Операция «Барбадосса» - Майк Логинов

— Я знаю, но все равно!

— Это глупо! Мы взрослые люди, и у каждого из нас есть прошлое. И его никуда не деть.

Я молчал. Тони поставила бутылочку с дезинфицирующим раствором на стол.

— Послушай, Рэй, если ты ждешь, что я сейчас упаду на колени и стану каяться, то, боюсь, тебя ждет разочарование. Я не считаю, что делала что-то предосудительное. Вообще-то это была идея Сэма. Он таким образом рассчитывал оживить нашу семейную жизнь.

— Оживил?

— Ну да, в какой-то степени. Но в конечном счете сексуальные эксперименты не спасли наш брак! И это, кстати, лишнее доказательство, что секс не решает все…

— Тебе понравилось с пятью мужиками?

— Ты все-таки хочешь уличить меня в безнравственности, Рэй. Повторяю, не выйдет! Я не признаю своей вины ни по одному пункту, понятно тебе? — Тони усмехнулась. — Если же отвечать по существу, то это было немного утомительно. Два долгих захода! Мне было приятно, но я так и не кончила.

Мы помолчали.

— Зачем Сэм мне это прислал? — спросил я.

— Вот затем! — фыркнула Тони, — Хотел, чтобы ты ревновал, чтобы переживал. Чтобы мы с тобой вели эти ненужные разговоры о прошлом.

— А со мной ты не хотела попробовать?

— Попробовать что?

— Ну, заняться сексом втроем, вчетвером с моим участием?

Тони посмотрела на меня как на упрямого ребенка.

— Я думала об этом.

— Вот как?

— Не в смысле — я хотела этого, а в смысле — допускала. Если бы ты предложил, я могла бы согласиться, чтобы сделать тебе приятное.

— Мне это не нужно.

— И мне это сейчас не нужно.

— Я вообще только один раз в жизни был в постели с двумя женщинами.

— Ну и что? Поверь, это ничего не меняет.

Мы снова помолчали.

— У меня есть предложение, Рэй. — Тони подошла ко мне и поцеловала в щеку.

— Какое?

— Забыть это все.

Я понимал, что это прекрасное, очень щедрое предложение. Что я делаю из мухи слона. Что я рискую потерять, возможно, лучшую женщину, какая встречалась мне в жизни. И все-таки я не мог притвориться, будто ничего не было.

— Я, пожалуй, пойду, — сказал я.

— Поступай, как считаешь нужным, — ответила Тони.

Я вышел в коридор. Тони меня не провожала.

Рэй отправляется в суд

Вайс встретил мой рассказ о злоключениях Гречко на удивление спокойно.

— Ерунда! — уверенно заявил он, после того как я пересказал ему разговор с Корриганом. — Они обознались! Арестовали не того человека! Мистер Гречко — уважаемый ученый. Все разъяснится!

— А мне что делать? — спросил я. — Меня будет допрашивать полиция, вызовут в суд.

— Не паникуйте, Рэй! Все будет нормально, — сказал Бруно. — Говорите всем то, что говорили и раньше. С вами свяжется адвокат!

На следующее утро ко мне в офис явился человек по имени Лесли Андрада. Это был низкорослый щуплый мужчина с незапоминающейся внешностью. Говорил он тихим, бесцветным голосом, и мне приходилось напрягать слух, чтобы ничего не упустить. От него я узнал, что предварительные слушания по делу Гречко должны состояться через два дня.

— Вы свидетель защиты, — пояснил Андрада. — И должны будете подтвердить, что человек, которого задержали в «Вирджинс», известен вам как Иван Гречко. Очевидно, судья задаст вам несколько вопросов. Например, он может спросить, когда и при каких обстоятельствах вы познакомились. Какие отношения связывают Гречко с компанией. Вам ничего не нужно скрывать, мистер Винавер, и ничего не нужно придумывать. — Лесли Андрада открыл портфель и достал из него кипу бумаг. — Мы будем ходатайствовать об освобождении мистера Гречко под залог, — тихо произнес он. — Деньги внесет компания, и вы, как директор, должны утвердить этот расход, поэтому я попрошу вас подписать кое-какие бумаги.

Я достал ручку из внутреннего кармана пиджака и начал ставить автографы там, куда указывал Андрада.

— Скажите, Лесли, чем все это может закончиться для мистера Гречко? — спросил я, не отрываясь от процесса. — Надеюсь, его не упекут за решетку?

Андрада посмотрел на меня своими бесцветными рыбьими глазами.

— По законам Барбадоссы за преступления, которые инкриминируют мистеру Гречко, полагается год тюрьмы и штраф, — проговорил он. — Впрочем, правительство не любит тратить деньги налогоплательщиков на содержание нелегалов в тюрьме. Их обычно сразу высылают.

— Значит, мистера Гречко просто депортируют? — Я подумал, что для всех это было бы наилучшим выходом.

— Будем надеяться на лучшее, — неопределенно ответил адвокат.

В четверг мы с Андрадой отправились в окружной суд Сент-Джорджеса. Суд занимал старинное здание на Кинг-Эдвард-авеню, построенное в XVIII веке во времена французского владычества. Андрада поджидал меня на широкой каменной лестнице. Мы поднялись по ступеням и вошли в здание. Просторный вестибюль с каменным полом и высоким сводчатым потолком наводил на мысли о церкви или музее, а не о суде. По периметру в нишах стояли мраморные статуи людей, которые оставили след в истории Барбадоссы, — губернаторов, адмиралов, путешественников и пиратов. Картину, правда, несколько портили рамки металлоискателей с мигающими красными и зелеными лампочками. Двое полицейских — мужчина и женщина — медленно и вдумчиво проверяли посетителей, из-за чего перед рамками образовалась очередь. Я взглянул на часы. Заседание было назначено на девять утра, и до начала оставалось всего десять минут.

— Не волнуйтесь, — сказал Андрада, перехватив мой взгляд, — они обычно не начинают точно в назначенное время.

Преодолев полицейский кордон, мы направились в зал заседаний. Я с любопытством глазел по сторонам, до этого мне довелось быть в окружном суде лишь однажды — в качестве свидетеля по делу о нанесении ущерба общественному имуществу. Вскоре после того, как я открыл магазин, неподалеку от меня, на пересечении Берроуз-стрит и Кавендиш-драйв, случилась авария: водитель не справился с управлением, выехал на тротуар и снес паркомат. К счастью, никто тогда не пострадал.

Андрада шел по судебным коридорам быстро и уверенно, и спустя несколько минут мы были на месте. В первый раз, когда я был свидетелем, мне отвели место на задней скамье, ближе к выходу. Теперь же мы с адвокатом уселись впереди — прямо перед подиумом, на котором должен был восседать судья. Андрада оказался прав — начало заседания задерживалось. В зале, кроме судейских, прокурора и нас с Андрадой, никого не было.

Андрада кивнул в сторону соседнего стола, за которым сидел прокурор — смуглый седоватый мужчина, похожий на индийца.

— Это Лакшман Сингх, заместитель окружного прокурора, — шепнул мне адвокат. — Вы с ними не знакомы?

— Имя слышал, но лично не встречался, — ответил я.

Открылась боковая дверь, и охранник ввел в зал Ивана Гречко. Он был в той же одежде, в какой его скрутили