Браслет княгини Гагариной - Ольга Баскова

Лещеву быстро удалось найти информацию о Даше. В институте сказали, что она написала заявление, отпросившись на три дня, потому что хотела поехать к больной матери. Декан знала, что девушка действительно живет с мамой, и отпустила, строго наказав не задерживаться. В деканате Виталию дали ее адрес: поселок Родники. Позвонив Виктору, который, на его счастье, оказался у себя в кабинете, капитан побежал на автостанцию, надеясь взять билет хотя бы на какой‐нибудь проходящий автобус, и ему повезло. Он буквально прыгнул на подножку собиравшегося «отчалить» «Икаруса» и уселся на свободное сиденье. Автобус тронулся, за окном замелькали серые пятиэтажки на окраине города, а вскоре — частные одноэтажные домики. Когда «Икарус» выехал на дорогу, со всех сторон окаймленную лесом, милиционер заснул. Сказывались бессонные ночи и дни, наполненные нервотрепкой. Его разбудил водитель, стукнувший капитана по плечу:

— Кажется, тебе до Родников.

Виталий поблагодарил неравнодушного шофера, быстро выскочил из автобуса, сразу погрузившись по щиколотки в черно-серую грязь, и, стараясь аккуратно перепрыгивать через лужи, казавшиеся масляными, с трудом вышел на разбитую неасфальтированную дорогу. Некоторые дома были или казались заброшенными, они покосились, как деревья в лесу, сломленные бурей, почерневшие от времени заборы тоже выглядели жалко. Утопая в грязи, Лещев с радостью рассмотрел на одном из наиболее ухоженных домиков нужный ему номер и постучал в деревянную калитку. Визгливо залаяла собака, судя по голосу, далеко не овчарка, заскрипела дверь, и на крыльце показалась закутанная в пуховый платок женщина. Она прошлепала до калитки и поинтересовалась, не поздоровавшись:

— Чего надо?

— Дарью мне надо. — Виталий вытащил из кармана удостоверение. — Милиция.

Хозяйка схватилась за грудь:

— Что она натворила?

— Вот это мы у нее и спросим, — пояснил Лещев. — Может, даже ничего, если сумеет доказать.

Женщина покорно открыла калитку:

— Заходите. В комнате она.

На секунду капитан пожалел, что приехал один. Если Даша была убийцей, она могла скрыться через черный ход или вылезти в окно. Но, на его счастье, девушка не собиралась бежать. Она сидела в старом кресле и спокойно пила чай.

— Даша, к тебе из милиции, — буркнула мать, сверкая черными глазами. — Рассказывай, что учудила.

Увидев студентку, Виталий застыл в восхищении. Даша оказалась красавицей: полные красные губки, черные, как вороново крыло, волосы, рассыпавшиеся по плечам, тонкий маленький нос и чуть раскосые темные глаза. Посмотрев на милиционера, потерявшего дар речи, девушка отставила кружку и улыбнулась:

— А вот это мы сейчас узнаем. Я не в курсе. Да вы садитесь, товарищ милиционер.

— Капитан Виталий Лещев, — представился оперативник. — Убита ваша квартирная хозяйка, и вы одна из подозреваемых.

Даша ахнула и подалась вперед.

— Тетю Катю убили?

— Разве она вам тетя? — удивился Лещев.

— Марченко просила так ее называть, — пояснила студентка, — а я не возражала. Это ужасно, конечно, но я ее не убивала. Когда тетя Катя выгнала меня из квартиры, она была жива и здорова.

Лещев выпучил глаза:

— Выгнала? За что?

Студентка развела руками:

— Хотела бы и я знать. Все как‐то нелепо получилось. Я вернулась из института, а она набросилась на меня и закричала, чтобы я убиралась. Ну я и убралась. — Она пожала плечами. — Знаете, я долго думала, что же произошло, и не могла найти ответ.

— И вам не пришло в голову добиться от нее объяснения? — удивился капитан. Даша вздохнула:

— Она столь недвусмысленно дала понять, что не хочет меня видеть, заставив собрать чемодан, что снова видеть ее у меня не было никаких сил. Я написала заявление на три дня и уехала к маме, потому что жить в Выборнове мне негде. Общежитие уже не дадут, а квартиру за сутки найти сложно. Сейчас мои однокурсницы ищут мне комнату. Вы можете поговорить с ними, если не верите, — закончила девушка.

Лещев ей верил. Мало того, она ему безумно нравилась. Было что‐то очень трогательное и невинное в ее темных раскосых глазах, в ее прямом взгляде. Виталий любил, когда собеседник смотрел ему в глаза, считая, что в таком случае от него ничего не скрывали. Если его теория верна, Даша не обманывала. Но что же случилось с Марченко? Почему она так резко переменилась к квартирантке, которую еще недавно боготворила?

— На вас не могли наговорить? — задал он очередной вопрос, впрочем, очень неуверенно. Она вскинула черные брови:

— Зачем? Кому это нужно?

— Ну, скажем, вашим подругам, — предположил капитан, но студентка расхохоталась так задорно, что Лещев улыбнулся.

— Мои подруги живут в общежитии, у них на счету каждая копейка, — пояснила девушка. — Если бы я была понастойчивей, мне бы тоже досталась комната в общаге, но я проворонила день подачи заявлений и осталась без места. Вот и пришлось занимать у мамы, чтобы снимать комнату.

Лещев виновато развел руками:

— Простите, Даша, но вам все же придется проехать со мной. Нужно снять ваши отпечатки пальцев.

На его удивление она не стала отпираться.

— Я как раз собиралась возвратиться в город. — Даша нагнулась и вытащила из-под дивана старый, видавший виды чемодан. — Моя подруга дала телеграмму, что ей удалось снять для меня комнату. Это очень хорошо, потому что я не хочу пропускать занятия. Сессия, между прочим, не за горами. — Студентка посмотрела на большие часы, висевшие на стене, которые, наверное, показывали время еще для ее прабабушки. — И, между прочим, через полчаса автобус.

— Ты уезжаешь? — в комнату ворвалась мама студентки. Лещев почему‐то подумал, что она подслушивала за дверью. — Так скоро?

— Мамочка, все нормально, — успокоила ее девушка. — Да, я хотела завтра утром, но тут так кстати подвернулся товарищ капитан, который, наверное, не откажет мне в просьбе донести чемодан.

Виталий на мгновение потерял дар речи.

— Я… Да… Конечно, — пробурчал он нечленораздельно.

— Вот и отлично. — Даша кивнула на чемодан, и Виталий, узрев в этом сигнал к действию, поднял его. На счастье, он оказался не таким тяжелым. Студентка прошла в коридор и сняла с вешалки серое пальто.

— Мама, я обязательно дам знать, как устроилась.

— Да уж пожалуйста, — женщина недоброжелательно зыркнула на милиционера. Даша чмокнула ее в щеку и подмигнула Виталию:

— Пойдемте.

Лещев как‐то неуклюже попрощался с хозяйкой и покорно зашагал за ее дочерью.

Глава 59. Выборнов, 1959

Винниченко сурово сдвинул брови и посмотрел на оперативника:

— Ты понимаешь, что должен был привезти ее сюда? Она проходит хотя бы как свидетель.

Капитан виновато опустил глаза:

— Ну не мог я тащить девушку в участок после дороги. Ей нужно было занести вещи в новую квартиру. И кроме того… — он сглотнул и, будто собравшись с силами, выпалил: — Ну не верю