Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

раж. — НКИС скоро закончит расследование. Тебя признают виновным в преступной халатности, и я намерен довести дело до трибунала. Тем временем я приказываю капитану Ховарду аннулировать твой допуск к секретной информации и начать процедуру лишения «Трезубца». — Рис стоял неподвижно, глядя сквозь кипящего от ярости адмирала. — Список обвинений против тебя огромен, коммандер, и я позабочусь о том, чтобы, когда военное правосудие с тобой закончит, от тебя не осталось абсолютно ничего!

На лбу и верхней губе адмирала выступил пот, при каждом слове вылетала слюна.

— И раз уж мы пошли по этому пути... — Адмирал вышел из-за стола, подиум сделал его одного роста с Рисом. — Ты не смог защитить своих людей, ты не смог защитить свою семью, и пришло время тебе заплатить — не только за свои провалы, но и за то позорное наследство, которое твой отец оставил в отрядах.

Джеб Риса застал адмирала врасплох. Его нос взорвался кровавым фонтаном, кости и хрящи хрустнули под левым кулаком Риса. Прежде чем адмирал успел среагировать, Рис уже сместил центр тяжести, довернул бедро и нанес правый кросс в уже сломанный нос с такой сокрушительной силой, что Ховарду показалось — адмирал умер на месте. Рис старался сдерживаться, но судя по левому хуку, который пришелся в челюсть и с глухим стуком отправил адмирала на пол, это получалось плохо.

Ховард никогда в жизни не видел такой трансформации. Он в ужасе смотрел на это, прижавшись спиной к стене, надеясь, что она поглотит его и защитит от того, что казалось воплощением чистой ярости.

Рис сделал шаг к Ховарду и остановился.

Оставь его, Рис.

Вот что должен чувствовать враг, когда за ним приходят эти парни, — подумал Ховард.

Взгляд Риса не оставлял сомнений: он не колеблясь убьет его прямо здесь, на полу кабинета. Его глаза были мертвыми. Ховарду пришло в голову только одно слово: смерть. Несмотря на тепло в комнате, юриста пробрала дрожь.

— Добавьте это в список, — прошипел Рис, направился к двери и спокойно закрыл её за собой.

Ховард в изнеможении сполз на пол, не в силах отвести глаз от неподвижного тела адмирала.

Сев в внедорожник, Рис глубоко вздохнул. Ему потребовалась вся его дисциплина, чтобы выглядеть естественно, когда он быстро спускался по лестнице WARCOM, сдавал пропуск и шел к машине.

Что дальше? Всё это не имело смысла. Ни слова об опухолях. Они действительно не знают?

Рис знал, что адмирал — злопамятный политикан, которого волнует только следующая звезда. Статьи в газетах были тому подтверждением. Вопрос был в другом: как человек с таким слабым внутренним стержнем отреагирует на то, что его нокаутировали в собственном кабинете? Использует ли он власть, чтобы уничтожить подчиненного официально, или постыдится такого унижения и попытается ударить исподтишка? Рис ставил на второе, но готовился к первому. В любом случае, его допуск аннулируют, как только Ховард придет в себя и доберется до телефона. А это значит — больше никакого доступа на объекты SEAL.

Рис глянул на часы. Адмиралу и его цепному псу понадобится время, чтобы оклематься и придумать план. По крайней мере, Рис на это надеялся.

Он включил передачу и направил машину в сторону Седьмого отряда.

ГЛАВА 18

Адмирал Пилснер подался вперед в кресле, упершись локтями в стол. Одной рукой он поддерживал голову, другой прижимал пакет со льдом к правой стороне лица. Ноздри были забиты салфетками, кровь залила воротник некогда безупречной формы. Он закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. События последнего часа оставили его раздавленным и униженным. По крайней мере, Ховард был единственным свидетелем, — подумал он.

Леонард Ховард, сидевший в удобном кожаном кресле напротив, чувствовал себя как угодно, только не удобно. Он постоянно ерзал, глядя куда угодно, только не на своего поверженного босса. Единственным утешением для капитана было то, что Рис не применил физическую силу к нему.

Не выдержав тишины, он заговорил:

— Сэр, для Риса всё кончено. Нападение на офицера в звании адмирала — это за гранью даже для нашего сообщества. К концу дня он будет в кандалах и под трибуналом. Мы протащим его под килем, сэр! Это не сойдет ему с рук! Мы лишим его звания, аннулируем допуск, заберем его драгоценный «Трезубец» и отдадим под суд в течение нескольких недель. Он проведет следующие десять лет в Ливенворте, превращая большие камни в маленькие.

Если бы говорить не было так больно, Пилснер прервал бы своего юриста раньше. Он знал, что нос сломан, и был благодарен судьбе, что челюсть уцелела. Оба глаза заплыли и скоро станут иссиня-черными. Он уже велел Ховарду через адъютанта отменить все встречи до конца недели. Ему придется придумать правдоподобное оправдание для этих травм, чтобы сохранить хоть какие-то остатки достоинства.

— Капитан Ховард, — начал Пилснер гнусавым голосом, — мы не будем этого делать.

— Но, сэр, он напал на вас в вашем кабинете на глазах у свидетеля! Ему нужно предъявить обвинения немедленно!

— Леонард, я говорю тебе — нет! Ты хоть понимаешь, что станет с моей репутацией, если пойдет слух, что меня избил какой-то подполковник?

— Сэр, мы не можем позволить ему уйти просто так.

— Позволь напомнить тебе, Леонард, что я — адмирал, а ты — капитан. Помни об этом, когда находишься в этом здании.

— Слушаюсь, сэр, — пробормотал Ховард, глядя в пол.

— Мы задокументируем это, но не будем давать ход официальному делу. Ты знаешь, что будет, если Рис окажется под стражей. Мы обсуждали это: так до него будет сложнее добраться. Мы должны придерживаться плана. Мы дадим ему уйти. Я хочу, чтобы ты составил свидетельские показания и держал их при себе, пока нам не понадобится официальное подтверждение. И сфотографируй мое лицо — на всякий случай. Эти улики лягут в общую канву поведения Риса, и ни у кого не останется сомнений в его виновности. У меня есть «окончательное решение» для Джеймса Риса, и этот инцидент в него идеально вписывается.

ГЛАВА 19

7-й отряд SEAL

Коронадо, Калифорния

Складской отсек группы Риса представлял собой гигантское помещение, от пола до потолка заставленное стеллажами для хранения огромного количества снаряжения, необходимого для того, чтобы оставаться одним из ведущих спецподразделений мира. Сегодня здесь было пусто, и Рис об этом знал. Введя код на цифровом замке, он повернул ручку и шагнул в полную темноту; дверь за ним закрылась, запершись с отчетливым