Последнее убежище - Клеменс Мишальон

class="p1">Я вытащила ее из кармана на спинке стула. Габриэль всегда был более заядлым книголюбом, но я не сильно от него отставала. До сих пор помню тот роман – «Дилетантское прощание» Энн Тайлер. Там рассказывалось о мужчине, у которого погибла жена, зато осталась сестра. Не догадывалась тогда, что книжка – дурное предзнаменование.

– Ага, – ответила я. – Идите, не переживайте за меня.

Габриэль нежно подтолкнул свою молодую жену, и они двинулись к океану.

Я прочла пять страниц, когда на книгу упала тень, а за ней несколько соленых капель.

– Твоя очередь! – воскликнула Энни, переводя дыхание. – Водичка что надо!

– Мне и так неплохо.

– Неужели не хочешь попробовать?

Я закрыла роман и вместо ответа лишь вздохнула.

– Иди, иди, я присмотрю за вещами, если ты переживаешь.

Насколько она была осведомлена о нашем прошлом? Вряд ли Габриэль посвящал ее в подробности. Впрочем, я не преминула проверить. О предстоящей помолвке они сообщили в баре отеля, где мы сидели с коктейлями. Дождавшись, когда Энни выйдет в туалет, я прошептала Габриэлю:

– Что ты ей о нас рассказал?

Он понял смысл вопроса. Знает ли она о пожаре? Об Эдвине? Собираешься ей все выложить?

Порой любовь лишает людей разума.

– Энни в курсе насчет Эмиля, – пожал плечами Габриэль. – Знает, что у нас никогда не было настоящего дома. По-моему, этого достаточно.

Ей и в самом деле было достаточно. Помня, что я выросла там, где отсутствовало понятие собственности, она наверняка поняла на пляже: причины вполне объяснимого страха лишиться немудреного личного имущества кроются именно в том периоде моей жизни.

– Понимаю, что это глупо, – пробормотала я.

– О чем ты? – удивилась Энни.

Пока я судорожно думала, как бы повежливее попросить ее больше не касаться этой темы, Габриэль крикнул из воды:

– Фрида, беги сюда!

В тот миг он был прекрасен. Глупый, бесстрашный, восторженный… Жена, любимая работа, расступающийся перед ним океан.

Мне чертовски захотелось ощутить вкус счастья. Пропади они пропадом, наши вещи! Украдут и украдут. Может, так оно и лучше, чем тупо охранять их, сидя на горячем песке, пока остальные плещутся в волнах…

Я сорвалась с места. Океан оказался холодным, однако ощущения были потрясающими. Не хочешь – не плавай, просто стой по грудь в воде. Уже достижение! Волны не знали границ, не испытывали ни к кому сочувствия, стремились схватить добычу, завертеть ее и выплюнуть на берег.

Меня впечатлила дерзость стихии, ее напор.

Что-то обвилось вокруг щиколотки, и я дернулась. В мозгу словно опустилась игла на старую заезженную грампластинку.

Что было записано на этой дорожке? Воспоминание о синем веревочном ремешке, туго охватившем руку? О том, что отличает меня от других людей?

Вот для чего требовался новый браслет, сообразила я. Он помечал тех, кто уже достиг совершеннолетия. Девушка с синим браслетом становилась для Эмиля честной добычей. То же самое с раздельными общежитиями для воспитанников в возрасте от четырнадцати до двадцати. Они требовались, чтобы нами управлять. Только девушки и Эмиль; никто не задает вопросов, никто не делится секретами – слишком стыдно. Когда общество состоит лишь из девушек, неизбежно возникает почва для взаимных претензий, и все настроены друг против друга. В четырнадцать лет Эмиль закрывал наш разум для любого внешнего воздействия. В восемнадцать – начинал с нами свое таинство. В двадцать, как он определил в пределах этой новой нормальности, поводок ослабляли и в нашей жизни появлялись другие мужчины кроме Эмиля.

Однако я давно покинула его мир и находилась в Спринг-Лейк, в Нью-Джерси. Запустив руку под воду, я обнаружила облепившую ногу безобидную водоросль.

Может, в океане нет места чудовищам, может, в глубинах ничего не скрывается?

Вдалеке поднялась высокая волна, и Габриэль схватил меня за руку.

– Поднырни под нее!

Волна подкатилась к берегу, и я бросилась под ее гребень, стараясь не погружаться слишком глубоко. Несколько секунд меня крутило во все стороны, словно салатный лист в центрифуге. Мое тело вращалось в нескольких плоскостях. Оставалось лишь верить, что рано или поздно я всплыву на поверхность.

Наконец я вырвалась на свободу, и Габриэль бросил на меня обеспокоенный взгляд.

– Все нормально! – крикнула я. – Полный порядок!

Мне действительно было хорошо. Таков реальный мир: ты можешь едва не утонуть, едва не угодить в беду, однако переделка вовсе не обязательно должна закончиться катастрофой.

Я подплыла к Габриэлю, и мы отошли ближе к берегу. Он обернулся, посмотрел, как там жена. На миг эта сцена превратилась для меня в стоп-кадр: мы с Габриэлем в воде, Энни на песке. Далеко в стороне, в другом мире.

А потом картинка вновь ожила. Габриэль что-то крикнул Энни. Она поднялась со стульчика и побежала к полосе ласкового прибоя.

Глава 34

Эскаланте, Юта

День седьмой

Войдя в номер, сразу чувствую: Габриэль здесь.

Обнаруживаю его сидящим во дворике с ноутбуком. Увидев меня, он тут же захлопывает крышку.

– Где ты была?

Я так за него переживала, что мне и в голову не пришло: он ведь, наверное, тоже волнуется. Я не ночевала в отеле, мой телефон не отвечал – наверняка Габриэля охватила паника. Господи, по-хорошему он уже мог подать в полицию заявление о пропаже человека.

Но… ничего подобного. Габриэль слегка озабочен, только и всего.

– Только сейчас заинтересовался?

– В смысле?

– Меня не было всю ночь.

Он хмурит брови и, словно защищаясь, многословно объясняет:

– Я тебя везде искал. Спрашивал Каталину – не знает ли она, куда ты могла направиться. Она сообщила, что ты взяла машину до города. Вещи твои здесь, значит, ты не съехала. Звонил тебе, но звонки уходили в голосовую почту.

– У меня разрядился телефон.

– Если подзарядишь, увидишь десяток пропущенных.

Габриэль настолько рационален и логичен, что я выхожу из себя.

– Я не ночевала в отеле! Неужели ты не подумал, что со мной могла случиться беда?

Он трет лоб.

– Почему ты кричишь?

Потому что не понимаю твоих поступков, и меня это начинает пугать.

– Нам так или иначе необходимо поговорить, – не дожидаясь ответа, заявляет Габриэль. – Я имею в виду, что должен тебе кое о чем рассказать.

Он поднимается, пристраивает ноутбук на стул и мямлит:

– Полиция… э-э… Почему бы тебе не присесть, Фрида?

Я качаю головой.

– Мне все известно.

– Вот как? – поднимает брови Габриэль.

– Ты – лицо, представляющее оперативный интерес. Я прочла в газете.

Он кивает, опустив уголки губ.

– А я видел в новостях, в интернете.

– Паршиво, – вздыхаю я.

Габриэль делает неуверенный шаг вперед. Мы оба ощущаем вполне осязаемую неловкость. Она висит в воздухе, как духота перед грозой. Мы все еще