Искатель, 2012 № 10 - Журнал «Искатель»

— Зачем мне кому-то рассказывать? — Влад свинтил крышку с вискаря, плеснул коричневатую жидкость в стаканчики. — Об этом чуде больше двух человек знать не должны.

Проснувшись на следующее утро, Костиков долго не мог собраться с мыслями, вернее, с воспоминаниями. Серега чувствовал, что накануне случилось много всего, хотя он и не выходил из дома. Виной всему, конечно же, был алкоголь. Как правило, забывчивость возникала из-за спиртного, которое он немилосердно смешивал, но обычно впоследствии он все вспоминал, причем в деталях — главное, чтобы кто-нибудь хотя бы намекнул о том, что было.

Итак — вчера. Вернее, все началось еще позавчера. Вдруг задвигались его пластилиновые фигурки, живчики. Тогда он подумал, что померещилось, — все-таки конец рабочей недели, устал, выпил. Но нет, утром в субботу Серега убедился, что ему ничего не привиделось, и свидетелем этого стал Мохов. С ним-то Серега вчера и нажрался, что называется, «в зю-зю», и вырубился. А куда подевался Влад?

Серега прошел на кухню, заглянул в ванную комнату, убедился, что в коридоре нет ни одежды, ни обуви приятеля. Вышел на балкон и, различив на стоянке машину Влада, вспомнил, что тот собирался взять тачку и поехать к какой-то девице.

А что с живчиками?! С Зинаидой, Никодимом, Федотом?

Серега вмиг оказался у шкафа, где хранились пластилиновые композиции. Подергал за ручку дверцы — заперто. Где ключ? Где, черт побери, этот проклятый ключ? Вспомнил! Сам же вчера погрузил его в банку с земляничным вареньем. И как теперь его достать? Конечно же, пинцетом. Уже через минуту Серега, слизав с ключа любимое варенье, открыл шкаф. Слава богу, все пластилиновые поделки были на месте. И ни одна фигурка не шевелилась, в том числе и в композиции «Застолье».

Нет, живчики находились не в тех положениях, которые изначально были придуманы и слеплены их творцом, но также и не в том, в каком видел их Серега, убирая в шкаф. Все трое лежали на полу, завернувшись в скатерть: Зинаида — посередине, Никодим и Федот — по бокам. Они спали.

Вот и спите. Серега закрыл и запер шкаф. Необходимо было срочно затариться пивом, да и спиртным — на всякий случай, еще купить каких-нибудь пельменей и другой еды... Он собирался поставить эксперимент со своими живчиками — станут ли они употреблять естественную пищу, либо имеют возможность есть только ту, что он лепил из пластилина.

На обратной дороге он столкнулся в подъезде с Владом.

— А я тебе названиваю, думаю — спишь! — обрадовался тот. — За опохмелкой, что ли, бегал? Так я все принес. Как там твои де-тишки-то?

— При чем здесь детишки? — нахмурился Серега, открывая квартиру. — Просто искусственные существа, вылепленные из пластилина, временно получившие способность двигаться.

— Ха, двигаться! — Вслед за приятелем Влад с двумя объемистыми пакетами переступил порог и захлопнул дверь. — Я же все своими глазами видел. Они живые, живые!

— Успел кому-нибудь проболтаться? — Серега прошел на кухню, Влад — за ним.

— Ни в коем случае! Могу зуб дать.

— На кой мне сдался твой зуб? — Серега выложил на стол продукты, открыл холодильник, прикидывая, что убрать, что оставить. — А ты чего там притащил?

— Вот, держи — и закусон, и выпивон. — И, завалив стол яствами, Влад вновь поинтересовался: — Как там твои-то?

— Сейчас — не знаю. А утром спали втроем на полу, закутавшись в скатерть.

— Прикольно! — хлопнул в ладоши Влад. — Так они же наверняка ночью трахались?

— Твое-то какое дело? — повысил голос Серега.

— Ты не кипятись, не кипятись. — Влад взялся за бутылку с дорогим английским джином. — Лучше тоник открой и высокие стаканы достань. Я ведь знаю, джин с тоником — твой любимый напиток. После пива, конечно...

— А что это ты вдруг надумал аттракцион неслыханной щедрости устроить? — Серега вспомнил всегда пустой холодильник приятеля-миллионера. Стаканы тем не менее достал и тоник открыл.

— Ты мне вчера аттракцион показал, я и решил отблагодарить. Мы с тобой, конечно, знатно поддали, но все равно не та была кондиция, чтобы у меня с красивой девкой секс обломался. Вчера — впервые в жизни. И все потому, что постоянно твои человечки перед глазами стояли.

— Живчики, — поправил Серега.

— Да, — согласился Влад. — Давай за их здоровье выпьем? За здоровье Зинаиды, Никодима и усатого, как его...

— Черт! — встрепенулся Серега. — У них же со вчерашнего обеда маковой росинки во рту не было. — И, залпом выпив любимый напиток, метнулся в комнату.

Сначала Серега подумал, что его живчики сошли с ума. Без слов обращаясь к нему, Никодим, Федот и Зинаида отчаянно жестикулировали, стучали кулаками по столу и по табуреткам, по очереди завертывались в скатерть, прыгали, падали на пол, отмеряя шаги, ходили по краю прямоугольной площадки — территории, за которой их подстерегало исчезновение. Серега собрался было закричать, чтобы они перестали бесноваться и успокоились, но оказавшийся рядом Влад, успокаивающе положил руку ему на плечо.

— Сейчас я расшифрую этот язык жестов, — сказал он. — Очевидно, в первую очередь они требует еду и питье. Причем не только алкоголь, но и простую воду. Этот, как его... еще и курить просит...

— Обойдется, — машинально вставил Серега.

— Зинаида ко всему прочему просит свежее нижнее белье, — продолжил Влад. — А также другие обувь и одежду... Хочет немедленно принять душ. И, прикинь, требует отдельную комнату. Причем с кроватью, журнальным столиком и другой мебелью, среди которой обязателен трельяж. Вот молодец девка! Что скажешь, Серега?

— А с чего ты взял, что Зинаида просит именно это?

— Ха! Понимаешь, когда у меня вчера с девкой секс не сложился, я полночи размышлял, как бы повел себя, окажись на месте живчиков. Они полностью в твоей власти, и у тебя есть возможность делать с ними что угодно. А они могут у тебя что-то просить, причем только жестикулируя. Ну, может быть, накарябать послание на крышке стола, чтобы ты, догадавшись, прочитал это через лупу. Так вот, они применяют почти те же самые жесты, до которых додумался я.

— Ну а мужики чего хотят?

— По поводу одежды и обуви даже не заикаются. Алкоголь, курево, закусь. И еще отдельные комнаты хотят, но без излишней