Эдди Флинн - Стив Кавана

Метрдотель улыбнулся нам так, словно хотел, чтобы это наши мамы поджаривались у него на гриле, и ушел.

– Как думаешь, срастется? – спросил Гарри, раскладывая на коленях салфетку.

Я тоже взял со стола салфетку и попытался повторить изящное движение запястья Гарри, которым он умело уложил ее себе на колени. Но чуть не уронил ее на пол и в итоге решил оставить на столе.

– Должно срастись. Все, что от нас требуется, это положиться на ФБР.

– Знаменитые последние слова, – сказал Гарри.

В ресторан вошел высокий мужчина. Поначалу я не обратил на него внимания – в отличие от многих других. Я заметил, как повернулись несколько голов, когда Отто Пельтье вошел в зал: обаятельная мужественная внешность, рост, плечи и, конечно, костюм. Он подошел к нашему столику и сел.

– Джентльмены… – произнес Отто в качестве приветствия.

– Мы заказали стейки. Вы что-нибудь хотите? – спросил Гарри.

Метрдотель, который, по-моему, мог запросто приказать поварам наплевать в нашу еду, вроде даже изменился в лице, едва завидев Пельтье.

– Мистер Пельтье, я так рад вас видеть! – чуть ли не вскричал он.

– Спасибо, Чарльз. Мне, пожалуйста, только куриный салат и итальянскую воду без газа.

– Прекрасный выбор. Я принесу их вместе с остальным… заказом. Если вам, достойные джентльмены, понадобится что-нибудь еще, просто дайте мне знать.

Когда мэтр отошел от стола, виляя задом и чуть ли не кланяясь Пельтье, Гарри лишь покачал головой.

– Можешь съесть и мой стейк, коли охота, – сказал я. – Что-то у меня пропал аппетит.

– Когда я был во Вьетнаме, – внушительно начал Гарри, – в самой глубине страны наш взвод попал в засаду вьетконговцев. В тот день погибли двое моих лучших друзей. Мой лейтенант, ветеран двадцати лет от роду, разрешил нам всем в тот вечер съесть двойной паек. «Жрите, пока есть такая возможность», – сказал он нам. Тело и разум тесно связаны между собой. Когда принесут стейк, лучше тебе его съесть, Эдди. Тебе сейчас это нужно.

Пока Гарри говорил, я заметил, что руки Пельтье поправляют нож и вилку, идеально выравнивая их на столе. Затем он скрестил руки на груди, словно борясь с искушением и дальше возиться со столовыми приборами.

– Как думаете, она и вправду появится? – спросил он.

Мы с Гарри переглянулись. Потом я отвернулся и посмотрел на аквариум. Тропические рыбки всегда вызывали у меня чувство умиротворения. Наверное, это как-то связано с тем, как они плавают, с игрой света на их мелкой люминесцентной чешуе. В детстве я всегда мечтал о такой рыбке, но все, что мы могли себе позволить, – это пара самых простецких золотых рыбок в банке, которые долго не прожили. Даже названия у этих рыб были экзотические. В этом аквариуме обитали грациозные рыбы-клоуны, которые всегда выглядели так, будто танцуют, плавая в воде; голубые скалярии с плавниками, похожими на перья; стайка крошечных неонов, которые казались просто вспышками яркого света, мерцающими и танцующими в воде, словно зеленые и красные язычки пламени. Были и какие-то другие, но я забыл, как они называются.

Лампа на столе придавала лицу Пельтье золотистое сияние. И, может, сияла сама его кожа, я не мог сказать. Я встал со своего места и объявил:

– Пойду-ка гляну, что там снаружи.

Проходя сквозь полумрак «Коммодора», я не спеша разглядывал лица за столиками. Мужчины были в костюмах или, по крайней мере, в пиджаках с галстуками. Такое уж это было место. Деловая публика, поглощенная беседой, дамы с магазинными пакетами от «Мейсон Гояр» и «Александер Маккуин», зажатыми в ногах, парочки, склонившиеся друг к другу над столиками и перешептывающиеся между собой, двое парней в темных костюмах, откинувшиеся на спинки стульев и изучающие меню с таким видом, будто его написал Джеймс Джойс. Прикостюмленная парочка устроилась за столиком у окна, откуда было хорошо видно входную дверь. Каждый одной рукой подпирал голову, а другой неловко удерживал тяжеленное меню в кожаном переплете, готовое вот-вот шлепнуться обратно на стол. Оба прикрывали вставленные в ухо наушники. Федералы. С таким же успехом эти парни могли быть одеты в ветровки и бейсболки с логотипом ФБР.

Толкнув входную дверь, я оказался на улице. Это был перекресток в районе тридцатых улиц, неподалеку от Мэдисон-авеню. На углу стоял газетный киоск. Я взял со стеллажа номер «Уолл-стрит джорнал», и когда наклонился за ним, то увидел черный фургон, припаркованный на углу. Рядом со мной стоял парень в бежевом макинтоше, с номером журнала «Тайм» в руках. Он листал его, хотя на самом деле украдкой нацелился взглядом совсем в другую сторону. Расплатившись, я повернулся и заметил на другой стороне улицы еще один фургон со скучающим водилой за рулем.

Неподалеку околачивались двое парней в желтых светоотражающих жилетах и строительных касках, которые пили кофе из пластиковых стаканчиков с логотипом «Севен-Илевен» и обсуждали какую-то игру «Янкиз». Я никогда еще не видел строителей в таких чистых надраенных ботинках, отутюженных брюках и с нежно-розовыми руками.

Они сразу же примолкли, когда из такси вышла женщина в белом брючном костюме. У нее были длинные неоново-светлые волосы – сразу видать, что парик. Костюм был вроде чисто шелковый, и надела она его с четырехдюймовыми каблуками и сумочкой, которая наверняка стоила дороже моей машины в ее нынешнем состоянии. Рот и нос ее прикрывала ковидная медицинская маска, но я уловил аромат дорогих духов, когда эта дама вошла в «Коммодор». Из-за парика и маски было трудно как следует разглядеть ее лицо. Похоже, она пыталась всячески скрыть свою внешность.

Я немного выждал.

Глянул на часы.

Все должно было занять не больше тридцати секунд, по моим прикидкам. Они дождутся, пока ее не усадят, прежде чем арестовать ее. После чего – Пельтье, потом Гарри.

А затем и меня.

Глава 35

Эдди

Парень в макинтоше внезапно потерял интерес к журналу «Тайм», отбросил его и быстро зашел в ресторан. Работяги-строители тоже побросали свои стаканчики с кофе и последовали за парнем в макинтоше, на ходу вытаскивая из-за пазухи «Глоки». Задние дверцы фургона, стоявшего на другой стороне улицы, резко распахнулись, и из него выскочили Билл Сонг, окружной прокурор Дрю Уайт и еще двое федералов.

Я нырнул в «Коммодор».

Впереди возникла какая-то суматоха – парни в строительных касках метались между столиками.

Женщина в светлом парике и маске была уже где-то в самой глубине ресторана, совершенно глухая к сцене, разыгравшейся у нее за спиной.

Завидев ее приближение, Отто привстал со стула.

Она была из тех женщин, которые не умеют просто ходить, как все нормальные люди.