"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 - Сандроне Дациери

– Нет, нет, не может быть!

– Это была шутка, – с мольбой в голосе повторяет Мэлоди. – Просто розыгрыш. Тру-крайм вместо стриптизеров. Мы… так все устроили, специально для тебя.

Я с подозрением смотрю на нее.

– В смысле… все, что произошло сегодня ночью?

– Да. То есть нет, не все, – Мэлоди нервно чешет шею. – Даже в голову не могло прийти, что какая-то фермерша решит тебя пристрелить, а потом ты сядешь в машину к извращенцу.

– Но… – Мне тяжело формулировать мысли. – Хочешь сказать, никакого маньяка с ножом не было? Никто не гнался за тобой по лесу?

– Никто. Не было никакого маньяка.

Пробежав глазами по комнате, я останавливаю взгляд на застывших пятнах крови и вспоминаю лужу в подвале.

– То есть это все… – Я обвожу пальцем пространство вокруг.

– Кукурузный сироп, – отвечает Мэлоди, не глядя мне в глаза. – Ну, почти. Взяла кое-что из профессиональной бутафории.

Я приглядываюсь внимательнее и теперь замечаю, что у «крови» действительно какой-то слишком яркий цвет, как у кетчупа. Я, конечно, не эксперт, однако мне пришлось повидать много мест преступлений за время стажировки. Когда я несколькими часами ранее отмывала руки, ничего подозрительного не заметила. Хотя, надо признать, мне было немного не до того. Нерешительно окунаю палец в пятно крови на одной из подушек и кладу в рот – кукурузный сироп.

– А как же твои раны?

Мэлоди стыдливо опускает глаза и разводит руками.

– Грим. Я заканчивала специальные курсы.

– Боже милостивый… – выдыхаю я.

Она обхватывает себя руками за плечи и невидящими глазами смотрит в одну точку.

– Мы думали, получится весело. Как будто игра. Думали, что патроны холостые.

Чувствуя внезапный прилив ярости, я направляюсь в ее сторону.

– Это все ты! – шиплю я. В жизни так не злилась на Мэлоди. Да и вообще ни на кого. – Это ты виновата, мать твою!

– Я не хотела… – оправдывается она.

– Ты проверяла ружье и сказала, что патроны настоящие. Ты знала!

– Нет! В том и дело – не знала! Я соврала, – она вскидывает вверх руки. – Точнее, думала, что соврала. Притворилась, что патроны настоящие, хотя была уверена, что холостые. Она… она сказала мне, что они холостые.

– Кто сказал? – рычу я.

– Знакомая из реквизиторского отдела. И в любом случае ружье не должно было оказаться у тебя в руках.

Я отхожу подальше.

– Твою мать! Поверить не могу!

– Я тоже, – стоя на коленях, она начинает рыдать. – Прости, Алекс, умоляю, прости.

– Мэлоди, ты хоть понимаешь, насколько неуместны сейчас твои извинения? – Я хожу по комнате кругами. – Я только что застрелила лучшую подругу! А ты говоришь «прости»!

Она вытирает нос рукавом.

– Все… зашло слишком далеко. Мы не рассчитали.

Продолжая метаться из угла в угол, я думаю, что же теперь делать, и вдруг застываю на месте.

– Погоди-ка… – Я поворачиваюсь к Мэлоди. – Откуда мне знать, что она на самом деле мертва?

Бледная, как полотно, Мэлоди смотрит на меня, открыв рот.

– Ты… о чем?

– Откуда мне знать, что это не очередная шутка? Что Лэйни не прикидывается мертвой?

Лицо Мэлоди серьезнеет.

– Алекс, ты думаешь, я совсем на голову отбитая?

– По-моему, да.

По выражению ее лица можно сказать, что на этот раз она не врет. Скрепя сердце, подхожу к Лэйни, однако взглянуть на нее так и не решаюсь. К тому же я прекрасно знаю Лэйни – она бы уже давно не выдержала и рассмеялась. И все же…

– Докажи, – требую я.

Мэлоди в ужасе таращится на меня.

– Как… в смысле… Алекс…

С трудом пересилив себя, я быстро касаюсь раны у Лэйни на животе, и Мэлоди вскрикивает. Подношу палец ко рту, однако пробовать даже не обязательно: жидкость густая, бордовая, с металлическим запахом. Это не кукурузный сироп – это кровь. Настоящая.

Падаю на колени рядом с телом.

Лэйни мертва. Я убила ее. Убила свою лучшую подругу!

– Прости, – повторяет Мэлоди, пряча лицо в ладонях. – Прости, прости!

Глава 73

Сейчас

Мы сидим рядом с телом Лэйни.

– Что нам теперь делать? – тихо спрашивает Мэлоди.

Из нас троих она всегда была самой робкой.

– Не знаю, – бормочу я.

Голова болит, все тело ломит, сердце рвется на части. Закрываю лицо руками – скорее бы этот кошмар закончился! Но он не закончится – теперь это наша реальность.

– Наверное, надо дождаться полицейских и во всем признаться.

Нахлынули воспоминания.

Лэйни плюхается в огромное подвесное кресло, которое купила нам в комнату мама Мэлоди, крепление отрывается, и мы втроем летим на пол. Мы с Мэлоди катаемся по полу от смеха, а Лэйни ужасно злится, пока сама не начинает хохотать.

Лэйни шлет нам с поля воздушный поцелуй, после того как в последнюю минуту забросила в корзину мяч, обеспечивший команде победу.

Когда умер ее отец, Лэйни неделю не выходила из комнаты, и мы нашли для нее психотерапевта.

Когда она подписала контракт с женской национальной футбольной ассоциацией, мы всю ночь праздновали в «Мертвом кролике», а потом три дня страдали от похмелья.

Знакомство Лэйни с Руби после одного из матчей в Сиэтле. Лицо Лэйни, светящееся от счастья всякий раз, как она говорила о Руби.

И вот я ее убила. Застрелила лучшую подругу.

Что я скажу маме? Как расскажу обо всем Руби?

Теперь мне больше не придется волноваться из-за свадьбы с Джеем; из-за того, что он слишком уж хорош для меня; из-за музыкальной группы; из-за торта; из-за его придурочного сынка, не сказавшего мне ни слова. Все это меня больше не касается – я буду в тюрьме. Сколько дают за непреднамеренное убийство? Или это убийство по неосторожности? Пять лет? Десять?

В голове раздается насмешливый голос.

Возможно, тобой заинтересуется «Краймлайн».

Представляю себе озвучку голосом Флетчера Фокса: «Девичник, который пошел не по плану. Совсе-е-ем не по плану». Фотографии распростертой на полу Лэйни с балаклавой. Наши снимки времен колледжа. Записи с ее матчей. Сальные намеки на то, что мы были не просто подругами. Фотографии меня и Мэлоди в зале суда: бледные, с заплаканными лицами. Нас отправят за решетку, однако справедливость не будет восстановлена. Семьи останутся неотомщенными, пропавших девушек никто не найдет. Никому не станет лучше.

– Как думаешь, чего бы хотела Лэйни? – спрашивает Мэлоди.

Она сидит неподвижно, обхватив руками колени. Лицо залито слезами вперемешку с кровью. Странно, именно этот вопрос только что пришел мне в голову.

– Не знаю, – хриплым от слез голосом отвечаю я.

– Ей бы не хотелось, чтобы мы угодили в тюрьму. Правда?

Голова