След смерти - Андреас Грубер

врачи могут верно оценивать это состояние, если не понимают его природы? Ответ прост: классификацию придумали те, у кого Аспергера нет. Да, мы просто такие. И нет, мы от этого не страдаем. Это часть нашей жизни, и мы выработали повседневные ритуалы, которые помогают справляться. Нам так — хорошо. К тому же каждый аутист уникален: сочетание признаков всякий раз совершенно иное.

Неподходящие препараты способны эти признаки усилить или хотя бы изменить, — а если что нам и ни к чему, так это перемены. — Она перевела взгляд на телефон. — Ты забыл записать.

— Незачем. — Марк сглотнул. — Я всё уловил. Не такой уж я тупой.

Он задумался, как сформулировать следующую фразу, но быстро сообразил, что дипломатические обороты бесполезны: Мию всё равно не различает оттенков. Она была человеком открытым и прямолинейным, говорила всё в лоб — но не из бестактности, как Снейдер, а потому, что так ей было эффективнее. Общаться с ней следовало чётко и по делу.

— Что? — спросила она.

— Я знаю: ты не воспринимаешь ни метафор, ни иронии и не считываешь чужих эмоций. Но для роли ивент-менеджера тебе понадобится хоть капля эмпатии.

— Эмпатии у меня нет. Мой мозг устроен иначе, моим нейронам не хватает связей, которые…

— Знаю, — перебил он. — Но ты можешь хотя бы имитировать её. Делать вид, будто у тебя есть эмоции.

— Это нелогично. Как я могу делать вид, что понимаю что-то, если этого не распознаю — именно потому, что не понимаю?

— Окей, — пробормотал он и провёл ладонью по лицу: до него только что дошло, в чём её главная сложность. Будет непросто. Он развёл руками. — Снейдер хочет, чтобы я подготовил тебя к этой роли. И если не справлюсь — он разорвёт меня на тысячу кусков.

— Тысячу? — Она подняла на него глаза. — Откуда ты знаешь, что их будет ровно тысяча?

— Вот видишь! — Он, улыбнувшись, ткнул в неё пальцем. — Ровно об этом я и говорю. Есть фразы, которые произносят просто так. В ближайшие дни нельзя всё воспринимать буквально и тут же переспрашивать, что́ имеют в виду другие. Просто пропускай мимо ушей всё, что кажется тебе бессмысленным, и время от времени приподнимай уголки губ. Будет похоже на доброжелательную улыбку.

— И всё? — Она скривилась. — Вот так?

Он кивнул.

— Именно. В этом и весь секрет общения с людьми. И иногда пробуй пошутить — каламбуром.

— А как это делается?

— Просто соединяешь две вещи, которые, на твой взгляд, бессмысленны и не сочетаются друг с другом.

Она задумалась.

— Так просто?

— Да.

Она кивнула.

— Окей. Кажется, поняла.

— Правда?

— Да. Спасибо за совет. Fuck you very much.

Он ухмыльнулся.

— Вот именно так.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

 

ГЛАВА 52

 

Лея машинально отступила на несколько шагов, но Гернот шёл за ней по пятам, пока она не упёрлась спиной в окончание перил, где табличка предупреждала о выступе скалы и пропасти за ним.

— Что ты здесь делаешь? — повторил он.

— Не лучше ли мне самой задать тебе тот же вопрос? — мгновенно отозвалась Лея. — Отдыхаешь с больной матерью? Средиземноморский воздух ей так полезен?

— Оставим цинизм, — предложил он. — Поговорим как двое разумных взрослых.

— Просто так?

— Просто так. Рано или поздно ты бы всё равно узнала.

— Если бы ты оставил меня в покое и не потащился вчера за мной к яхтенной гавани.

— Иначе было нельзя. Мне нужно было понять, что происходит. — Гернот вцепился в последнюю стойку железных перил. — Но раз уж не вышло, я порядком разозлился. Спал плохо — видимо, не лучше тебя, — стоял на террасе с чашкой кофе и вдруг увидел, как Вики выбегает из апартаментов на пробежку. Вики и пробежка, — подумал я.

— И ты двинулся за мной на электровелосипеде.

— Я наконец-то хотел разобраться, что здесь творится. Теперь знаю. Вики в курсе, что ты тут? Она рассказала тебе об этой поездке? Где она сейчас?

Сколько вопросов! Но у Леи не было ни малейшего желания отвечать хоть на один. В эту минуту её даже не пугало, что Гернот всё узнает, — её захлёстывала лишь невероятная ярость. Он не выказывал ни капли раскаяния, не выдавил ни единого извинения, не попытался даже сослаться на что-нибудь, и вся эта история, похоже, не вызывала у него ни малейшей неловкости — его волновало только одно: где эта чёртова Вики.

— Полагаю, вы намеренно взяли разные рейсы на Мальорку, — рассуждала Лея. — Ты — в воскресенье вечером, она — в понедельник утром, чтобы вас случайно не увидели вместе. Так?

Гернот не ответил. Его зрачки поблёскивали в лунном свете.

— Почему же вы не сняли двухместный номер? — выплюнула она.

— Ты же знаешь, что я храплю, и…

— Да, прекрасно: за мой счёт два отдельных люкс-апартамента, конечно, легко устроить, — оборвала она. — Сколько вы вообще уже вместе? Три года, с тех пор как умерла твоя мать и Вики сняла себе тот дом?

— Об этом ты, значит, тоже знаешь, — констатировал он. — Ладно… нет, мы были вместе ещё раньше.

Она сглотнула.

— С каких пор?

Он молчал.

— Сколько это уже длится? — закричала она.

Он остался невозмутим.

— Я знал Вики ещё до тебя.

Лея почувствовала, как кровь приливает к лицу.

— Это значит… — Она судорожно вдохнула. — …что вы…?

Только теперь до неё дошёл весь масштаб случившегося.

— Это была идея Вики, чтобы ты подбил ко мне клинья?

Никогда бы она не подумала, что Вики настолько хладнокровна, — но после всего, что узнала о ней за последние двенадцать часов, такой расчётливый эгоизм вполне вписывался в картину. И именно по молчанию Гернота она поняла правду — и почувствовала себя ещё более обманутой.

— Я хочу… — начал он, и в голосе его по-прежнему звучало требование, а не желание извиниться.

— Как именно всё было? — набросилась она. — Вики, наверное, и придумала весь план. Тебе поручили приклеиться к её богатой кузине, чтобы вытянуть с трудом заработанные деньги? Невелика жертва, надо думать. В конце концов, мы с Вики и так похожи —