Зарубежный детектив-2. 2026. Компиляция. Книги 1-9 - Алисия Хименес Бартлетт

мути с картами Таро и тому подобное. То есть вы же непосвященный и не верите во все это, но мне просто хотелось объяснить, с чего у нас с нею началось. А потом постепенно сложились дружеские отношения. Джессика мне очень доверяла. Мне все доверяются. Когда вы беретесь за такое дело, вы становитесь почти что священником — то есть, люди на вас полагаются, потому что вы знаете их секреты, такая уж это работа…

— Джессика рассказывала вам о своей жизни?

— Да, еще бы! И теперь, когда ее уже нет, думаю, я имею право говорить, если это поможет найти убийцу.

— Ну, так что же она вам рассказывала?

— О своей ферме, о Винтерах, о своих интрижках с мужчинами… Знаете, у нее была бездна юмора, когда она входила во вкус! Безусловно, она была настоящей арийкой, типичной… Энергичная, боевая, сексуальная… А все-таки в глубине души неуверенная в себе. Я хочу сказать, ее мучила какая-то постоянная тревога, чувство вины, чего арийцы обычно не испытывают. А вот интересно, вы — кто? Я бы вас приняла за Льва.

Уайклифф был словно загипнотизирован этой особой.

— Я родился пятнадцатого августа, — пробормотал он.

— Ну вот видите! Но, к счастью, вы лишены той агрессивности, которая обычно присуща Львам. С возрастом вам стоит поберечься болезней спины. А может быть, и сердца, но тут я не так уверена…

— Так вы говорили насчет Джессики, — мягко напомнил Уайклифф.

— Ах да, конечно! Я никак не могу удержаться в строгих рамках, понимаете? Ну так вот, в один прекрасный вечер она приходит сюда — кажется, это была Страстная пятница, да, и я сразу заметила, что она подавлена и встревожена. Ведь даже у арийцев бывают поводы для депрессии…

Уайклифф, уже теряя терпение, переспросил:

— Так что же ее встревожило?

— Ну, она начала с того, что поинтересовалась, читала ли я в местной газете заметку о смерти миссис Рюз. И она напомнила мне, что миссис Рюз — мать того…

— …того парня, что погиб в катастрофе несколько лет назад, — поспешно закончил фразу Уайклифф, боясь, что Грейс снова уведет разговор в сторону.

Она удивленно уставилась на следователя:

— Так вы об этом знали?! Ну так вот, виновника тогда не нашли, а Джессика сказала мне, что она знает, кто сбил парнишку и что это случилось при ней. С того времени она все старалась стереть это из памяти, но тут люди стали на всех углах талдычить, что вот, дескать, бедная старушка так и не сумела справиться со своим горем и слегла в могилу, и Джессике стало совсем худо.

— Постойте, она сказала, что была замешана в этом происшествии?

— Ну, так я ее поняла.

— А она сказала, с кем она тогда была?

Грейс, похоже, слегка струхнула.

— Нет… Я спрашивала ее, может, это был Джонни Глинн… Я понимаю, мне не следовало этого делать, но вы же знаете, тут везде слухи и сплетни ходят… Но она мне ответила, что это был не Джонни. Он тогда якобы говорил правду. И еще она спросила меня, не тот ли это кризис, который ей предсказывали карты Таро. Ну, я дала слабину и брякнула, дескать, наверно, как раз тот…

— И что же дальше?

Девушка кокетливо оглядела свои пухленькие ручки.

— Она была очень расстроена. Говорит, пожалуй, стоит пойти в полицию и во всем признаться. Там была какая-то неловкость в отношении ее сестры, и Джессике не хотелось усугублять отношения. Я не совсем Поняла, в чем там дело… — Грейс заискивающе глянула на Уайклиффа. — Я ведь не могла ей особенно помочь, понимаете? И она ушла еще больше взбаламученная, чем раньше. А потом на следующий вечер все это и произошло…

Уайклифф промолчал, и Грейс продолжила:

— Я и сама не знала, стоит ли вам рассказывать все это. То есть я ведь наверняка ничего не знаю и могу кому-то случайно навредить. И я решила оставить все на волю судьбы. Я считаю, так правильнее всего… — она снова искательно взглянула на суперинтенданта. — Вот я и написала вам, но дала вам возможность выбора. Если бы вы не пришли, ну и ладно. А если уж пришли, так это не я так решила, верно?

Уайклифф подался вперед в своем кресле:

— Мисс Тревена…

— Зовите меня просто Грейс. Все ко мне так обращаются.

— Хорошо. Итак, Грейс, вы отдаете себе отчет, что Джессика была убита и что убийца еще не пойман? Он — или она — может снова пойти на преступление. Я хочу сказать только одно — все, что вы можете сообщить мне об обстоятельствах ее жизни, крайне важно. Вы говорили о мужчинах и интрижках. Кто эти люди?

Грейс тихо сказала:

— Она упоминала мистера Гича… Наверно, поэтому она чувствовала себя виноватой перед сестрой. Потом еще вспоминала человека с лодки-дома, как там его зовут, и мистера Винтера…

— И больше никого?

— Нет. Пожалуй, нет.

— Посмотрите мне в глаза, Грейс! — вдруг жестко сказал Уайклифф.

Карие глаза девушки глядели на следователя серьезно и вдумчиво, но страха в них не было. Спицы старушки замерли.

— Ну, подумайте хорошенько, Грейс!

Девушка сморгнула…

— Нет-нет, я ничего такого не…

— Итак?!

— Ну, вы же понимаете, это все было довольно давно, еще до Рождества… Джессика даже подсмеивалась над своими мыслями…

— Мыслями о чем?

— Ну ладно, с моей стороны просто подло рассказывать вам об этом, но, видно, придется… Как-то раз Джессика пришла в церковь рано утром, чтобы подготовить все для обряда крещения, и, войдя в ризницу, увидела викария с мальчишкой Джильсом Винтером… Викарий ласкал его — гладил по волосам и… Ну, и все, собственно. То есть, я хочу сказать, ничего плохого как бы не происходило. Но Джессика смекнула, что викарий наш немного того, голубоват…

— Все равно, вы поступили совершенно правильно, что рассказали мне.

И вдруг неожиданно в разговор вступила старая леди.

— Все, что Грейс делает с этими картами и прочей дрянью, — это ее дело! — заявила старуха. — Но мне никогда не нравилось, что эта Добелл приходит в наш дом. Что-то в ней было не то. Мне, ясное дело, жаль, что она так погибла, но она была женщина того сорта, что словно напрашиваются на это…

На губах девушки заиграла легкая усмешка:

— Ну вот, теперь вы узнали и мнение бабушки.

Грейс проводила Уайклиффа до дверей. Он зашагал вниз по Черч-Лейн до самого бара в глубокой задумчивости.

Ресторан уже закрыли, и только у стойки толклись несколько подвыпивших завсегдатаев.

— Ну что, колпачок на ночь, мистер Уайклифф? — спросил Джонни Глинн.

— Нет. Нет,