Не верь глазам своим - Лариса Павловна Соболева

– Врет! – выкрикнул Майкл. – Это была шутка, мы не собирались…

– Пусти меня, – дернулась Яна и освободилась.

Она достала из сумки лист, подошла к столу следователя, который не мог избавиться от смешливости, все еще закрывая лицо пятерней, наклонилась к нему и пальцем указала на свое лицо:

– Видите эти пятна? (Следователь поднял глаза на девушку и кивнул.) Это отпечатки пальцев вон той сволочи, которая отвернула от меня рожу, – указала Яна на парня с кровоподтеком в пол-лица от кулака Кима. – Одной рукой он держал меня под грудью вот так… а второй зажимал рот и прижимал голову к себе. Это они так шутили, да? Чуть шею не свернул, гад! Остались следы пальцев на боку, показать?

Яна приподняла свитер, готовясь снять, следователь остановил:

– Не надо. Верю.

– Девушка, вы как разговариваете! – второй адвокат вспомнил о своих обязанностях. – Ведите себя прилично.

– Вы и ведите себя прилично, не помогайте подонкам выкрутиться и уйти от ответственности. Вот справка из травмпункта, доказательство насильственных действий, следы пальцев зафиксированы. А этот, – указала Яна на мстительного Майкла. – Этот раздевал меня… А тот дохлый кролик держал дверь. Ничего себе, шуточка! А Ким вступился за меня, я с ним даже знакома не была, но ему предъявляют обвинения, да? Вот эти вот уроды? Ух, ненавижу.

Первый адвокат перешел на елейную тональность:

– Девушка, не бузите. Мы понимаем вашу нервозность, но избиение налицо, а это уже противоправные действия.

– А вы знаете другой способ, как освободить от насильников жертву, то есть меня? – мигом парировала Яна, постукивая себя по груди ладонью. – Их трое, а Ким один был. Но Ким их отпустил, а они, сволочи неблагодарные, оболгали его и выставили себя жертвами. Не оценили благородства? Теперь сядете.

Второй адвокат решил уличить ее во лжи:

– Ты рассказываешь все красиво, а доказательства где? Вон та справка? Эти синяки тебе мог поставить кто угодно.

К столу следователя подошел Ким и положил на стол флешку:

– Вот улики. Неоспоримые. Это копия с камер видеонаблюдения в холле и в туалете. Смотрите.

Следователь включил ноутбук, вставил флешку, через минуту повернул компьютер монитором к компании жалобщиков. Не проронившая ни слова женщина наклонилась вперед, чтобы лучше видеть запись, ее глаза округлились, она гневно взглянула на парня, которого Яна отвергла и едва не поплатилась за это.

– А вот туалет, – комментировал Ким. – Ракурс сверху, обзор… лучше не бывает. В туалетах наркоту продают и там же ее употребляют, поэтому теперь ставят камеры и в туалетах. Вот затаскивают Яну, смотрите, смотрите… А вот раздевают… А это я вхожу.

– Итак, попытка изнасилования – раз, – загибала пальцы Яна, – групповуха – два, клевета – три. Я ничего не пропустила? – И, сунув ладони в карманы джинсов, обратилась к первому адвокату. – Так что вы там говорили про противоправные действия, м?

Женщина резко встала, подскочил и Майкл, виновато хлопая глазами. Видимо, это мать парня, потому что только мать способна врезать со всего маха оглушительную пощечину своему сыну, обманувшему ее. Она не ушла, села на свое место и опустила голову, следом и великовозрастный детина плюхнулся на свое место, потирая огнем горевшую щеку.

– Яна, – сказал следователь, – поскольку преступление не состоялось, противная сторона предлагает забрать вам свое заявление. Раньше они хотели получить компенсацию, но теперь, думаю, планы поменяли и готовы сами платить.

– Нет! – отказалась она. – За покушение тоже положено наказание, вот и пусть его получат. Слава тому, кто придумал камеры видеонаблюдения, иначе, как я понимаю, нам не поверили бы. А вы, обратилась она к дружной компании насильников и адвокатов, – вы все бессовестные.

И ушла, следователь даже не пытался ее остановить, следом Ким помчался, положив карточку на стол и скороговоркой выговорив:

– Это мои координаты, если понадоблюсь, вызывайте.

Догнал Яну у выхода, она вся кипела и пыхтела, хотя и молчала, в салоне Ким рассмеялся:

– Ну, ты и бандитка… Следак дар речи потерял. Скажи, а эти трое тоже станут медицинскими работниками?

– Они с других факультетов.

– Повезло народу, а то я испугался за нашу медицину.

Несколько минут ехали молча, Ким поглядывал на притихшую девушку, он уже привык к ее шумному характеру, потому проявил беспокойство:

– Ты молчишь минуты три, что случилось?

– Ай, – вяло махнула ладонью Яна. – Просто думаю о том, что могло случиться, если б ты не вошел… Меня просто выворачивает от них и ужас берет.

– Ты не слишком сурова? Может, ну их? Думаю, сегодняшнего урока им достаточно. Мать жаль… твоего этого… который встречаться хотел.

– Майкл его зовут. Мамуля родила это дерьмо в Америке, имя дали соответствующее, мечтая, что он будет жить богато где-нибудь на Манхэттене, а тут такой облом… тюрьма светит!

– Теперь все напуганы, скандала боятся.

Яна повернулась к нему и справедливо возразила:

– Они бы тебя не пожалели, ты разве не понял? И эта тетка не пожалела бы, родить родила, а воспитать забыла, пришла за компенсацией! Ты не все знаешь…

– А есть что-то интересное?

– Может, и не очень. Но тебе признаюсь…

– Как оперативнику, работающему по делу твоего отца?

– Как другу. Как человеку, который меня спас и которому я доверяю.

– Ну, давай, колись, – рассмеялся Ким.

– Папа настаивал, чтобы я вышла за него замуж.

Неожиданно Ким притормозил и припарковался на обочине, заглушил мотор и задумался, он привык каждую новую деталь обдумывать, искать связь, его так учили умные и опытные люди. На этот раз забеспокоилась Яна, тронув его за плечо, тихо произнесла:

– Что с тобой? Я что-то не то сказала?

– Понимаешь, в делах о покушении ничего не бывает лишнего, все совпадения и случайности происходят по закону закономерности. Что ты ответила отцу?

– Отказалась, конечно. Замуж за этого урода? Категорически нет!

– А папа что?

– Орал на меня, как будто его режут без наркоза.

– И все?

– Грозил отобрать квартиру и машину, на которой я и так не езжу. Угрожал, что денег не даст, кстати, перестал давать.

– А ты?

– Я же сказала: ни за что! Подумаешь, квартиру отберет! К старшему брату поеду жить, у него места много.

– Вот именно, запугивал, – произнес задумчиво Ким и завел мотор. – Короче, Яна, мне нужно знать все: кто родители Майкла, какие связи у них с твоим отцом, почему твой отец так настаивал… я имею в виду причину. Об этом мы позже поговорим, в спокойной обстановке. Вот теперь я настаиваю: заявление забери.

Фыркнув, Яна отвернулась, что было равно отказу.

– Забери, забери, – настоятельно потребовал Ким. – Отец не просто так на тебя кричал и заставлял выйти замуж за Майкла, это он какие-то проблемы пытался решить за твой счет.

– Хорошо, заберу заявление, но не сразу. Пусть дня три, а лучше неделю потрясутся от страха, что их посадят, тогда, может быть,