Ведьма из Кингспорта - Рональд Малфи

Гил стоял, прислонившись к водительской двери, и курил. Свободной рукой он держал старую тряпку, запачканную чем-то вроде масла, которой вытирал пот с морщинистого загорелого лба. Я заранее ему позвонил: хотел убедиться, что дом в достаточно пригодном состоянии, чтобы я мог остаться там на ночь. Он заверил меня, что с домом все в полном порядке. Я не просил Гила меня встречать, но все равно он стоял здесь, весь вспотевший, высасывая жизнь из своей сигареты.

За каким чертом я вообще сюда приехал? Похоже, соскучился по дому, раз вернулся из-за одного только загадочного звонка Дейла…

Гил прищурился, глядя на заходившее солнце. Я заглушил двигатель и вылез из арендованной машины, не сводя с него глаз. Большую часть своей жизни – а ему было уже за пятьдесят – он занимался физическим трудом, но все равно выглядел каким-то дряблым: рыхлая кожа, опущенные плечи, полусогнутые колени. Штаны висели на нем свободно, готовые в любой момент упасть, хоть он и носил ремень.

– Хорошо добрались, мистер Лаример?

Я подошел и протянул ему руку.

– Необязательно было приезжать, Гил. У меня есть ключ. Сколько вы тут уже стоите?

– Да я не столько вас поджидал, сколько дом подготавливал к вашему приезду, мистер Лаример. Вы меня, конечно, не предупредили толком, но мне все равно хотелось убедиться, что вас ничего не побеспокоит.

– Вы же сами мне сказали, что все в полном порядке. И пожалуйста, зовите меня Эндрю.

– А, ну да. Это самое… В смысле, этот дом… понимаете… тут такое дело… – Гил нахмурился и казался то ли разозленным, то ли грустным. Я не смог определить, какую именно эмоцию он испытывал. Я молча наблюдал, как он передвигает сигарету из одного уголка рта в другой и обратно, не говоря ни слова.

– Какое «дело»?

– Не хочу вас огорчать, но… кажется, в вашем доме поселился скваттер[4].

– Кто?

– Скваттер, мистер Лаример. Кто-то пробрался внутрь через заднюю дверь. Я только сегодня это обнаружил, когда совершал обход. Думаю, он не первый день тут живет. Я столько мусора собрал: упаковки от фастфуда, пивные бутылки и банки, ну и тому подобное. А еще одежду, спальный мешок и рюкзак. Все это, само собой, я сразу выкинул на помойку.

Он провел рукой по коротким седым волосам, и в воздух взлетели бледные чешуйки кожи.

– С другой стороны, это могли быть и соседские ребятишки. Устроили себе тут место для вечеринок. Вы же знаете этих современных детей.

– Чудесно. Просто замечательно…

– Ну, поломанный замок я заменил и, как уже говорил, везде убрался. Свет есть, вода есть – я проверил.

Периферийным зрением я уловил какое-то движение и резко поднял голову. Огромная птица с черными крыльями опустилась на ветку дерева во дворе, и та прогнулась под ее весом. Это был стервятник – тварь, созданная будто не Богом, а дьяволом. На крыше я обнаружил еще парочку его собратьев, сидевших там, как часовые на посту.

– Ненавижу этих тварей, – сообщил я скорее себе, чем Гилу.

– Ну, не спорю, они чертовски уродливы, но вам досаждать не будут. Эти птицы только падалью питаются.

– И почему тогда они тут ошиваются?

– Может, неподалеку какой-то грызун подох. – Он пожал плечами. – А может, из-за запаха…

– Какого запаха?

– Ах да, совсем забыл вас предупредить, мистер Лаример… – Гил вытер пот со лба, виновато на меня взглянув. – Запах в доме просто ужасный. Я несколько флаконов освежителя воздуха перевел, но вонь осталась. Как будто покойник в доме лежит. Вот поэтому, видимо, птицы и слетаются. И мухи… Я старался как мог, мистер Лаример, но похоже, тут нужен специалист.

– Тут еще и мухи?

– К сожалению, да, мистер Лаример. Большие. Черные. Целый рой.

Гил пошел за мной, на ходу извлекая связки ключей.

– Не нужно, у меня свои есть. – Я достал из кармана брелок с подписью «Дом отца». Прежде чем войти внутрь, я посмотрел на табличку перед входом, все еще болтавшуюся на ржавых цепочках: «Э. Лаример, адвокат».

Я шагнул внутрь этого мавзолея. Воздух был застоявшимся и влажным, как в сауне. Тут и правда летало полчище мух. Самые мелкие из них тут же устремились в сторону моего лица. С потолка, будто рождественские украшения, свисали коричневые ленты-мухоловки.

Войдя внутрь, я как мог очистил пространство перед собой от мух и увидел, как они ползают по стенам коридора.

Но в остальном в доме было на удивление чисто. Старина Гил явно весь день старался, желая произвести впечатление. Я подошел к раковине, включил воду – и Гил издал вздох облегчения, когда она действительно полилась, причем кристально чистая.

– Вот видите! – Он смахнул тряпкой мух, прилипших ко лбу. – Отличнейшая вода.

– Про запах ты не соврал. Откуда он вообще?

– Думаю, – неопределенно пробормотал Уоллес, – просто стоит проветрить помещение.

Я кивнул, хотя понимал, что это не поможет. В доме стояла вонь гниющей плоти.

– Принести из машины ваши вещи, мистер Лаример?

– Не надо, Гил. Я сам справлюсь.

– Позвольте поинтересоваться, надолго ли планируете остаться?

– Пока не знаю.

Я подцепил кусочек отклеивающихся обоев, решительно потянул на себя. Со звуком рвущейся мешковины он легко оторвался от стены, выпустив в воздух облачко пыли.

– Если запах не уйдет, мне придется снять комнату в мотеле. Да еще и мухи эти…

– Куриные шеи.

– Что?

– Поднимали когда-нибудь крабовую ловушку с куриными шеями внутри? Когда она уже пару дней там полежала? Вот тут воняет примерно так же.

– Куриные, значит… – пробормотал я.

– Но вот клянусь вам, мистер Лаример: еще месяц назад, когда я последний раз сюда заезжал, все было в полном…

– Порядке, да, – закончил я за него.

– Может, вам и правда стоит остановиться в мотеле. Мне кажется, это отличная идея, мистер Лаример. А я пока дезинсектору позвоню. Пусть придет проверит, откуда запах.

Я заверил, что в этом нет никакой необходимости, вручил ему пару купюр за старания и поблагодарил за помощь. Еще раз промокнув лоб, он вышел он дома. Его пикап задребезжал, проезжая по песчаной дорожке.

Что же я тут забыл?

После смерти отца в доме я не убирался, так что здесь остались все его вещи: кухонный стол, диван и кресло в гостиной, спальни с идеально застеленными постелями.

Тут все еще ощущалось его присутствие. Можно было даже подумать, что отец на самом деле жив, – его трубка до сих пор лежала на подставке в гостиной, стойка с журналами так и стояла в прихожей, а древняя кофеварка была до блеска чистой, как ветровое стекло старого Шевроле во дворе.

Я бродил по