Грани безумия - Мария Александровна Скрипова

Старший лейтенант заглянул в процедурный кабинет, успел на перевязку и спустился в столовую. Запах овсяной каши со сгущенкой ударил в нос.

– Чай или компот? – спросила пожилая повариха, черпаком вываливая кашу на тарелку.

– Не нужно, спасибо, – мотнул головой парень, краем глаза замечая на территории больницы киоск, у которого столпилась немалая очередь. Шурик решительно сменил курс направления, стойко пропуская перед собой парочку миловидных старичков с палочками. – Две сосиски в тесте, один чебурек с мясом, пирожок с курицей, плюшку и воду с лимоном.

Закупившись мучным, старший лейтенант проскользнул мимо сменившейся после ночной смены медсестры, незамеченным пробираясь в палату.

– Вась.

– Принес? – с улыбкой спросила девушка, заинтригованно смотря на пакет с булками.

– Косичка с курицей и твоя любимая плюшка с черникой, – улыбнулся он. – Или бы ты предпочла овсянку?

– Нет уж, – пожала плечами Вася, безжалостно вцепляясь зубами в несчастный пирожок. – Смотри! – Синеволосая Мальвина, не отрываясь от завтрака, ловко открыла на ноутбуке скачанный файл, протягивая другу. – Новиков подергал за ниточки в Москве, дело закрывают. Официальная версия – неосторожное обращение с огнем, они не станут копать дальше.

– Он прикрывает либо себя, либо Соню, – уминая сосиску, вздохнул он. – А экспертиза?

– В ней все чисто, как по учебнику, – ответила. – Вот только экспертиза делается гораздо дольше, Новиков заметает следы.

– Думаешь, он причастен к похищению жены? Соня сама заказала такси, села в машину.

– Не совсем. Помнишь, вчера я говорила про прогу? – довольно улыбнулась девушка, открывая снимок Новиковой и девушки из такси. – С ее помощью я сравнила фотографии, вес, рост, телосложение, даже оттенок волос. – Василиса вывела непонятные значения на экран, накладывая на снимки. – Это не Соня. Не поверил мне, теперь есть пруфы, и прошу заметить, их даже в суде принимают.

– А про цвет волос ты как поняла? – недоумевающе посмотрел на нее старший лейтенант. – Картинка из такси серая.

– Мальчишки, – хихикнула она, парой щелчков по клавиатуре переводя цветную фотографию Новиковой в черно-белый формат. Так разница бросалась в глаза. – Убедила? Это парик.

– Значит, кто-то очень хотел, чтобы мы поверили, что Соня сбежала, та же одежда, парик… Плохо дело, походит на подставу. Если с женой олигарха что-то случится, мы главные подозреваемые. Включая тебя, – выдохнул Шурик, чмокнув хакера в лоб. – Прости, что втянул. Ты умница.

– Вообще-то я тоже тебя кое во что втянула, – опустила глаза Вася. – Я…

– Александр Аркадьевич? – прервал разговор высокий мужчина в халате. – Я ваш лечащий врач, Грибоедов Захар Ильич, у вас, юноша, ожог… – Доктор оторвал глаза от карты, только сейчас замечая Мальвину. – А вы, девушка, кто? Часы посещения с 16:00 до 19:00.

– Просто обеспокоенный друг, извините, я уже ухожу. – Вася засунула ноутбук в рюкзак, скользнув к двери. – Сань, потом договорим. Я позвоню.

Доктор вопросительно посмотрел на старшего лейтенанта, парень только молча пожал плечами, провожая взглядом синеволосую девчонку.

Глава 28

Манипулятор

Дорога до кладбища заняла около сорока минут. Теоретически ребята могли сюда добраться: от детской площадки ходит автобус, и никто бы не обратил внимания на двенадцатилетнюю девочку и мальца, приняв их за брата с сестрой.

– Приехали, – паркуется возле ворот товарищ подполковник. – У тебя сеть ловит?

– Нет, здесь сигнал слабый, возьми рацию, – отвечаю, вылетая из машины. Последний раз я был здесь на повторном захоронении своей дочери, а после – так и не решился навестить. Нужно было заехать, взять цветы, игрушку, конфеты. Как можно идти к своему ребенку с пустыми руками? И о чем я думаю… Темно, полнолуние и тишина, в лучших традициях фильмов ужасов. Если дети здесь… Все чувства обострены, в каждом шорохе мерещится что-то потустороннее. – Сюда…

Издалека замечаю надгробие, возле могилы кто-то сидит. Это они! Срываюсь с места, останавливаясь возле невысокой оградки. Никого… В тусклом свете луны принял венок за склонившегося ребенка.

– Их здесь нет, – резюмирует Афанасьев. Молчу, я был уверен… Нет, надеялся, ведь в противном случае, я изначально был прав и детей забрали. – Макаров, с ними все в порядке. Я уверен. Дать тебе пять минут? Побудешь с дочерью.

Без единого слова захожу за нежно-голубую оградку, опускаясь перед могилой на колени. У нас нет на это времени, нужно искать детей… Но… Не могу просто уйти. Роман отходит на пару шагов, пытается связаться с участком по рации.

Я так давно здесь не был, так давно не видел свою дочь…

– Здравствуй, галчонок, – смотрю на улыбающуюся с фотографии мордашку, сдерживая накатывающие слезы. – Прости, что меня не было рядом…

В ответ молчание. Она не ответит, больше нет… Когда Люся была рядом, все было проще.

– А здесь миленько. – Мила берет с могилы плюшевого кролика, крутя в руках. Всего этого нет. Она – галлюцинация, но я ничего не могу с собой сделать, злость закипает, готов вцепиться в глотку. Увы, не поможет… – Ко мне никто не приходит, не приносит цветов, не оплакивает. Грустно.

– Положи, – сквозь зубы цежу. Брюнетка покладисто кладет игрушку, театрально поднимая ладони вверх.

– Как скажешь, милый. Алтарь – святилище, здесь не место таким тварям, как я.

В чем-то она права, могила больше напоминает алтарь. Свежие цветы в вазе, любимые Люськины игрушки, прикрытые от дождя желтым детским зонтиком с ушками, вазочка с конфетами и мистически цветущий фикус, когда-то стоящий в комнате дочери. Аленка бывает здесь часто, даже слишком часто… Так нельзя, нам стоит поговорить об этом.

– Григорий, дети нашлись, – ошарашивает Афанасьев. – С ними все в порядке, они с Аленой Игоревной. Поехали.

– Что? – переспрашиваю.

– В участок звонила твоя жена. Дети дома, сами пришли. Подробностей не знаю, но с ними все хорошо.

– Ясно, – отвечаю, до конца не веря словам. Как такое возможно? – Где они были?

– Они живы, сейчас это главное. С остальным разберемся потом, – бьет по плечу товарищ подполковник. – Поехали.

* * *

Стоило выехать из мертвой зоны, посыпались уведомления о пропущенных звонках с Аленкиного номера. К дому подъезжаем, патрульная машина с мигалками встречает – ждали своего начальника.

– С детьми говорили? – спрашивает Роман Михайлович.

– Орлов в квартире, опрашивает родственников мальчика, Катя Котова там же.

– Выяснили, где они были?

– В луна-парке, – отвечает патрульный.

– Не понял?

– Новый детский развлекательный центр в паре кварталов отсюда. Они провели там весь день, пошли домой, когда площадка закрылась.

– Патрульные должны были проверить все детские учреждения, находящиеся в десяти километрах от места, где их в последний раз засекла камера.

– Ребята там были, администратор не опознала детей, сказала, что у них все приходят с родителями, – пожал плечами полицейский.

– Кто