"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 - Сандроне Дациери

номер устройства, и оказалось, что его купили в магазине неподалеку. Оплата был наличными, однако остались чеки, где указано время продажи, и они нашли соответствующий фрагмент на видеозаписи. В какой-то момент он посмотрел прямо в камеру – лицо совсем молодое, видно, что нервничает. Хуанита проверила: подставной аккаунт в системе ПэйПэл, с которого заказывали доставку цветов, тоже принадлежит ему.

И наконец, последний гвоздь в крышку гроба: ДНК в крови, которой было написано письмо, совпала с ДНК в базе данных. Записки, цветы, звонки – это все он. Я не свожу глаз с изображения на экране. Качество не лучшее, однако сомнений быть не может.

И я понятия не имею, что сказать Джею.

На фото Грег.

Глава 68

Сейчас

Шаги затихают.

Мы с Мэлоди стоим посреди комнаты, прислушиваясь, не в силах пошевелиться. Время словно застыло. Так проходит пара минут, и я наконец решаюсь подбежать к окну, чтобы выглянуть наружу.

Никого.

– Ложная тревога, – выдыхаю я.

Мэлоди кивает, схватившись рукой за сердце.

– Зверь какой-нибудь.

Она уже опускается на диван, и тут мы вновь слышим скрип половиц. На этот раз сомнений нет – кто-то поднимается по ступенькам на крыльцо.

Мы бросаемся к стене рядом с окном в гостиной и прячемся за занавеской. Шаги медленно приближаются, и мне кажется, что сердце у меня вот-вот выпрыгнет. В окне появляется чья-то голова – словно человек пытается заглянуть в комнату. Мы прижимаемся к стене еще сильнее. От теплого воздуха занавеска колышется, слегка приоткрывая стекло.

– Это он!

Мэлоди прижимает ладонь ко рту и тут же бросается на пол, а я за ней.

– Уверена?

В горле пересохло. Я немного приподнимаю голову, пытаясь увидеть в окне хоть что-то, но Мэлоди, вцепившись мне в руку, сразу тянет меня вниз.

– Не надо, – пищит она. – Он тебя увидит.

Походив туда-сюда по крыльцу, убийца останавливается у окна и на секунду попадает в мое поле зрения: высокий, худой, весь в черном. Из-под балаклавы глядят голубые глаза. Ярко-голубые. Я опускаюсь обратно, придерживая занавеску.

– Давай спрячемся в подвале.

– Нет, не бросай меня здесь! – плачет Мэлоди.

Раздается громкий звук: ручка двери дергается, прямо как в фильмах про привидения. Вновь шаги на крыльце. Ручка двери яростно скачет вверх-вниз и внезапно замирает. Тишина. Время остановилось. Слышно лишь легкое завывание ветра за окном и наше учащенное дыхание.

И тут раздается страшный стук, от которого мы подпрыгиваем на месте и теснее прижимаемся друг к другу. Я чувствую, как колотится сердце Мэлоди.

На занавеску падает тень; убийца всем телом бросается на дверь, и та чуть подается вперед. Он пробует снова и снова, наваливаясь изо всей силы, однако выломать не получается.

Через несколько безумно страшных секунд все вновь замирает. Прижавшись друг к другу, мы ждем повторения попытки.

Тишина.

Вновь раздаются шаги – судя по звуку, на этот раз убийца спускается с крыльца. Господи, только бы он не вернулся! Пожалуйста! Или хотя бы Ноа приехал и спугнул его.

В щелке между шторой и окном ничего не видно. Я немного привстаю – ноги затекли от сидения на корточках. Мэлоди опускает дрожащие руки, которыми все это время зажимала уши. Я уже собираюсь выглянуть в окно, как вдруг раздаются звук бьющегося стекла и одновременно страшный крик Мэлоди.

По полу разлетаются осколки. Рука в черной перчатке просовывается в окно и открывает замок.

Глава 69

Сейчас

Убийца, одетый во все черное, заходит внутрь, держа перед собой длинный нож. Мэлоди вскакивает, хватает ружье и дрожащими руками прицеливается. По щекам текут слезы, а от прежней уверенности не осталось и следа. В кино все совсем не так, как в жизни.

– Стреляй! – кричу я. – Стреляй же!

– Пожалуйста, – умоляющим тоном просит она его. – Пожалуйста, не надо.

Он делает еще шаг вперед и поднимает нож высоко над головой. Дуло ружья трясется, а из глаз Мэлоди градом катятся слезы.

И тут у меня в голове все складывается – это моя вина. Если бы я не отмахнулась от истории про инженера и поменьше переживала за свою чертову карьеру, Майерс не выбрался бы из тюрьмы. Отнесись я тогда всерьез к его словам, он не забрал бы Лэйни и сейчас не стоял бы перед нами, размахивая ножом.

Даже не подумав, что делаю, я прыгаю на него. Видимо, Майерс не был готов к удару: дыхание перехватывает, и нож падает на пол. Мы оба бросаемся следом. Я пытаюсь дотянуться до рукоятки, но мне его не опередить. Он поднимает руку, и я кусаю его – как собака, вонзаюсь зубами в ткань. Убийца рычит от боли, однако нож не выпускает, пытаясь другой рукой отпихнуть меня, но я держусь крепко.

Чувствую во рту привкус крови. Майерс вновь бьет меня, и на этот раз я разжимаю зубы и падаю прямо на него, словно ребенок, который в шутку пытается побороть старшего брата. Принимаюсь без разбора молотить кулаками по голове, однако он уклоняется от моих ударов.

– Мэлоди, – пыхчу я. – Помоги!

Вижу, как она застыла на месте и в ужасе наблюдает за нами.

– Ну же!

Пока мы барахтаемся на полу, я еще раз пробую дотянуться до ножа и случайно задеваю рукав куртки. Он сползает, открывая запястье, на котором синими чернилами выбито «666».

– Мэлоди!

Отпихнув меня, Эрик встает и замахивается ножом. В памяти всплывает черно-белый плакат к фильму «Психо», висевший у меня над кроватью в общежитии колледжа: нож раз за разом поднимается и опускается, потоки черной крови стекают в сливное отверстие… Лэйни еще постоянно надо мной подшучивала.

Какими мы были невинными дурочками! Убийство тогда казалось лишь зловещей игрой.

Ладно, попробуем по-другому.

– Эрик! Пожалуйста, не надо! Вы же меня знаете! – Я боком отступаю назад. – Позвольте мне помочь вам.

Мои слова только больше его злят. Он скалит зубы. Получается, вот так я и умру? Сегодня?

Увижу Лиссу. И, может быть, Лэйни.

Майерс делает выпад, и я едва успеваю увернуться. Он вновь замахивается, однако я, подскочив к Мэлоди, которая по-прежнему в ужасе таращится на нас, выхватываю у нее из рук ружье и вскидываю его на плечо, прямо как она учила.

Мэлоди была права: курок тугой. И все же я спускаю его, зажмурившись и шепнув «паф». От выстрела я едва не глохну – он болью отдается в ушах, чуть не разрывая барабанные перепонки.

Возможно, что-то подобное ощущал Эрик Майерс, когда полицейские лупили его по ушам, выбивая признание. Хотя теперь