Странное убийство - Валентина Николаевна Раскач

На удивление девушки, майор внимательно слушал ее рассказ, ни разу даже не перебил. Оказалось – рано радовалась, когда она закончила, вопросы посыпались, как из рога изобилия, причем самые неожиданные. Уже знакомая манера сыщика мастерски штамповать совершенно неожиданные версии на пустом месте и на этот раз сумела потрясти Викторию. Изворотливой мозг Смехова начал формулировать странные предположения:

– Виктория Юрьевна, у Олега Юрьевича был веский повод избавиться именно от вас. Может быть, жертвой должны были стать вы, а Соколов был убит по технической ошибке?

– Виктор Алексеевич, я уже отвыкла от ваших (извините, за простоту выражений) с потолка взятых версий. Причем здесь я, к тому же мы с Олегом раньше не были незнакомы. Впервые я его увидела, когда он пришел вернуть ключи. Я же вам рассказала эту историю, специально чтобы вывести Олега из-под подозрений. А вы все факты поворачиваете так, будто хотите повесить на него убийство. Ну, подумайте сами, зачем Олегу меня убивать?

– Спокойно, Виктория Юрьевна, сейчас я вам докажу, что у гражданина Садовникова Олега Юрьевича были вполне веские причины избавиться от вас. Вы наивно полагаете, что он не знал о вашем существовании, потому что сами не подозревали о многолетней связи вашей матери с его отцом Садовниковым Юрием Ильичом. Виктория Юрьевна, вы мне рассказали, что Олег Юрьевич знал об отношениях вашей матушки с его отцом, подтверждаете это?

– Да, конечно.

– А теперь представьте такой расклад: молодой человек понимает, что у отца появляются наследники, кроме него, на весьма солидное состояние. Может, он уже узнал, что отец начал переписывать свою собственность на вас и вашу матушку. Олегу Юрьевичу такая постановка вопроса кажется нечестной, поэтому он решает устранить несправедливость.

– Господи, как можно придумать такую ерунду. Во-первых, мамы уже нет на этом свете, а, во-вторых, про то, что я являюсь родной дочерью его отца Олег точно не в курсе.

– Так вы думаете, я же в этом не уверен. Тем более, если Олег знает, что Садовников не имеет никакого отношения к его рождению.

– Виктор Алексеевич, я же вам рассказала, как ответил Садовников на вопрос Олега про родство, когда кто-то из доброжелателей пытался раскрыть тайну его рождения.

– Виктория Юрьевна, не стройте из себя наивную барышню. Вы прекрасно знаете, что сейчас на раз два проверяются такие вещи. Взял зубную щетку отца и расческу, сдал сам анализы – и получил генетический тест, который дает ответы на все его сомнения.

– Виктор Алексеевич, вы не понимаете главного: мне даром не нужно наследство Садовникова, да и Олега, по-моему, не очень волнует это добро.

– Виктория Юрьевна, голословным утверждениям я не доверяю. Помнится, вы мне рассказывали, что вас ничего не связывает с Шатровым, чисто случайно познакомились с ним при дорожном происшествии.

– Так и было, я вас не обманывала.

– И с тех пор вы неразлучны, можно подумать одной семьей живете.

– Я не отрицаю, на самом деле мы поженились.

– Что и требовалось доказать. Вы, Виктория Юрьевна, мне морочили голову, на самом деле были давно знакомы, сбежали именно к Шатрову от вашего редактора. А иначе, как объяснить скорость, с которой вы выскочили за Шатрова замуж. Я уже тогда все понял, когда узнал, что, едва успев приехать на дачу, бросились ночевать к соседу.

– Ладно, Виктор Алексеевич, не буду оправдываться, все равно, не поверите, хотя я вам всегда говорила чистую правду. Сейчас мне важно, не себя выгораживать, а защитить Олега. Как я вам только что рассказала, у парня тяжелая психологическая травма с детства, связанная с его больной матерью. Понимаете, кроме меня, его защитить некому. Для этого я вам целый час повествовала нашу семейную сагу, надеясь на ваше понимание, но тщетно, вы оказались глухи к чужим страданиям и судьбам.

Смехов неожиданно наморщил свой молодой лоб и задумался.

– Господи, неужели мне удалось тронуть черствого сыщика? – мелькнуло у Вики.

Едва появившийся слабый луч надежды, погасил суровый голос следователя:

– Виктория Юрьевна, почему вы говорите, что у Олега нет защитников, а Садовников, куда заботливый отец делся? Кстати, я тоже хотел с ним поговорить, выяснить, почему он солгал мне, скрыв, что Олег был на месте убийства. Работать очень трудно, когда все врут! – в сердцах заключил майор.

– Так Юрий Ильич не знал, что Олег был в ту ночь на даче.

– А где он сейчас? Мне необходимо с ним побеседовать.

– Разве Олег вам не сказал? Садовников попал в аварию, сейчас он находится в больнице.

– Да, что же такое, с кем ни хочешь побеседовать – они в больнице, небось, еще в реанимации.

Вика догадалась, Смехов сейчас проводит параллель с ее мамой, с которой сыщику так и не удалось переговорить. У девушки внутри все закипело. Однако, ей, хоть и с трудом, но все же удалось сдержать эмоции. Неожиданно майор выдал новый умопомрачительный пассаж, который явно вступал в непримиримое противоречие со всем предшествующим действием, происходящим в кабинете следователя последние два часа:

– Забирайте своего Олега, я вовсе не собирался его задерживать. Не знаю, чего вы вдруг такую панику подняли. Сейчас приведу вашего подопечного.

Вика просто онемела от резкого поворота событий. В голове у нее мгновенно пронеслось:

– Интересно, получается, я, как дура, распиналась перед майором. А сыщик действовал просто в своей обычной манере, применяя метод запугивания. Жаль, что я сейчас в газете не работаю, так и хочется написать статью про нечестные методы работы следствия. Одно дело, когда сыщик нарывается, на таких, как я – с крепкой психикой. Другое дело, когда в обработке люди с травмированной психикой – если их запугать, они признаются даже в том, чего не совершали. Но сейчас приказываю себе «молчать в тряпочку», чтобы наш непредсказуемый Шерлок Холмс не изменил свое последнее решение.

Возмущенные мысли девушки были прерваны, когда дверь кабинета широко распахнулась, и вошли майор с Олегом. На парне лица не было, а весь облик сыщика Смехова излучал радость, будто он только что раскрыл преступление. Следователь жизнерадостным голосом сообщил бедолаге, что тот свободен. На лице Олега, который уже мысленно подставлял руки для наручников, появилась жалкая гримаса недоумения. Вика застыла в страхе ожидания, как бы парень, смирившись с судьбой арестанта, не стал возражать майору. Но, слава богу, пронесло, следователь, без паузы скомандовал:

– Олег Юрьевич, вам необходимо оставить свои координаты, и до особого разрешения прошу не покидать Москву. Да, еще