Дело влюбленного киллера - Андрей Воробьев

Однако рукопожатие у гостя было крепким, а взгляд белесых глаз – сурово-проникновенным. Когда же гость, присев выпить чаю, снял пиджак, Арчи разглядел глубокие шрамы, видневшиеся из-под коротких рукавов. Судя по всему, Костя уже привык к стандартным вопросам, поэтому, не дожидаясь, когда заинтересуется клиент, начал лекцию, используя в качестве наглядного пособия собственную правую руку.

– Это Чарли. Кавказский овчар. Какая-то сволочь в Петергофе привязала его к дереву, и он неделю так и прожил. Милиция хотела застрелить, но я решил его взять. Люблю таких, взрослых найденышей. Конечно, когда вырастишь щенка, работать с ним легче, но взрослый пес, когда ты к нему найдешь подход, будет, считай, твоим братом. Приручить такого – настоящая работа. Но когда пес, преданный людьми, просидевший на одном месте неделю без жратвы и уже готовый растерзать прежнего хозяина, покоряется тебе, только тогда чувствуешь себя профессионалом.

– Поняла, кто с тобой работать будет? – Арчи, слегка пихнул ногой затихшую под столом Машу. Ротвейлерша не ответила. Когда Костя появился на пороге, она хотела было его азартно обгавкать, но визитер внимательно взглянул собаке в глаза. Машин порыв сник, и она тихо уползла под стол, где в дальнейшем и пребывала.

– А это… – Костя указал на изуродованные пальцы левой руки. – Совсем другая история. Хотя похожая. Прокуратура проверяла особняк под Сестрорецком. Никого дома не оказалось, только собака, но такая, что «физики» не поднялись даже на крыльцо. Они сначала хотели пса пристрелить, но их порода заинтересовала – пиренейский мастиф. Решили подождать, вызвали меня. Я по пути Бога молил, чтобы не застрелили. Сам вошел в дом, сам этого пса успокоил. Не сразу, конечно, прежде поссорились немного. Теперь он работает на объектах сторожем.

После этого Константин рассказал немало и о таких вещах, о которых Арчи, еще недавно служивший в органах, не подозревал. Были тут истории и о собаках-подрывниках, причем, в отличие от времен Великой Отечественной, надрессированных так, чтобы живыми вернуться с задания. Были истории о собаках-снайперах, о спецзаданиях, на которые собак иногда отправляют за границу. К счастью, опасное слово «Чечня» так и не прозвучало. В самый разгар истории о том, как благодаря специально натренированному французскому бульдогу на пляже в Ялте удалось тайно задержать криминального авторитета, зазвонил телефон.

– Арчи, – пророкотал в трубке голос друга и коллеги Юрия Александрыча, – дуй скорей в контору. Мы насчет твоей девки все вычислили. Свежая информация…

* * *

Телефонный звонок, прервавший общение Николая с дрессировщиком, имел прямое отношение к той работе, которой друг Нертова занимался последние сутки. Работа состояла в поиске исчезнувшей Марины.

Как почти сразу же понял Арчи, друзей и знакомых у девушки в Питере было немного и не все из них к этому времени были живы. Благодаря Алексею, у сыщика оказался телефон Кати. Правда, на звонки она не отвечала, а после того как Арчи посетил ее по вычисленному адресу, выяснилось, что она там больше не живет.

И тут началась полоса везения. Соседи, с которыми сыщик пообщался за сутки до встречи с дрессировщиком, оказались на редкость разговорчивыми. К тому же на них положительно подействовали корочки сыщика. Бывший оперативник, будучи на частной службе, в случае нужды не считал за грех представиться действующим сотрудником из «органов». Граждане же, которым за пятьдесят, редко умеют отличить с первого взгляда милицейские удостоверения от корочек частных контор – те, и другие обычно одного цвета, формата и имеют на обложке золотое тиснение. Только в первом случае, скажем, «Главное управление внутренних дел», а во втором нечто вроде «Главное управление внутреннего сыска». Естественно, поверх этого блестящего великолепия красуется двуглавый орел или, на худший случай, герб города…

В общем, удостоверение частной сыскной конторы произвело на соседей неизгладимое впечатление. В итоге удалось выяснить предоставленный пожилой соседкой под большим секретом номер телефона. Этот номер должна была узнать только некая Аглая, если приехала бы в Питер в поисках подруги детства – Кати. Однако первым оказался Арчи.

Найти адрес по телефонному номеру – дело минутного компьютерного поиска. Не прошло и часа, как машина руководителя сыскного агентства была возле подъезда этого дома. Пока сыщик курил, раздумывая, кем ему представиться, из парадной вышла девушка, по приметам напоминающая Катю. Она остановилась и тоже закурила, время от времени ожесточенно поглядывая на часы. Орлов ничего не знал о недавней авантюре с покушением на Шварца, поэтому ни при каких обстоятельствах не смог бы догадаться, что она была недавно комплексно наказана «папиком». В этот комплекс входило временно отлучение Кати от машины, теперь Боб подвозил ее сам, но сейчас опаздывал.

Арчи решился. Он вышел из машины, предварительно заменив сигарету на незажженную и приблизился к девушке.

– Извините, огонька не найдется?

Девушка взглянула на него недоброжелательно: шел бы мимо, но раз пристал – прикуривай-уходи. Она начала рыться в косметичке, куда только что опустила зажигалку, и тут Николай задал новый вопрос.

– Вы не в курсе, в этом подъезде проживает Екатерина Дмитриевна Зорина?

Реакция оказалась неожиданной. По крайней мере, Арчи был к ней не готов. На один миг девушка побледнела, в глазах мелькнула не тревога даже, какая там тревога, настоящий ужас. Но в ту же секунду выражение лица стало почти нормальным. Единственной потерей Катерины за это мгновение паники стала зажигалка, которая упала на асфальт.

Арчи поднял зажигалку и галантно протянул ей. Когда он выпрямился, собеседница успокоилась окончательно.

– Да, она живет в этом подъезде. Что вам от меня надо?

– Я сотрудник частного сыскного агентства, – изрек Арчи, продемонстрировав Кате удостоверение (он заметил, как девушка опять на миг побледнела при виде раскрытой красной книжицы). – Мы проводим расследование по поводу обстоятельств гибели народного артиста Македонского. Понимаете ли, родственники недовольны официальным следствием, попросили нас вернуться к этому делу.

Арчи заметил, как при упоминании фамилии артиста лицо девушки покраснело. Эта была краска стыда, ей явно было стыдно за свой недавний испуг. Возможно, чтобы собеседник этого не разглядел, она заговорила резче:

– Какое я отношение имею к этому делу?

– Вы-то никакого. Но отношение имеет ваша лучшая подруга Марина. Я хотел бы узнать, как ее можно найти? – как можно непринужденнее осведомился сыщик.

– Откуда вам известно, кто моя лучшая подруга? – раздраженно начала Катя, но тут появился третий собеседник. Он подкатил к подъезду на черном мерсе и резко затормозил. Дверца открылась тотчас же, и водитель вышел из салона. С первого взгляда Арчи понял, что дальше ему придется говорить только с ним.

– Чего тебе от нее надо? – агрессивно начал он, невысокий, но мощный, похожий на