Рассказы - Роберт Альберт Блох

И если бы я получил это, Вайолет должна была умереть.

Я взглянул на Лизу и кивнул.

— Ты хочешь, чтобы я ее убил?

— Нет. Есть другие способы.

— Индейская магия?

Месяц назад я бы расхохотался над таким предположением. Но сейчас, зная Лизу, держа Лизу в объятиях, понимал, что такое вполне реально.

— Нет. Не совсем так. Предположим, что твоя жена не умерла. Предположим, ей пришлось бы уехать?

— Ты имеешь в виду, если бы она ушла от меня, то есть получила развод?

— Я вижу, ты не понимаешь. Разве не существуют места, в которых содержат психически ненормальных?

— Но Вайолет вовсе не сумасшедшая. Она вполне уравновешенная. Чтобы свести ее сума, потребуется что-то очень необычное.

— Например, волки.

— Волки?

— Волк будет преследовать твою жену. Он будет изводить, мучить, преследовать ее, когда она будет одна. Она придет к тебе за объяснениями, за помощью. Ты должен делать вид, что не веришь ей. Очень скоро ее психика.

Лиза пожала плечами.

Я не задавал вопросов, а просто принял то, что она сказала мне. Я не знал, собиралась ли Лиза отправиться в лес и посоветоваться с шаманами или же шептать молитвы мрачным вершителям судеб.

Все, что я знаю, — появился волк, который стал преследовать мою жену. И я делал вид, что ничего не слышал.

Как Лиза и предсказывала, это оказывало свое действие. У Вайолет начались неврозы. Откуда-то ей пришло в голову, что ее преследует оборотень. Тем лучше. Она начала быстро терять рассудок.

А Лиза ждала, тайно улыбаясь.

Этим утром Лиза ожидала меня в том маленьком придорожном ларьке рядом с перекрестком.

Здесь, при солнечном свете, она выглядела простой индейской вышивальщицей бисером. Лишь когда ее лицо оказывалось в тени, я все же видел ее глаза и волосы — черные и неменяющиеся, как ее внутреннее «я».

Она взяла меня за руку, и я почувствовал, что по спине побежали мурашки.

— Ну и как твоя жена? — прошептала она.

— Не очень. Прошлой ночью обнаружила около нашей двери волчьи следы. Началась истерика.

Лиза улыбнулась.

— Ты знаешь, она думает, что это оборотень.

Лиза продолжала улыбаться.

— Дорогая, я бы хотел, чтобы ты сказала мне правду. Как ты заставляешь волка преследовать ее?

Лиза улыбнулась и ничего не ответила. Я вздохнул.

— По-видимому, я не должен быть слишком любопытным.

— Именно так, Чарльз. Разве тебе недостаточно знать, что наш план удается? Что Вайолет постепенно сходит с ума? Что скоро ее не будет, и мы сможем быть вместе навсегда?

Я внимательно посмотрел на нее. — Да, этого достаточно. Но скажи мне, что случится дальше?

— Твоя жена увидит этого волка — воочию. Это ее достаточно сильно напугает. Как и раньше, ты будешь отказываться слушать ее. Затем она отправится к властям. Она придет сюда в деревню и попытается заставить людей поверить ей. Все подумают, что она сумасшедшая. А когда они спросят тебя, ты ничего не знаешь. Очень скоро врач будет вынужден обследовать ее. После этого…

— Она увидит волка? — закончил я вместо нее. — Воочию?

— Да.

— Когда?

— Если хочешь, то сегодня вечером. Я медленно кивнул, но потом в меня закралось сомнение.

— Но ведь она уже почти на грани и так напугана, что вряд ли войдет в лес.

— В таком случае, волк придет к ней.

— Очень хорошо. Я сотру следы, как я стер их сегодня утром.

— Да. И ты лучше продумай, как сегодня вечером тебе уйти из дома. Ты человек впечатлительный, Чарльз, и тебе будет невыносимо наблюдать за страданиями твоей жены.

Перед моими глазами возник образ Вайолет — испуганное лицо, глаза навыкате, ее широкий рот, открывшийся в приступе жуткого страха, когда перед ней предстанет этот монстр из ее воображения. Да, так это и будет, и очень скоро…

Я улыбнулся.

Лиза ухмыльнулась в ответ. Уходя, я слышал, как она смеялась, и до меня дошло, что в ее веселье было что-то неестественное.

Потом, конечно, я понял, в чем дело. Лиза сама была не вполне психически здорова.

* * *

В тот вечер мы ужинали в молчании. Когда над озером появилась луна, Вайолет встала из-за стола и задернула шторы — на лице ее была гримаса, которую она не смогла скрыть.

— Что случилось, дорогая? Тебе она кажется слишком яркой?

— Я ненавижу ее, Чарльз.

— Но она прекрасна.

— Не для меня. Я ненавижу ночь.

Я мог позволить себе быть великодушным.

— Вайолет, я тут немного размышлял. Это место — оно ведь действует тебе на нервы. Ты не считаешь, что тебе было бы лучше вернуться в город?

— Одной?

— Я мог бы присоединиться к тебе после того, как закончу свою работу.

Вайолет смахнула со лба локон золотисто-каштановых волос. Я вдруг с ужасом заметил, что ее локоны уже не горели огнем; ее волосы были мертвыми и тусклыми — такими же, как ее лицо и ее глаза.

— Нет, Чарльз. Я не смогу уехать одна. Он будет преследовать меня.

— Он?

— Волк.

— Но ведь волки не заходят в город.

— Обычные волки — нет. Но этот…

— Почему ты думаешь, что волк, которого ты — ну, видишь, не такой, как другие?

Она заметила мою нерешительность, но отчаяние пересилило ее сдержанность. И она торопливо продолжила.

— Потому что он приходит только ночью. Потому, что настоящих волков здесь нет. Потому, что я чувствую зло этого зверя. Чарльз, он не подкрадывается ко мне — он меня просто преследует. И только меня. Он, видимо, ждет, что что-то случится. Если бы я уехала, это существо последовало бы за мной. Я не могу от него скрыться.

— Ты не можешь от него скрыться потому, что он в твоем сознании, — прервал я ее. — Вайолет, я был очень терпелив. Чтобы позаботиться о тебе, я бросил свою работу, в течение двух недель выслушивал твои фантазии. Но если ты не можешь помочь себе сама, тогда другие должны помочь тебе. Сегодня днем я рискнул обсудить твой случай с доктором Меру. Он хочет тебя увидеть.

Услышав мои прямые обвинения и утверждения, она как-то обмякла.

— Значит, это правда, — вздохнув, проговорила она. — Ты, действительно, считаешь, что я лишилась рассудка.

— Оборотней не существуют, — сказал я. — Мне легче поверить в существование психического расстройства, чем сверхъестественного существа.

Я встал, Вайолет пораженная посмотрела на меня.

— Ты куда? — прошептала она.

— К Леону, — сказал я ей. — Мне нужно немного выпить. Вся эта история действует мне на нервы.

— Чарльз, не оставляй меня одну сегодня вечером.

— Боишься воображаемых волков? — вежливо спросил я. — Теперь это видно, моя дорогая! Если ты хочешь, чтобы я