Забытый демон - Сергей Изуграфов

Монахи многозначительно переглянулись и жадно приникли ушами к неплотно закрытой двери, из-за которой едва доносились глухой голос умирающего и плохо сдерживаемые рыдания молодого Дандоло.

Внезапно в коридоре послышался громкий шум: топот множества ног, обутых в тяжелые сапоги, и бряцанье оружия. Оба монаха немедленно отпрянули от двери и, разглядев приближавшихся людей, отбросили свечи, быстро засучили рукава сутан и выхватили из-за пазухи ножи, приготовившись к обороне. В их сторону немедленно протянулся десяток пик и алебард.

— Сержант, — брезгливо сморщившись, распорядился Санудо, возглавлявший прибывший боевой отряд, больше напоминавший пиратов, чем военных. — Уберите отсюда этот мусор! Выбросьте его за борт!

— Вы не посмеете, — прошипел один из монахов, откинув капюшон. На пришедших глянуло суровое обветренное лицо с горящими черными глазами. — Мы из личной охраны Патриарха Константинопольского! Скоро он снова будет здесь! Кто вы такие? Подите прочь!

— Вы говорите с капитаном Санудо, — ответил ему венецианец. — А я всегда говорю от имени дожа, моего дяди. Сержант, выполнять! — рявкнул он.

В атаку бросились несколько человек, и завязалась ожесточенная схватка. Монахи умело отбивались в узком коридоре, демонстрируя навыки опытных бойцов. Вот один из нападавших вскрикнул, схватившись за грудь, и ничком упал под ноги атакующим, потом другой выронил клинок и обеими руками схватился за рассеченное горло, из которого хлестала кровь, и сполз по стене. Еще трое нападавших отступили, тяжело дыша, так и не нанеся монахам серьезных ран: под монашескими одеяниями оказались прочные кольчуги.

— Арбалетчики! — взмахнув рукой, зарычал Санудо, доведенный до крайней степени бешенства.

Вперед немедленно выдвинулись стрелки. Увидев их, монахи с криком рванули вперед, размахивая острыми клинками, но шестеро арбалетчиков успели прицелиться и выстрелить. Толстые арбалетные стрелы, пробив кольчуги, пронзили тела монахов, сбив их с ног и повалив на пол.

— Выбросьте их за борт! — повторил свой приказ Санудо, указывая на поверженных врагов, корчившихся от боли. — И шевелитесь, болваны, ради всего святого!

Несколько человек из его отряда подхватили тела раненых и быстро унесли. Издалека было слышно, как с палубы раздались крики и потом два всплеска.

В этот момент дверь в каюту медленно отворилась, и на пороге появился сын дожа. Бледное лицо его было залито слезами. Он шел неверным, спотыкающимся шагом, казалось, не замечая ничего вокруг, держась за стену, словно боясь потерять равновесие и упасть. Дверь в каюту осталась распахнутой. В мерцающем свете свечей на постели угадывалось неподвижное тело. Старый лекарь стоял на коленях, и по вздрагивавшей спине старика было сложно понять: рыдает он или молится.

— Синьор Дандоло, — обратился Санудо к наследнику дожа, все мгновенно угадав по выражению его лица. — Поверьте, я безмерно скорблю вместе с вами. Но у нас нет времени. Моя галера ждет. Лодки с гребцами готовы доставить нас туда немедленно. Во дворце — смута. В отсутствие императора все уже передрались за его трон… Мы не можем оставить здесь ни казну, ни архив вашего отца. Завтра же все осядет по чужим карманам. Все это необходимо доставить в Венецию. Я договорился обо всем с капитаном галеры — он завтра на Совете даст нужные нам показания. Личная охрана дожа присоединится к нам на моей галере: теперь они будут охранять вас! Вы можете идти? — и, дождавшись короткого слабого кивка, подытожил: — Хорошо! Тогда не мешкайте! Вам помогут и сопроводят. В остальном — положитесь на меня!

Санудо проводил взглядом младшего Дандоло, которого бережно увели под руки два дюжих моряка. Потом он повернулся к открытой двери каюту и, хищно осклабившись, хрипло бросил подчиненным лишь одно слово:

— Сундуки!

Часть 14

Честность — лучшая политика!

Английская поговорка

Минутная стрелка на часах, казалось, застыла и не двигалась. Теодорос Антонидис то и дело поглядывал на часы: с минуты на минуту с важными вестями в полицейском участке должен был появиться Смолев. В ожидании владельца виллы «Афродита» Антонидис решил все же допросить одного из задержанных англичан. Но разговор с разъяренным подданным британской короны зашел в тупик с самого начала. Тем не менее Антонидис не сдавался.

— Понятия не имею, о чем вы говорите! Вы несете чушь! — разъяренно брызгал слюной Говард Стэнсбери, сидя в наручниках на стуле перед начальником криминальной полиции Наксоса. — Какое еще убийство? Вы с ума сошли, инспектор?

— Старший инспектор, — вполголоса поправил его сержант Дусманис, стоявший у него за спиной.

— Да мне трижды плевать! — взвизгнул задержанный, оглядываясь на него и потрясая в воздухе скованными руками. — Хоть премьер-министр! Немедленно снимите с меня наручники, чертовы идиоты! Я британский подданный и требую немедленно вызвать сюда моего адвоката, английского консула и журналистов независимых СМИ! Обвинить меня в убийстве! Вы себе не представляете, с кем вы связались! Я такое про вас порасскажу! Пожалеете, что на свет родились!

— Ясно, — потеряв терпение, язвительно пробормотал Антонидис, что-то помечая в своем блокноте. — Адвоката — ну, это само собой разумеется… Ему из Лондона к нам, конечно, рукой подать: и двух с половиной тысяч километров не наберется. Консула? Конечно, можно и британского консула. Заняться-то консулу нечем больше, как к нам из Афин на Наксос лететь. Он ведь сюда как к себе домой, каждый уик-энд… Журналистов свободной прессы и независимых телеканалов? Нет проблем… Что предпочитаете? Пометьте себе, сержант! Би-Би-Си подойдет? Ай-Ти-Ви? Си-Эн-Эн? Или, может, Эн-Би-Си? А давайте всех сразу? Что такое, сержант? Ах ты, какая жалость: у нас на острове нет их представительств!

— Вы… — прошипел Стэнсбери, вытаращив глаза, — вы… Вы что?.. Вы издеваетесь надо мной?! Да как вы смеете? Да я… Да я вас!..

— Послушайте, Стэнсбери, — утомленно заметил старший инспектор, вытирая лоб платком. — Вам еще не надоело? Вы уже скоро час как морочите нам голову. Сколько еще это будет продолжаться? Сколько можно валять дурака? У нас есть все основания, чтобы вас задержать. Вы будете давать показания или нет? Я вас последний раз спрашиваю: с какой целью вы прибыли на Наксос? Как давно вы знакомы с погибшим Джакомо Перуцци? Что вы можете сообщить по поводу его гибели? Где вы были в это время? Имейте в виду, следствие располагает неопровержимыми уликами против вас и вашего соучастника Петтигрю. Официальное обвинение вам будет предъявлено в течение сорока восьми часов. После этого дело будет передано в суд, а вас отправят на материк. И после этого никакой британский консул вам уже не поможет! У вас есть возможность получить снисхождение суда только