Раздевайся, отличница! - Марципана Конфитюр

— Ё-моё... — "Брат" шумно выдохнул. — Конечно! Ну естественно! Вот почему мы и встретили Эдди совсем одного в тот заход! Мы обсуждали планы здесь! Они всё слышали! А во второй раз я отправился, никому ничего не сказав! Вот почему этого чёртова Виктора и удалось застать на рабочем месте!

От мысли, что последние десять дней таинственный и, возможно, психически нездоровый злодей, засевший на кухне, следил за мной, сделалось жутко. И даже когда мы смыли жучка в унитаз, мне не стало лучше. Ощущение опасности, висевшее надо мной уже около двух недель, становилось всё гуще и осязаемое. И, хоть порой влюблённость и различные приключения внутри шкафа отвлекали от нее и заставляли на время забыть о страхе, каждый раз он возвращался всё сильнее и сильнее. Сейчас страх мой был силён как никогда. И что хуже всего — я по-прежнему не понимала, что происходит и чего конкретно я боюсь.

— Как думаешь, это контрабандисты? — спросила я в тщетной надежде хоть что-нибудь прояснить.

Естественно, ничего дельного ответить Корнелиус не мог:

— Откуда я мне знать?! Но я думаю, нет. Скорее всего, на кухне засела шайка населенцев, желающая выведать наши секреты и уничтожить стабильный миропорядок... А теперь скажи, куда ты дела мою карточку и мою пружину.

Пришло время рассказать Корнелиусу про про то, что мистер Вэнс теперь всё знает, и что в понедельник прибудет спецназ ФБР. Ох, и злился же он!

— Чёртов Вэнс!!! — Орал"брат" как безумный. — Ну нафиг вообще прилетать его было?! Это было наше дело, нас двоих! Тут третий лишний! Неужели нельзя было хоть раз обойтись без проклятый взрослых, без родителей, без преподов, без всякого начальства?! Почему ты всегда мне всё портишь?! И какого хрена он решил забрать то, что я сам добыл в бою, рискую жизнью?!

В отместку за изъятиепружины и ключ-карты Корнелиус ещё раз попытался разгромить коробки Вэнса. Мне едва удалось отстоять их. Правда, на этом разругались мы с братом окончательно. Он объявил, что, раз весь квест испорчен, а родители очевидно вот-вот обо всём узнают, то и сидеть у меня, скрывая свои синяки, ему больше ни к чему. В общем, он ушел к себе и хлопнул дверью.

Не знаю даже, к лучшему так вышло или нет...

48. Пятница, 28 сентября. 00:35

До одиннадцати я переживала, а потом до полуночи тщетно пыталась отвлечься с помощью учебника по заговору фармы. Толку не было. Хоть я и говорила сама себе, что, раз жучок выброшен, значит, всё худшее позади, мысль о том, что кто-то наблюдал за мной, покою не давала. Для чего? Как долго это длилось? Как всегда, ответов не было. Да и в том, что именно Виктор поставил эту прослушку, я тоже уверена не могла быть. Мой кухонный враг не обязан был делать всё сам. Я ведь уже знала, что у него есть помощник: тот, что подложил мне записку. Это, в общем, мог быть кто угодно из студентов. Или даже не студентов... Кто угодно, приходивший в нашу комнату: будь то явным для меня образом или тайным. Впрочем, подложить записку и жучка вполне могли мне и два разных человека... Чёрт возьми! Как ни думай, как ни крути, список подозреваемых оставался бесконечным. Подозреваемые сыпались из очерчиваемого мною круга как зерно из худого мешка!

Охохо!

В полночь я решила лечь, но сон не шёл.

Мне ужасно, до дрожи, до слёз нужна была поддержка. Если не объятия, то хотя бы заверения, что всё будет хорошо, что всё наладится, что спецназ успеет вовремя! Просто несколько ласковых слов. И желательно от человека сильнее меня. Главней. Старше. Важнее. Ну, короче, от того, кто защитил бы...

Ну, от Вэнса, одним словом.

Позвонить?

Двенадцать ночи.

Он точно уже спит. А если нет — решит, что я рехнулась. Или что у меня совсем плохо с воспитанием. Или что я навязчивая влюбленная дурочка, которая из-за парочки поцелуев и обнимашек теперь будет бегать за ним бесконечно!

Можно, конечно, сделать вид, что звонок чисто деловой, что я просто должна сообщить о жучке... Ведь это же важная деталь той проблемы, о которой я ему сообщила, и из-за которой он вызвал спецназ, разве нет? С другой стороны, рассуждая холодно, ничто не мешает мне сообщить ему об этом и завтра, в рабочее время. Был жучок, не было жучка — для Вэнса это всё равно ничего не изменит, верно? Он вызвал подкрепление и мы ждём его. И всё. А если звонить ночью и грузить его своими переживаниями, будет ясно, что я просто хочу ласки, утешения, заботы... Ну, навязываюсь, стало быть.

Решив взять себя в руки, не портить прикольное эротическое приключение дурацкими ночными звонками и уснуть усилием воли, я легла на бок, закрыла глаза и принялась представлять себе то, что сегодня случилось в шкафу. Потом то, чего там не случилось. Потом то, что могло бы случиться в дальнейшем — уже не в шкафу, а в различных местах, в том числе, там, где были сегодня Андреас и Клементина...

Настроение от этих размышлений стало лучше, только спать теперь совсем уж расхотелось.

Я вздохнула и решила взять учебник по масонству в рассуждении, что эта скукотища меня срубит, но внезапно телефон мой зазвонил.

"Мистер Вэнс" — прочла я на экране.

Сердце с восторгом заколотилось. Он там сейчас думает обо мне! Он чувствует, когда мне нужна ласка! У нас связь!

Я нажала "ответить без видео".

— Мисс Вуксанович, — раздался в телефоне сладкий голос, и внизу у меня сразу потеплело, — вы не спите?

— Нет, сэр! Я так рада, что вы позвонили! Мне как раз надо сказать вам кое-что!

— И что же, милая?

Внизу стало ещё теплей.

— Сэр, в моей комнате было подслушивающее устройство!

Я вкратце рассказала, как изъяла у Корнелиуса важные улики, как он разозлился, принялся шарить по комнате и как нашел злосчастную коробочку.

Вэнс немного помолчал на том конце. Потом буркнул:

— Черт... опять...

— А что "опять", сэр?

— Да неважно. Дело прошлое. Напрасно вы, конечно, утопили эту штуку... Думаю, что следствию она бы пригодилась...

— Ох, простите, сэр! Мы сгоряча. Мы не знали, как выключить...

— Хватит уже извиняться! Хорошо, что вы сумели отыскать и обезвредить эту дрянь.

— Сэр, это Виктор? Как вы полагаете?

— Следствие выявит, кто это.

— Не пойму, чего они хотят! На что вообще им я и Клементина?!