изучала эти карточки, размышляя над вопросом: не следует ли перепроверить всех этих людей. Это означало потратить сотни человеко-часов. Копы решили, что сделают это.

Они создавали свои собственные индексированные перечни. Опираясь на отчеты штата, округа, города, сформировали список мужчин, жителей округа, которым в 1974 году было от двадцати одного до тридцати пяти лет. Десятки тысяч имен.

Отдельным списком шли имена людей из Государственного университета Уичито, список работников «Колман», еще один – перечень персонала с ближайшей базы ВВС «Макконнелл» и список людей из местной электрической компании. Они составляли перечни привлеченных за жестокое обращение с животными, подглядывающих в окна, сексуальных извращенцев, заключенных и прочих, и прочих.

Хотели отыскать тех, кто фигурировал в нескольких списках. Идея хорошая, но бесперспективная. Тогда они этого не знали, но человек, которого разыскивали, там был – в списке Государственного университета Уичито.

Но у него не было судимости, он не служил на базе ВВС «Макконнелл». Правда, работал в «Колман», как и бесчисленное множество прочих «синих воротничков» из Уичито, но еще до Джулии Отеро и Брайтов; а следователи искали их коллегу.

Тысячи людей встречались по крайней мере в двух списках, что делало их подходящими подозреваемыми до тех пор, пока не брали на экспертизу образцы крови.

Имена полицейских тоже встречались – Пол Холмс, герой перестрелки, фигурировал в четырех списках. Был оправдан благодаря анализу крови.

BTK хвалился, что есть еще одна жертва, пока не опознанная: пятое из семи его убийств. Дебаты длились несколько недель, но наконец оперативная группа решила: жертвой была Кэтрин Брайт. Они добавили к уликам BTK все документы и пакеты с уликами дела Брайт, в том числе одну из пуль, угодивших в голову Кевину Брайту.

Поскольку BTK выстрелил в Кевина из полуавтоматического пистолета «кольт» 22-го калибра, предположительно модели «Таргенсмен» или «Вудсмен», копы составили длинный список тех, кто покупал подобное оружие.

Для сравнения