Искатель, 2008 № 10 - Журнал «Искатель»

Итак, Сергей обосновался в добротном двухэтажном доме близ озера, в котором не находил прежде времени даже и отдыхать. И там он полюбил возлежать на персидском низком диванчике, о коем отзывался в прежние времена непочтительно (продать кому-нибудь, что ли, эту оттоманку нерусскую? ну, словно с горшка встаешь!), и курить кальян.

А также Кузнецов почему-то стал интересоваться очень ближневосточной политикой. Точнее — лишь единственным политическим деятелем. Тем самым, о котором большинство респектабельных газет мира высказывалось в том смысле, что недостоин так называться.

Определениями «безумного Ахмата» (как окрестили его они же) куда как чаще бывали «террорист» и «бандит». Но представители контркультуры предпочитали называть его «легендарный Ахмат», и торговля футболками с его решительной хмурой физиономией бойчее шла в странах «золотого миллиарда», чем в третьем мире.

Вот это необъяснимое увлечение Сергея было почти единственным, что иногда вносило разлад в его вообще-то на зависть иным сплоченную и здоровую семью (в которой количество отпрысков, кстати говоря, увеличилось за два последние года вдвое).

Домашних можно было понять. У Кузнецова этот самый Ахмат сделался просто манией! Как только по телевизору начинали показывать Легендарного (или Безумного) или же сообщать что-либо про него, Сергей немедленно добывал всех членов семьи из самых невероятных мест. И заставлял выстраиваться в линейку пред голубым экраном.

И если в остальном Кузнецов, перенеся психическую болезнь, сделался как-то более покладист и управляем (исподволь) со стороны старшей дочери и жены, то в данном удивительном увлечении он был абсолютно непреклонен.

Что полностью подтвердили события и на этот раз.

— Немедленно все сюда! Посмотрите! — отчаянно вопил Кузнецов, как если бы он был фермер позапрошлого века, у коего угоняли скот.

И сразу раздался топот по половицам и лестницам его дома. Все понимали, что спорить в данном случае бесполезно. Разумный и адекватный в остальном человек теперь, когда коснулось дело до «манечки», заставит все равно посмотреть.

И они смотрели.

Экран показывал любопытный вид развороченных блиндажей, дымящихся боевых подбитых машин системы «Меркаба», песчаных дюн, уходящих вдаль.

— Вы наблюдаете последствия беспрецедентной по дерзости ракетной атаки, — вещал улыбающийся корреспондент. — Удар был нанесен по позициям карательного корпуса, дислоцирующегося в секторе Газа. Потери боевой техники и личного состава подразделения уточняются.

— Когда же наконец ты одумаешься, о безумный Ахмат?! — страдальчески провозгласил затем на экране человек с микрофоном. Но сразу и уравновесил политкорректно: — И вообще, когда ты придешь в себя, о безумный, безумный мир? Бескрайняя череда насилия с обеих сторон... Кованые ботинки вооруженных людей вновь топчут многострадальные пески пустынь Палестины... Смотрите! Это проносят раненых...

Невольно возникает вопрос: кто он, этот Ахмат? Возникший из ничего и за какие-то месяцы сделавшийся легендой... Я проводил журналистское расследование в этом аду...

Камера вновь показала панораму воронок и дымов, поднимающихся в раскаленное белесое небо.

— Мне не один раз пришлось, поверьте, рисковать жизнью... Но я нашел! Ахмат, этот легендарный командир несогласных, когда-то зарабатывал тем, что удовлетворял экзотические прихоти богатых европейских туристов. Он был простой инструктор по дайвингу. Пешка из не блистающей особенными успехами фирмы «Подводный Сфинкс».

Ходят слухи, — корреспондент подмигнул, — что за спиною этого клуба маячит итальянская мафия. Как, впрочем, и у других подобных. Любители экстремального отдыха, будьте поосторожнее...

Но возвратимся к Ахмату. Два года назад он внезапно поменял способ зарабатывать деньги. Ахмат открывает вдруг собственное дело! Становится проектировщиком и производителем аппаратов для подводного плавания. И далеко не бездарным. Его машины превзошли даже знаменитый «русский подводный мотоцикл» Дмитрия Рябикина. Который, кстати, недавно победил на международной выставке японскую «Scuba Scuta».

Неудивительно, что Ахмат сумел расплатиться с кредиторами и пошел в гору. Но дальше у него возникли проблемы с той самой мафией! Аппаратура Ахмата отбивала клиентов у фирм по дайвингу, использующих примитивные акваланги.

Наверное, именно это заставило нашего героя искать союза кое с кем пострашнее, чем coza nostra. Ахмат вступает в террористическую организацию «Хэзболлах»! И вот, в лице этой преступной вооруженной группировки он обнаруживает основное призвание своей жизни.

Всего через полгода он делается одной из крупных фигур, а после спецоперации, в которой «Моссад» уничтожил лидера террористов, становится на его место!

И это, надо признать, идет им на пользу. Если в доахматов период действия «Хэзболлах» были в основном, так сказать, эмоциональны, то под рукой Ахмата преступная организация начинает напоминать... фирму, которой управляет опытный менеджер! Растущую и поглощающую конкурентов!..

Израиль представляет собой, — продолжил корреспондент, — сильное государство, располагающее прекрасно экипированной армией. И вдруг этот «Хэзболлах», политический статус которого до сих пор не определен, на наших глазах заставляет очень даже потесниться Израиль! Бандит продиктовал государству, пользующемуся уважением всего мирового сообщества, пересмотреть границы! Если так пойдет дальше... Вы знаете, некоторые горячие головы именуют уже этого Ахмата некоронованным королем Палестины!

Члены семьи Кузнецовых давно привыкли, что ее глава делается едва вменяем, когда наслушается про подвиги своего кумира. Но ныне он превзошел самого себя.

С блаженной улыбкой на лице Сергей поднял со стола хрустальную сахарницу. Перевернул ее и с негромким стуком рассыпал белесые кусочки по лакированной поверхности. А затем торжественно, неспешно водрузил на свою лысеющую голову сей сверкающий, переливающийся во гранях радугами сосуд.

— Ахмат, — громко провозгласил Сергей, показываясь членам семьи своей в фас и в профиль. — Ахмат — король Палестины!

Денис ЧЕКАЛОВ

ЖИЗНЬ БЫВАЕТ ЖЕСТОКА

— Он погиб в автокатастрофе? — спросил я.

Миссис Рафферти кивнула.

— Ричард разбился. Так сказали полицейские. Дорога была мокрой, шел дождь. Несчастный случай. Но многие потом думали, что он покончил с собой.

— Вы в это не верите? — спросил я.

— Моего мужа убили, — сказала она.

— Объясните, — попросил я.

— Когда Ричард лишился фирмы, он потерял все. Его жизнь кончилась. Начать сначала было ему уже не под силу. За несколько недель он превратился в другого человека. Почти ничего не ел. Мало спал. Только сидел у окна и смотрел в сад.

— И что случилось потом?

— Произошла авария. Не знаю, как все было. Возможно, Ричард сам направил свою машину в пропасть. Или не справился с управлением. И все же это было убийство. Лилия Арнейл убила его — уничтожила, растоптала, когда отняла компанию.

— В суд с этим не пойдешь, — сказал я.

— Именно так сказали мне адвокаты, — кивнула миссис Рафферти. — Эта стерва все сделала по закону. Скупила акции. Настроила против него инвесторов. Ричард ничего не мог предпринять. Он даже