Марвуд и Ловетт - Эндрю Тэйлор

Марвуд поклонился с неожиданной помпезностью, будто желая соответствовать облику своей собеседницы и месту, куда та направляется:

– До свидания, мадам. Надеюсь, сегодня вечером вам удастся совместить приятное с полезным.

У Кэт от волнения пересохло в горле.

– Благодарю.

Остановившись в дверях, Марвуд обернулся и уже в своей обычной манере произнес:

– Вы выглядите очень элегантно, мадам. Клянусь, я… Поверьте, вы сегодня просто великолепны! Готов поспорить, вы затмите всех.

Окна гостиной выходили на Темзу. Погода весь день была хорошей, а легкий ветерок почти не колыхал длинные портьеры из тафты. Даже сейчас, в седьмом часу, воздух был настолько теплым, что люди прогуливались по террасе.

Солнце садилось. На серой воде сверкали золотые отблески. Вода в реке поднялась высоко и скрыла всю береговую полосу, благодаря чему запах нечистот сегодня ощущался слабее обычного.

– Уф! – выдохнула мадам де Борд, когда они с Кэт прохаживались по гостиной. – Уайтхолл, конечно, не Пале-Рояль и не Сен-Жерменский дворец, но должна признать, что в такие вечера он тоже может быть приятным местом.

Мадам де Борд встретила Кэт у двери и сразу взяла ее под свое крыло. Несколько джентльменов играли в карты в углу гостиной, но в основном собравшиеся обменивались друг с другом новостями, меняя собеседников как перчатки. Среди дворцовой роскоши голубое шелковое платье Кэт казалось по-старомодному скромным, даже затрапезным.

По словам мадам де Борд, многие придворные дела тайно решались в этой гостиной с помощью кивков, подмигиваний и рукопожатий.

– Но только не сегодня, – пренебрежительным тоном добавила француженка. – Нынче вечером важных особ здесь практически нет.

Кэт пришла в смятение, увидев высокую фигуру в позолоченном парике. Герцог Бекингем стоял у камина с таким видом, словно и этот предмет обстановки, и весь дворец принадлежали ему. Кэт он пока не заметил.

– Когда здесь королева, народу собирается в четыре-пять раз больше. К нам заглядывает даже король. Потихоньку приходит и уходит, будто обычный джентльмен. В гостиной жены он ведет себя свободно и разговаривает с кем пожелает, без всяких формальностей. – Мадам де Борд понизила голос. – Королева так и не подарила королю наследника, однако она неглупа. Ее величество нашла свое место при дворе, и монарх ей за это благодарен. Думаю, по-своему он к ней привязан, даже несмотря на всех своих любовниц.

Повернувшись к Бекингему спиной, Кэт устремила взгляд на реку, словно любуясь видом из окна.

– Красивое кружево, – заметила мадам де Борд, дотронувшись до платья Кэт и на ощупь оценивая качество плетения. – Где вы его нашли?

– Это подарок, – приободрилась Кэт.

– Вот как? От джентльмена?

– Можно сказать и так.

Кэт не назвала бы Марвуда джентльменом, несмотря на все его новоприобретенные придворные ужимки. Впрочем, и сам Марвуд к джентльменам себя не относил.

– Не скромничайте, моя дорогая. Ах, какие у вас туфли! Дайте-ка их рассмотреть! Новые?

Кивнув, Кэт чуть приподняла подол. Мадам де Борд обошла вокруг нее:

– Очаровательная пара! Кто мастер? Месье Жорж?

– Как вы догадались?

– Ни один англичанин не владеет подобным мастерством. К тому же месье Жорж любит вишни. В Париже у него была своя мастерская, но бедняга – протестант, и в Лондоне он чувствует себя комфортнее. Может, подышим свежим воздухом?

Они вышли на террасу и замерли, глядя на широкую серую реку.

– Кстати, о туфлях, – сказала Кэт. – Хочу показать вам один экземпляр.

– Еще одна новая покупка?

– Нет, туфля мужская. Полагаю, французской работы.

– Тогда зачем же?..

Кэт вкратце изложила обстоятельства, при которых была обнаружена туфля.

– Возможно, убитый – француз.

– Mon Dieu![70] – ахнула мадам де Борд, и ее рука взлетела к груди. – Как же нас здесь ненавидят! Будь их воля, перерезали бы нас всех в собственных постелях!

– Уверена, в Уайтхолле вам ничего подобного не грозит, – заверила ее Кэт.

– И где же она? – Мадам де Борд сморщила нос. – Я про туфлю покойника.

– В передней, в кармане моего плаща.

– Тогда покажете мне ее позже, когда будете уходить.

– Есть еще один предмет.

Кэт нащупала в кармане кошелек, найденный Марвудом в комнате Айрдейла.

Мадам де Борд уставилась на эту вещь во все глаза:

– Кошелек нашли вместе с туфлей?

– Нет, совсем в другом месте. Что скажете?

– Разумеется, кошелек женский. – Мадам де Борд взяла кошелек, покрутила его в руках, а затем вывернула наизнанку. – Прелестная вещица! Очень изящные швы. Где его обнаружили?

– Мужчина прятал кошелек у себя в спальне.

– Француз?

– Нет, англичанин. Человек простой, но… – Кэт понизила голос, – может статься, он имеет отношение к убийству.

– Моя несчастная покойная госпожа герцогиня Орлеанская год или два назад дарила такие кошельки своим фрейлинам. Не уверена, что это один из них, однако сходство налицо. Материалы. Швы. Узор в уголках.

– Могла ли одна из фрейлин герцогини привезти кошелек с собой в Англию, когда его величество предложил придворным дамам сестры перейти на службу к нашей королеве?

– Вполне возможно. Почти все они уехали вместе с королевой. – Мадам де Борд заглянула через окно в гостиную. – Но одна осталась в Лондоне. Вон она, разговаривает с нашим послом. Мадемуазель де Керуаль.

Месье Кольбер наклонился к ней ближе:

– Теперь, когда вы снова в добром здравии, мадемуазель, времени терять нельзя. – Голос у посла был мягкий, текучий, и он вливался в уши Луизы, будто оливковое масло. – По правилам, если вы не сопровождаете королеву, у вас нет никаких поводов для поездки в Саффолк. Однако я обсуждал этот вопрос с лордом Арлингтоном и полагаю, что мы нашли для вас идеальный предлог. Мы…

– Та дама на террасе кажется мне знакомой, – перебила Луиза, отчаянно искавшая повод хотя бы ненадолго отложить этот разговор. – Она беседует с мадам де Борд.

Посол нахмурился:

– В голубом платье? Я не знаю ее.

– Личико довольно хорошенькое, – бесстрастно отметила Луиза с невозмутимой объективностью, на какую способны только признанные красавицы. – Но в целом ничего особенного. Ах да, вспомнила! Я видела эту особу в прошлом году в Сен-Жермене, а потом один раз в Дуврском замке. Имени не припоминаю, но она консультировала нашу госпожу по поводу какого-то строительства. – Луиза нашла облегчение в возможности посмеяться над этой нелепицей. – Только представьте, месье, эта женщина что-то вроде архитектора!

– Хотите сказать, архитектура – ее ремесло? – Когда Луиза кивнула, Кольбер заметил: – Весьма необычно. Но вернемся к нашей ситуации: проблема в том, что теперь, когда вы поправились, вам надлежит вернуться к обязанностям фрейлины, а между тем королева скоро покидает Юстон. Однако