Инженер смерти - Валерий Георгиевич Шарапов

— Пока не удостоен чести быть вашим читателем.

— Мы это дело легко поправим, — радостно воскликнула Варя. — Давайте заполним читательский формуляр. Мне понадобится ваша фамилия, домашний адрес и место работы. А потом мы вместе поищем вашу книгу.

Похоже, она перегнула палку. Улыбка сошла с лица незнакомца. Взгляд его скользнул в сторону ящиков с алфавитным каталогом.

— Ты слышала, что я сказал? — уже с нотками грубости спросил он. — Я не собираюсь уносить ее с собой. Мне она нужна здесь. Сейчас. Где она? По карточкам посмотри.

— В каталоге карточек много, — ответила Варя, стараясь не выдавать своего волнения. Как нарочно, в открытое окно из соседней квартиры проник запах керосина — кто-то на кухне разжигал примус. — Чтобы выдать вам книгу, нужно заполнить формуляр. Фамилия, имя, отчество…

— Фамилию тебе для чего? — перебил ее незнакомец и оперся ладонью о стол. Пальцы толстые, короткие, ногти криво обрезаны или обгрызены, на тыльной стороне ладони — серый налет, похожий на уголь. — Я здесь ее посмотрю и верну.

— Хорошо. Поняла, — согласилась Варя. — Если книга в наличии, я вам ее дам. Если на руках — значит, нет. — Она сделала шаг к каталожным ящикам, но остановилась, снова взглянула на мужчину, чуть склонив голову. — А вы, получается, ищете Гёте именно в оригинале, на немецком языке, а не в переводе. Вот это интересно. Почему так? Вы хорошо знаете немецкий?

Он медленно сунул руки в карманы, выпятил грудь, желваки заходили на его лице. Приподнял голову, и кепка сдвинулась. Его маленькие суженные глаза нацелились на Варю. Это был взгляд человека, который привык стоять спиной к витрине и смотреть не на товар, а на тех, кто смотрит. В голосе его зазвенел лед.

— Вот что, краля, не играй. Мне не до этого. Принеси то, что сказал. Или позови того, кто это решает.

— Заведующая в отпуске, — ответила Варя. — И решаю здесь я. Могу предложить из запасника журнал Die Weltbühne, довоенное издание. Вот в нем как раз на немецком фрагмент второй части «Фауста»…

— Ты дурочка? — произнес мужчина, постучал пальцем по полке и сделал шаг к Варе. — Повторяю последний раз. Коричневый том. Вон там стоял. — Он указал рукой точно в пустое место, даже не сопроводив взглядом движение руки. — Не советую полоскать мне мозги…

Варя почувствовала, как щеку щекочет прядь — выбилась из-под заколки. Убрала ее за ухо, чтобы заполнить паузу, и при этом отступила на полшага, возвращая дистанцию. Она не выносила, когда люди нечаянно или по умыслу придвигались слишком близко, отчего могло шибануть запахом чужой одежды и дыхания. Так часто бывало на Кирова ранними утрами в очереди за молоком, где люди толкают плечом не глядя и каждому кажется, что он здесь один и все пространство принадлежит ему.

— Возможно, книга на руках, — мягко сказала Варя. — Оставьте адрес, и я…

Он вдруг резко оттолкнул ее в сторону, подошел к карточному каталогу и взялся за ручку первого попавшегося ящика. Варя легким движением накрыла его ладонь.

— Карточки читателей посторонние не трогают, — тихо сказала. — Правило простое.

Он задержал взгляд на ее руке. Отнял свою — медленно, без резких движений. Снял кепку, как бы из вежливости, и тут же снова надел. Воля и смелость Вари его впечатлила. Злость и раздражение незнакомца понемногу улетучивались.

— Правила, — произнес он, — вещь гибкая. Смотрите, чтобы не сломались.

— У нас заламываются только книжные страницы, — ответила ему Варя такой же многозначительной фразой с неким глубоким смыслом. — Но мы с этим успешно боремся.

Он неожиданно наклонился близко. От него пахнуло табаком и металлом, как в слесарной мастерской. Шепнул так, что услышала только она:

— Адрес. Мне нужен адрес, у кого книга. Поняла, цыпа?

Взгляд Вари упал на его рукав: на ткани — крошечная белая крупинка, похоже, от штукатурки. Вчера во двор, где они с Аркашей жили, привезли кирпич. Так дворники ругались, что все в пыли и каменная крошка липнет к обуви.

Она вдруг ясно поняла, что разговор давно вышел за рамки библиотечного.

— Оставьте телефон, — ровно сказала она. — Или адрес. И карточку заполните — без этого книги не выдают.

— Адрес тебе знать незачем. — Он вытянул из кармана спичечный коробок, положил на край стола. — Придет человек, скажет, от Коптильщика. Вот ему адрес и скажешь. Договорились, Никитина Варвара Ивановна?

Она не удивилась, что он назвал ее по имени-отчеству. В таких случаях удивление — слишком дорогой подарок для этого незнакомца. А Варя хотела играть с ним на равных. Взяла коробок, чуть выдвинула, закрыла, протянула его мужчине.

— Заберите. Здесь дети. И у нас не гастроном, из-под прилавка ничего не выдаем. Есть читатель, есть книга.

— Книги вы любите. — Он снова усмехнулся. — А вот жизнь — нет.

Он шагнул к двери, поправил кепку, оглядел зал и вполоборота повернулся к Варе:

— Запомни: человек скажет — от Коптильщика.

И распахнул дверь. Сквозняк шевельнул листок объявлений: «Берегите книги — источник знаний! Штраф за порчу — 1 рубль». Девочка у окна спросила вслух у подруги, когда в летнем кинотеатре в парке начнется сеанс. Подруга предположила, что, наверное, в девять. Варя перевела взгляд на пустое место среди книг — туда, где раньше стоял том с коричневым корешком. В голове словно вспыхнуло что-то — не от страха, а от ясности: пришли не за стихами.

Она взяла коробок двумя пальцами, как большого кусачего жука, и спрятала в ящик стола. Потом достала из-под стойки тряпку, протерла стол, как делала всегда перед закрытием, и только после этого повернулась к каталогу. Карточка «Гёте. Сочинения. Том 2 (нем.)» лежала там, где должна.

На лестнице внизу хлопнула дверь — дворник вышел во двор. На площадке кто-то ругался, что воду опять подают рывками. Варя достала из ящика лист бумаги, аккуратно подписала сверху «Срочно. Аркадию Петровичу» и мелким почерком добавила еще несколько строк. Сунула листок между страниц «Справочника фельдшера».

Мальчишка, который все это время терпеливо ждал своего Майн Рида, скучал за столом, без интереса наблюдая за девчонками.

— Заждался, бедный! — сказала ему Варя и потрепала его кудри. — Извини! Держи свою книгу. Страницы не загибай. Вернешь в таком же виде — конфету получишь.

Мальчишка обрадовался, глаза его загорелись, он схватил том, на обложке которого был нарисован ужасно страшный всадник без головы, прижал его к груди и уже был готов пулей вылететь на улицу, как Варя остановила его.

— Погоди! Где отделение милиции, знаешь?

— Конечно! За углом. Рядом с нашей школой.

— Так вот. Зайди туда и скажи дежурному милиционеру — он в окошке