Искатель, 2012 № 12 - Журнал «Искатель»

Саманта вышла из библиотеки, улыбаясь. Конечно, тон, которым разговаривал с ней Ричи, был ужасным, высокомерным, насмешливым, но это можно пережить. А его очень злит, когда она разговаривает с ним холодно и вежливо. Девушка, улыбаясь, спустилась по ступенькам библиотеки, настроение у нее стало гораздо лучше, чем до визита сюда. Она посмотрела по сторонам в надежде, что Ричи ждет ее и проводит обратно, но не увидела знакомую фигуру на мотоцикле. Разочарованная Саманта пошарила в сумочке, нашла ключ и открыла дверцу машины, но сесть за руль не успела.

— Привет, — раздался женский голос, и, обернувшись, девушка узнала Пегги, несчастную костюмершу, вынужденную уйти из съемочной группы из-за ссоры с Сарандоном.

— Пегги, что вы тут делаете? — спросила Саманта. — Я думала, что вы уже улетели в Лос-Анджелес!

— Нет, я жду рейса «Красные глаза», — ответила костюмерша.

— А почему вы не уехали вчера? — поинтересовалась Саманта.

— Я проплакала в отеле всю ночь, — сказала Пегги. — Как невоспитан и груб этот Сарандон. Думает, что ему все можно и все оскорбления сойдут с рук.

— Не надо поддаваться на его грубость, надо было обратить все в шутку. Мистер Сарандон слишком джентльмен, чтобы продолжать ссору, — произнесла Саманта с безмятежной уверенностью своих полных восемнадцати лет.

— Странно, что вы так его защищаете, — процедила Пегги.

Саманта снизу вверх посмотрела на высокую пышногрудую ирландку (как раз тот тип, который нравится Ричи) и холодно отрезала:

— Вы не имеете никакого права называть его убийцей. Он может обратиться в суд, и будет прав. Полиция не смогла выдвинуть никакого обвинения против мистера Сарандона.

— Да вы влюбились в него, милочка, — ахнула Пегги и добавила: — Что ж, я знаю то, что знаю, а вы скоро лишитесь всех своих иллюзий!

— Счастливого пути, — буркнула Саманта, садясь в машину.

Девушка кипела от злости, настроение было опять испорчено, она выехала из Финикса очень расстроенная. Какое право имела Пегги называть мистера Сарандона убийцей? Никакого! Если только... и Саманта увеличила скорость, пытаясь заглушить боль в сердце. Если только Пегги не была его брошенной любовницей и стремилась отомстить за разрыв. «Ну уж это я обязательно узнаю, — мысленно бушевала Саманта. — Если надо, спрошу самого Ричи, обязательно с ним поговорю».

До съемочной площадки мисс Гловер добралась в рекордно короткое время, припарковала джип и отправилась искать Ричи. Ей показалось, что дверь его трейлера приоткрыта. Она одним прыжком подскочила к фургону и распахнула дверь без стука. Сарандон готовился к следующей сцене. Безутешный соблазнитель бросается в погоню за сбежавшей возлюбленной. Он так торопится, что пускается в путь, даже не надев рубашку. Ричи в одних замшевых штанах стоял в фургоне, а девушки старательно растрепывали ему пышные золотистые волосы и припудривали светлой пудрой его веки — герой должен быть заспанным, прямо из постели. Увидев Саманту, он лениво приподнял одну золотистую бровь, ничем не выдав радости от ее возвращения, хотя его колени ослабели. Саманта хотела что-то сказать и замерла, жадно хватая воздух открытым ртом — полуобнаженный Ричи прекрасен, и она не могла отвести взора, жадно блуждающего по его совершенному телу.

— Удачная была поездка? — через пять минут осведомился он ленивым бархатным голосом.

Саманта видела, что его губы шевелятся, но ничего не могла сказать. Уши ее словно заложило, она не понимала даже простых слов, оглушенная неземной красотой Сарандона. «Я люблю его», — отчаянно подумала она и задохнулась, не зная, что делать с этим открытием. Вся ее жизнь перевернулась, когда пламя запретной любви обожгло душу. Девушка отвернулась и помчалась, не разбирая дороги. Ей было все равно, рассвет сейчас или закат, ночь или день, бежит она к берегу проклятой реки или убегает от своей любви. Ей все равно, какие опасности ей грозят, — впереди страшный зверь, а сзади — бессердечный возлюбленный. Зверь уничтожит ее тело, а Ричи — душу. Ему достаточно будет посмотреть на нее янтарными глазами, и она сама отдастся ему. Саманта неслась как безумная, не замечая дороги. Она добежала до берега реки, ворвалась в заросли тростника и тяжело рухнула, споткнувшись о камень. Воздух вышел из легких болезненным толчком, потемнело в глазах, она услышала мягкие прыжки, и тут же большие горячие руки легли на ее плечи.

— Лежи, не вставай, маленькая дурочка, — раздался над ее ухом вкрадчивый шепот. — У тебя что-нибудь болит?

«Сердце», — хотела ответить Саманта, но задохнулась, позволив мужским ладоням скользить по ее плечам и спине в поисках повреждений. Его прикосновения были мягкими, нежными. Она знала, что нужно вырваться и скинуть с себя его руки, но не могла. Гораздо легче считать его маньяком и убийцей — тогда у нее было бы законное основание сопротивляться его колдовскому обаянию. А сейчас руки Ричи гладили хрупкую девичью спину, и девушка трепетала от удовольствия.

— Теперь можешь встать, сердце мое, — мурлыкнул Ричи, поднимая девушку. Она послушно попыталась встать на дрожащие ноги, но не сумела и рухнула на колени. Испуганный Сарандон склонился над ней.

— В чем дело?

Она молча покачала головой и медленно подняла к нему лицо. Закатные тени скользили по нему, и Ричи на мгновение показалось, что девушка смертельно бледна. Он опустился на одно колено, протянул руку и нежно коснулся ее бархатистой щеки. Она вздрогнула, а глаза, казалось, стали еще больше. Ричи очень осторожно придержал подбородок девушки, нагнулся, коснулся ее губ нежным поцелуем и уже не смог остановиться — ее теплые губы раскрылись, а глаза зажмурились. Зная, что совершает святотатство, Ричи прижал девушку к себе. Она покорно прильнула, отдаваясь его власти. Но Сарандон не мог воспользоваться ее доверием, сознавая, что она слишком хороша и невинна для него. Из груди его вырвался стон, и он осторожно отстранил Саманту. Ее глаза распахнулись, затуманенные наслаждением, ждущие продолжения. Его лицо расплывалось перед ней, Саманта сморгнула, и ей показалось в предвечерних сумерках, что зрачки глаз Ричи вдруг вытянулись во всю радужку. Девушка задрожала, на ее ресницах повисли слезы, она со страхом взглянула на возлюбленного. Ее опасения оказались напрасны — он склонился над ней, глаза его горели теплым янтарным блеском, но зрачки оказались нормального размера. Жаркими губами он вытер слезы и помог встать совершенно растерянной девушке.

— Никогда не убегай так, дорогая, —