Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

В мгновение ока она перенеслась на год раньше на верх маяка Ти-Керн, со сжатым сердцем став беспомощной свидетельницей прыжка Райана. Она увидела, как смыкается над ним пенный водоворот двадцатью метрами ниже, и аквалангистов, тщетно обшаривающих дно.

Ее зеленые глаза потемнели.

Изумление, вызванное неожиданным открытием, сменилось безудержной яростью. Она прорвалась, порожденная непереносимой мыслью о том, что на всех драмах лежала его печать, как и предполагал ПМ.

Она набросилась на Райана с кулаками, молотя ими куда попало с единственной целью — причинить ему боль, такую же, какую испытывала она сама.

— Почему я не послушалась его? Почему не поверила? Почему ты повсюду тащишь за собой смерть? Почему? Почему? ПОЧЕМУ?!

С силой нанесенная пощечина отозвалась на ее щеке плотным звуком.

Руки Райана крепко схватили ее плечи.

— ПМ прав только в одном: я ни за что на свете не мог пропустить твоей свадьбы, — с нажимом произнес он.

«Свадьба…» От этого маленького слова соскочил замок, который она прочно навесила на слишком тяжелое горе.

— Лукас умер, — потерянным голосом маленькой девочки вымолвила она.

С болью в душе, переживая ее горе, Райан с тоской смотрел на бледное лицо, на нежной коже которого отпечаталось красноватое пятно от пощечины. Широко раскрытые зеленые глаза, устремленные на него, казалось, выпрашивали какую-то несбыточную надежду, которую он при всем желании не мог ей дать. Сердце его сжалось при мысли, что она, может быть, хотела умереть. Он медленно опустил голову.

— Я знаю, моя дорогая, я знаю… Мне очень жаль…

Руки его вновь сомкнулись за ее спиной и поглаживали ее, когда она уткнулась лицом в его грудь, выплескивая долго сдерживаемые слезы.

Никто и не заметил его появления.

А ведь ПМ до прихода в гостиную долго репетировал перед зеркалом различные скорбные выражения лица, уместные в сложившихся обстоятельствах. Однако он напрасно потерял время.

Только Луиза повернула к нему незрячие глаза.

— А, это вы, Пьер-Мари, — устало вздохнула слепая, откидывая голову на спинку кресла.

Старая корова! Ее отношение к нему, как к ничтожной вещи, живо напомнило ПМ отца. Черт бы побрал его душу! Удержавшись от детского желания состроить слепой гримасу, ПМ раздвинул губы в лицемерной, хотя и бесполезной улыбке, подошел к ней и мягко похлопал по руке.

— Эдвард ищет ее, Фрэнк и слуги уехали на лошадях. Они приведут ее, — шелестел он. — Не беспокойтесь.

— А если уже поздно? — с тоской проговорила Луиза.

ПМ подавил в себе неприятное чувство, подумав, что это нарушило бы все его планы. Усилием воли он отогнал эту мысль.

— Выбросите это из головы! Она крепкая, умеет владеть собой. В прошлом она не раз это доказывала… — не без доли горечи добавил он.

В душе ПМ возненавидел себя за неумение обуздывать свои чувства, но слепая уже отрешилась от него. Старая ведьма! Он выпустил ее иссохшую руку, мягко упавшую на подлокотник, и повернулся к остальным.

Марк Ферсен стоял у канапе, на котором в прострации лежала Элен. Пьеррик с непринужденным видом сидел у изголовья, держа на коленях свою тряпичную куклу. Немного подальше притулившаяся в углу Жилль упорно старалась поймать взгляд Ронана, но неизменно натыкалась на враждебный взгляд Жюльетты. И только Вивиан, переходившая от одного к другому, слегка оживляла гнетущую атмосферу.

ПМ вежливо отказался от песочного печенья, подумав при этом, что оно не такое аппетитное, как она сама, и мысль эта взволновала его. Потом он подошел к Марку и, положив ему руку на плечо, с отмеренной дозой эмоций и сочувствия выразил соболезнования от себя лично.

— Хороший он был, его нам будет не хватать, — заключил он, с удовлетворением увидев, как увлажнились глаза отца Лукаса.

ПМ хотелось бы, чтобы его супруга видела, с каким достоинством держится он в роли удрученного дядюшки, но эта шлюха Армель потребовала развода под предлогом, что семья по уши в долгах и теперь по его милости она вынуждена загнивать в какой-то конуре, а ведь у нее было достаточно средств, чтобы предложить ему комфортную жизнь во дворце. ПМ не был таким уж неблагодарным, он не забыл, что только Мари и Лукасу обязан он тем, что его поселили в замке.

Смерть этого гнусного сыщика была лишь неотвратимостью.

— Кто умер? О каком Лукасе говорят?

Все недоуменно уставились на Элен, задавшую вопросы тоненьким голоском. Вздох Марка, хотя и легкий, казалось, разорвал воцарившуюся тишину.

Еще раз вздохнув, он дотронулся до ее плеча.

— Я говорил тебе, дорогая, — мягко проговорил он вполголоса. — Наш сын…

— Какой сын? — сухо оборвала она, недобро взглянув на него. — О ком ты говоришь? У тебя нет сына!

Ее супруг досадливо поморщился. Ощущая охватившую всех неловкость, он быстро обошел канапе, взял жену за руки и тихо сказал:

— Успокойся, Элен, успокойся.

Она порывисто приподнялась и оттолкнула его. На ее скулах выступили два красных пятна. Вот-вот начнется приступ.

— Не считай меня сумасшедшей, Марк! Кто он, этот Лукас? — свистящим голосом повторила она. — Почему ты так несчастен? Не лги мне, я чувствую это по твоему голосу.

Она обежала комнату безумным взглядом, задержав его на Луизе, выпрямившейся в своем кресле.

— А вы все почему ничего не делаете? Почему вы здесь, а не ищете его?

— Но кого, миленькая, кого? — озадаченно пробормотал он.

— Да его… Моего мальчика… Где мой мальчик? Приведите его ко мне, моего мальчика…

Голос ее, дойдя до высшей ноты, превратился в истеричный, а все ее тело затряслось.

Луиза была мертвенно-бледна. Ее потухшие глаза были устремлены на Элен, которая повторяла, задыхаясь: «Отдайте мне моего мальчика… Отдайте моего мальчика…»

На этот раз Марк не выдержал. Широким шагом он вышел из гостиной, оттолкнув пытавшегося его удержать ПМ. Дверь с шумом захлопнулась за ним.

А приступ Элен внезапно прекратился.

Она хлопала ресницами, будто проснувшись после глубокого сна. Полностью выбитая из колеи, она растянулась на канапе и обвела присутствующих взглядом удивленного ребенка.

— Почему он рассердился? Что вы ему сделали?

Пьеррик ей мило улыбнулся и как можно мягче попробовал объяснить, почему так огорчен Марк.

— Лукас… Вы помните Лукаса?

По его смущенному виду, по тому, как старательно разглаживал он юбочку на коленях, было ясно, что он очень стесняется своего вопроса. Она нахмурилась, напрягая мозг в поисках ответа, и медленно опустила голову. Потом, осмотревшись исподлобья и убедившись, что на нее больше не обращают внимания, мать Лукаса с заговорщическим видом подалась к Пьеррику и прошептала:

— Он не умер… Он только притворяется…

И приложила к губам указательный палец.

— Тсс…

Райан проводил Мари до