Зарубежный детектив 2026-21 - Кейт Родс

— Да какой тут сон. Меня все давит, грызет. Как тут спать, когда ты весь в мыслях: а ведь можно принести пользу людям — вдруг у них без тебя что-нибудь не срастется?

— Оно, как видишь, так и так не срослось.

— Да слышал я. Ты в порядке?

— Да так. Все в конце концов образуется. А у тебя что?

— Фейсбук.

— Я думал, мы это уже проходили.

— Как бы тебе это сказать: и да, и нет.

Чувствуется, что Бенни несет. Он явно хочет что-то сказать, но с трудом сдерживается. Наконец делает вдох и говорит:

— А ну-ка, каково золотое правило социальных сетей?

— «Не делай этого»? — наугад говорит Лютер, вешая пальто.

— Нет. Золотое правило — помещай только такую информацию и образы, которые ты с удовольствием открываешь для всех подряд и под которыми свободно авторизуешься. И Ламберты во многом этим канонам соответствовали.

— Но?..

— Но проблема в том, что, когда я говорю «с удовольствием» и «для всех», я действительно имею в виду — для всех. Проблема же с социальными сетями, да и вообще с Интернетом в целом, такова, что, находясь там, можно легко выдать себя за того, кем ты на самом деле не являешься. Например… — Он подходит к креслу: — Ну-ка, потеснись.

Лютер отодвигается, открывая Бенни доступ к старому бежевому компу с пятнадцатидюймовым монитором, который громоздится на его рабочем столе еще со времен великого технического апгрейда — когда те из сотрудников, кто пошустрее, обзавелись модерновыми плоскими экранами.

Бенни входит в Facebook и снова настукивает по клавишам. И вот уже Лютер смотрит на свою собственную страницу в Facebook, которой у него отродясь не бывало.

— Вот, — объявляет Бенни. — Я ее нынче ночью соорудил — на твое имя.

Лютер не отрывает взгляда от этой странички.

— Как?

— Легко. Ведь я знаю твой день рождения, знаю, в какую ты ходил школу, в какой университет, и так далее. Эти детали можно легко провентилировать в онлайне. Единственная загвоздка вышла с твоей фоткой: у меня под рукой ее не оказалось. Но я между делом знаю, что ты фанат Дэвида Боуи, разве нет? И знаю твой любимый альбом.

— «Low».

— Верно. Поэтому я ищу этот альбом, скачиваю его обложку и использую ее как твою аватарку. Все, кто тебя знает, смотрят на нее и прикалываются: «Ну типичный Джон Лютер! Как был фанатом Боуи, так и остался!» И никому резона нет думать, что ты — это не ты. Все, что мне теперь остается, это сыскать кого-нибудь из твоих старых знакомых. Опять же, это не проблема, потому что я знаю, в какую ты ходил школу Я просто делаю рассылку с запросом по куче друзей.

— Скажи еще, что ты ее на самом деле разослал, — настораживается Лютер.

— За дебила меня считаешь? Я жить хочу. Так вот, я о том, что эта страничка сварганена за десять минут — исключительно в образовательных целях; просто чтобы показать тебе, как это легко — быть в Сети кем-нибудь другим.

— Ладно, это я понял. Интернет — хуже нет. И что?

— А то, что я прочесал всех онлайновых знакомцев и знакомиц Ламбертов. У Сары Ламберт их двести пятьдесят с гаком, у Тома Ламберта под семьдесят. Он пользователь довольно нерегулярный. Поэтому отодвинем его в сторону — когда понадобится, мы к нему еще вернемся. А пока сконцентрируемся на Саре.

Итак, у нее двести пятьдесят три знакомых. Из них сто восемьдесят пять хотя бы раз в неделю выходят на связь. Оставшиеся шестьдесят восемь — пользователи нерегулярные. То есть эти люди, как правило, открывают новый аккаунт и начинают делать рассылки: что они ели на завтрак да что такое сморозили их детки. Но довольно быстро это им надоедает, и рассылки у них с каждой неделей становятся все скуднее. Некоторые вообще делают одну-две отправки и решают: «Да ну его», и больше их там не видать и не слыхать.

— И сколько у нас таких?

— Полдюжины. Вот они: Тони Бэррон, Малколм Гранди, Шарлотт Уилки, Руби Дуглас, Люси Гэдд, Софи Ансуорт.

Лютер кивает, уже соображая: что-то смутно, но явно движется в его сторону.

— Я нынче утром на них всех вышел, — сообщает Бенни.

— В каком смысле? Официально, что ли?

— Обижаешь. Просто устроил обзвон под видом благотворительной организации.

— Эх, кореш, не на той работе ты работаешь! Ну и что, как оно?

— У Тони Бэррон, Малколма Гранди, Шарлотт Уилки, Люси Гэдд, Софи Ансуорт данные подтверждаются, по крайней мере на первый взгляд. Может, не мешало бы копнуть еще разок, поглубже, но я не стал рисковать понапрасну.

— Ладно, считай, что я тебе разрешил это сделать. А последнее имя?

— Руби Дуглас.

— Кто такая?

— Ходила в ту же частную школу, что и Сара Ламберт. В тринадцать лет уехала отсюда с семьей. Так что знакомство очень старое и поверхностное, если его вообще можно таковым назвать. Знакомая из тех, кого миссис Ламберт если и помнит, то уж во всяком случае не видела больше двадцати пяти лет.

— Понятно.

— Эта самая Руби Дуглас авторизовалась в Facebook года три назад и в один и тот же день записалась в друзья к Ламбертам и кое к кому еще. После чего ни одного сообщения, ни одной рассылки. То есть вообще ничего, пока…

— Пока?

— Пока миссис Ламберт не объявила, что беременна.

Сердце, как кулак, бьет Лютера изнутри по ребрам.

— Ну-ка, покажи мне ее новостную рассылку, — требует он и читает секундой позже: — «Мы с Томом вот уже сколько недель как на иголках и просто изнемогаем от желания сообщить вам всем: мы беременны! Мы уже на пятом месяце!»

— Пятьдесят пять комментариев, тридцать восемь лайков, — констатирует Халява. — Один из этих лайков отправила Руби Дуглас. Это ее единственная реакция на что бы то ни было в Сети. За все эти три года.

Лютер долго молчит. Наконец спрашивает:

— Ты пытался на нее выйти? На Руби Дуглас?

— Да уж конечно. Само собой.

— Руби Дуглас — имя ведь наверняка липовое?

— Как пить дать.

— Так что, может статься, Пит Блэк пас Ламбертов в Facebook?

— Нет ничего проще, — кивает Бенни. — Серьезно. Люди понятия не имеют, кто и как наблюдает за ними в Сети.

Настроение у Лютера портится, стоит ему это осмыслить. Какое-то время он сидит задумавшись.

— Так их, по-твоему, погубило это объявление о беременности? Получается, он его ждал.

Бенни ничего не говорит. Что тут скажешь?

— А мы можем отследить пользователя в обратной последовательности? — вскидывается Лютер. — Вычислить его через