Искатель, 2011 №3 - Владимир Соколов

— Адоратский что, охотился за этой партией наркотика?

— Выходит, так...

— Куда бы он ее дел, интересно!

— Н-не знаю... — У Ершова горлом пошла кровь, он испустил дух.

Под потолком мерцали четыре лампы дневного освещения, все пространство подвала наполнял запах пороховой гари. Одну из стен, окрашенных в светло-серый, не удручающий цвет, портили две паутины алых брызг. Под каждой из этих кровавых клякс — труп. Еще одно тело было распластано на капоте «Вольво»; на бежевом джемпере бандита расплывалось темно-красное пятно, лобовое стекло автомобиля забрызгано кровью.

Последний противник Серова — Ершов — умер несколько секунд назад. Рядом с ним валялась его «Беретта» с затвором, зафиксированным в крайнем заднем положении — Трофим Савельевич выстрелял всю обойму.

Серов сидел подле умершего прямо на полу, сжимая в руке «Кольт» 45-го калибра. Теперь для него кое-что становилось понятным — Ершов перед смертью успел закончить свой рассказ. Серова била легкая дрожь — очень давно уже он не испытывал подобных встрясок. Наконец он поднялся, озираясь в поисках ножа либо иного инструмента, каким можно было бы перерезать веревки.

Большую красивую финку, по всей видимости ручной работы, он отыскал в бардачке «Вольво» и направился в дальний угол гаража, где, привязанная к стулу, сидела Сонечка. Нижняя губа ее была разбита, из носа вытекала струйка крови. Взгляд затуманен недавней болью, теперь — уходящей.

Серов перерезал веревки, которыми девушка была привязана, попытался помочь ей подняться. Сонечка не смогла — снова тяжело опустилась на стул. Подняла на Серова глаза — в них тлели последние искры пережитого кошмара.

— Как вы сюда проникли, товарищ капитан? — слабо спросила она. — Охрана же у ворот!..

— Мне повезло, Соня. — Серов нежно провел рукой по ее волосам. — Мне здорово повезло...

Внезапно со стороны лестницы послышался громкий топот, подвал заполонили бойцы ОМОНа. Во главе вышагивал Вахитов, с неудовольствием оглядываясь по сторонам — наличие четырех трупов здесь и двух на улице ему явно не пришлось по душе.

— Значит, ты уже?.. — спросил он без тени улыбки. — Хоть бы одного в живых оставил. С кого теперь показания брать прикажешь!..

Серов протянул ему «Кольт» («Макаров» он успел спрятать под куртку).

— С меня возьми. Ершов мне перед смертью кое-что интересное успел-таки поведать.

И Серов рассказал Вахитову то, что успел услышать от Ершова. Когда он закончил, Вахитов спросил:

— Ну и где нам теперь искать этих Адоратского с Максимовым? Последнего мы отпустили сегодня.

Серов повернулся к девушке, которая начала приходить в себя.

— Соня, Вадим со старой квартиры съехал. Не знаешь, где он снял новую?

— Нет. Он только как-то говорил мне, что скоро мы заживем По-человечески, купим новую квартиру и весной сможем пожениться.

— Боюсь, что свадьба не состоится, — вздохнул Серов. — Если, конечно, ты не отважишься ждать его лет двадцать.

Она сделалась испуганной:

— Откуда ждать?

— Из тюрьмы, — устало обронил Серов и повернулся к Вахитову. — Домашний адрес Максимова имеется?

Вахитов пожал плечами:

— Поехали, чего уж там...

— И меня с собой возьмите, — попросила Соня. — Пожалуйста...

Прибыв по нужному адресу, у самой квартиры Альберта Максимова они обнаружили его труп. Максимов был застрелен, пистолет с глушителем валялся рядом.

Приказав Соне оставаться на площадке, Вахитов с Серовым вошли в квартиру — дверь была приоткрыта. Принялись за осмотр жилища. Осматривая гардероб убитого хозяина, Вахитов окликнул Серова:

— Гриш, подойди.

Серов увидел дубленку на вешалке. В том месте, где когда-то была пришита средняя пуговица, сейчас торчал клочок светлого меха...

Они прошли в комнату, подошли к распахнутому настежь платяному шкафу. Увидели расстегнутую спортивную сумку, к сожалению пустую, а на полу — бумажный листок. На листке бумаги был нацарапан телефон.

Неожиданно позади раздался голос Сонечки:

— Мне страшно в подъезде — там ведь покойник на полу. И я знаю, кто это писал. Это Вадика почерк.

— А я знаю, чей это телефон, — проговорил Серов. — Поехали — ка, друг, с тобой на Лебяжье.

— В «Лебяжий Рай»? — уточнила Соня. — У Вадика там друг охранником работает — Лешей Халтуриным зовут.

— Как он туда воткнулся, интересно? — спросил Серов.

— Вадим говорил, его туда Альберт Георгиевич устроил. Максимов, — Соня кивнула в сторону входной двери.

В этот момент в квартиру вошли люди в милицейской форме.

— Кто такие? — спросил старший, полный майор лет тридцати.

— Все нормально, майор. — Вахитов предъявил удостоверение. — Подполковник Вахитов, УВД Ясноволжска.

— А вы-то здесь каким образом оказались? Тоже вызов приняли?

— Убийство расследуем, майор. Другое убийство, но оба они, похоже, связаны. Нам сейчас ехать надо, а вы, пожалуйста, во-он ту дубленочку захватите, мы ее у вас попозже заберем.

— И барышню подбросьте до дома, — вставил Серов. — Будем вам очень признательны. — Он повернулся к Соне: — Что на Вадиме надето было, когда ты видела его в последний раз?

— Красный пуховик и черная бейсболка... А вы меня с собой не возьмете?

— К сожалению, — развел руками Вахитов.

Охрана в «Лебяжьем Раю» менялась по вечерам, поэтому по приезде туда Серов с Вахитовым прямиком направились в будку у центральных ворот, где дежурил Халтурин. Войдя, Серов без лишних слов отправил того в угол сокрушительным ударом. Потом пристегнул наручниками к трубе отопления.

— И чтобы даже не рыпнулся у меня ни разу! — рявкнул он на ошалевшего охранника. — Рассказывай...

— Что?.. Что рассказывать, Григорий Семенович?

— Все рассказывай, гнида! И не дрожи ни о чем. Максимов твой — покойник. Шлепнул его Адоратский.

Сразу заметно успокоившись, Халтурин рассказал все о том, что происходило минувшей ночью, и о том, какие события этой ночи предшествовали.

Напоследок Серов поддал Халтурину носком ботинка под ребра, предупредив:

— Сиди смирно, ублюдок. Дернешь отсюда, я тебя даже в Антарктиде отыщу. И тогда уж пеняй на себя.

Выйдя из будки, они двинулись к зданию конторы и вовсе не удивились, когда из парадного подъезда показался парень в красном пуховике и черной бейсболке. В руке он нес увесистый полиэтиленовый пакет.

— На ловца и зверь бежит, — ухмыльнулся Серов. — Кстати, причину смерти Файзиева установили?

— Да. Ему в кокаин цианид был подмешан.

— Вот, значит, как! Однако три миллиона — не шутки...

Поравнявшись с Адоратским, друзья ловко, проворно и со знанием дела уложили того мордой в снег, заломили за спину руки, Вахитов защелкнул наручники.

— Давай его ко мне, — предложил Серов, и они поволокли Адоратского в коттедж Серова.

Там бросили на диван. Вахитов сказал:

— Слушаем. У тебя полный пакет зелени, так что давай: где раздобыл, каким образом, кто наколку дал, кто помогал и так далее. И учти: твоя вина в убийстве Максимова сомнений не