Искатель, 2007 № 12 - Журнал «Искатель»

— Она, эта депутатша, живет у нас на двенадцатом этаже. Целый этаж занимает. Так что в тот раз он мог всего лишь домой ее подвезти. Зря ты о нем плохо думаешь.

Непонятно откуда появился Костя Мясоедов.

— Не зря! Не зря! Правильно он думает. Эта миллионерша могла его запросто приворожить. Верю я. Он, Роман, там наверху у нее был. Это ты, Полина, ничего о нем не знаешь, скрытный он. А по молодости таких кобылок объезжал.

— Почему был? — вдруг спросил Кайман. — Почему был? Ты что-нибудь знаешь?

Костя Мясоедов взвился коршуном над ним.

— Да! Да! Знаю! Ты всех нас подставил. Ты подсунул Роману этот поганый договор, который нас всех разорит. Из-за тебя уже сегодня придет налоговая инспекция проверять нас. Из-за тебя нам возвращают бракованный товар. Мы приняли обратно партию в тысячу мобильников, ты хоть об этом знаешь?

— Знаю! Не в мобильниках дело! Пошли к этой мадам!

Глава 23

Пошли втроем: Полина, Кайман и Костя Мясоедов. Костю как всегда, разбирали сомнения:

— А если она не дома?

— Не дома, значит, не дома! — невозмутимо сказал Кайман.

Лифт остановился на двенадцатом этаже перед железной дверью. Кайман нажал на кнопку дверного звонка. Из-за двери не доносилось ни звука, лишь видеокамера над дверью вдруг повернулась слева направо и вернулась в исходное положение. Наконец в домофоне раздался женский голос:

— Кто там?

— Ваша соседка Кизякова Полина с десятого этажа.

— А вы знаете, который час?

— Без пятнадцати три.

— А это с вами кто?

— Друзья моего мужа Кайман Сергей Иванович и Костя Мясоедов.

Щелкнул входной замок, и дверь автоматически открылась. Гости зашли в тамбур-коридор и дверь автоматически захлопнулась.

Костя Мясоедов покрутил головой.

— Вот мы и в железной клетке. Ни взад, ни вперед. Можно спокойно вызвать милицию и говорить, что мы грабить пришли.

Но в этот момент открылась входная дверь, ведущая в единственную на этаже квартиру, и на пороге появилась депутатша в шелковом халате. Костя Мясоедов непроизвольно сглотнул слюну, что не ускользнуло от внимания потревоженной в столь поздний час хозяйки. Она благодарно ему улыбнулась и предложила зайти в квартиру.

Кайман последним занес свою тушу. Он быстрым взглядом окинул жилище нуворишки и неодобрительно покачал головой. Квартира была полностью перепланирована. Хорошо, если несущие панели строители не трогали, подумал Кайман, а если…

Гостей пригласили пройти в большую гостиную. Познакомились. Депутатшу звали Галина Лексус Федоровна. Она пожелала, чтобы ее называли по имени. Откуда-то изнутри квартиры доносились звуки легкой музыки, но они были приглушены закрытой дверью. Предложив гостям садиться, депутатша сказала:

— Мне уже звонили и спрашивали, Полина Ивановна, не видела ли я сегодня вашего мужа? Я уже ответила, что не видела.

— А кто звонил?

— Генерал! Василий Иванович!

Лишь огромным усилием воли Костя Мясоедов сумел спрятать готовую засветиться улыбку. Васька Генерал все-таки наврал, что ездил в загородный клуб. Где ж он интересно достал входной билет?

— Я готова, еще раз готова удовлетворить ваше любопытство? — сказала депутатша. Она старалась провести между собою и гостями незримую черту вежливого сочувствия, за которую гостям не было ходу.

Пришлось Полине в очередной раз рассказать об исчезновении Романа. Короткий рассказ на этот раз получился.

— Машина внизу, а его уже восемь часов как нет! — закруглилась Кизякова Полина. Лишь поднявшись сюда, на двенадцатый этаж Полина поняла, что зря поддалась минутной слабости и послушалась Каймана. Вряд ли ее супруг мог быть здесь. Поэтому, закончив свое повествование, она ничего не спросила. Просто молчала.

Депутатша сначала не поняла, чего от нее хотят, но, будучи умной женщиной, быстро сообразила, в чем ее могли заподозрить.

— Лев!.. Лев! — громко позвала она и, увидев, что на ее призыв никто не откликнулся, позвонила в колокольчик.

Костя Мясоедов с тревогой смотрел на дверь, ведущую в дальние покои. Дверь резко распахнулась, и на пороге появился двухметровый белокурый красавец в одежде римского воина. Легкая безрукавка и нечто из удлиненных лепестков похожих на короткую юбку. Депутатша, как на коня, показала на сильного, белозубого молодого Аполлона.

— Он? — И тут же сама себе ответила: — Не он!.. Лева, ты можешь быть свободен.

Когда за Львом закрылась дверь, она, не дав никому вымолвить хоть полслова, начала разглагольствовать:

— Людям свойственно желание жить и любить, а не устраивать разборки, умирать и ненавидеть! Действительность нужно брать такой, какая она есть. Вот, к примеру, я конвертировала свои знания, свою власть на сегодняшнюю ночь в этого мальчика. Вы можете меня осуждать, это ваше право, но должна вам сказать, что мой авторитет в партии нынче выше авторитета самого председателя. И поэтому, мои дорогие соседи, я не хотела бы быть замешаной в вашу историю.

— Нет у нас никакой истории! — только и смог вставить Кайман.

— Я еще не закончила! — жестко сказала депутатша. — История у вас только начинается. Завтра вы попадете на страницы газет. Хорошо, что сегодня никто из прессы не приехал на место происшествия, но, уверяю вас, господа, завтра вам этого не избежать. Роман и вы, Полина, достаточно известные в своем кругу люди, и я ни минуты не сомневаюсь, что желтая пресса выжмет из исчезновения вашего мужа все, что только можно. Именно поэтому я вас ночью и приняла. Реклама подобного типа мне совершенно ни к чему. Поэтому я вам сейчас отвечу на все ваши вопросы. Но если завтра вы захотите их официально подтвердить или сослаться на меня, я от них категорически открещусь. Поймите меня правильно. Я политик, и у меня на носу выборы. Итак, я вас слушаю. Что вы хотите от меня услышать? Чем я вам могу помочь?

Жестковатая стерва была. И даже не пыталась скрыть, что является стервой. И заодно их, гостей, ставила с собой на одну доску.

— Вы знали Романа? — спросил Кайман.

— Знала! И вы это не хуже меня знаете! — твердо заявила депутатша. — Моя охрана засекла вас в тот момент, когда вы принялись за нами с Романом наблюдать. Она, к вашему сведению, со мной в одной машине не ездит.

— Какие у вас к нему были интересы? — продолжал спрашивать Кайман.

— Скажу! Обязательно скажу. Но сначала я хотела бы сделать заявление! Тех интересов, — Лексус Галина показала на дверь, закрывшуюся за молодым красавцем, — у меня с ним не было. Я не путаю коммерческие дела с амурными. Накладно, знаете ли, обходится. Надеюсь, здесь вопросов больше не будет?

— Не будет! Их и не было! — сказала Кизякова Полина.

— Хорошо! Будем считать, что я вам поверила! — усмехнулась депутутша. — Тогда вернемся к