Зарубежный детектив-2. 2026. Компиляция. Книги 1-9 - Алисия Хименес Бартлетт

Более подробные исследования делаются в другом здании, на противоположной стороне улицы, где находятся рентгеновский кабинет и несколько лабораторий. В этот час они, разумеется, закрыты.

Как, а где же больничные палаты? — спросите вы. Где операционные? Где толпы врачей, медсестер и санитаров, с криками «Черт, что там еще стряслось?!» быстро провозящих по коридору каталки?

Нет, ничего этого вы здесь не найдете. «Walk-In Clinic» — скромное учреждение, которое вполне можно втиснуть между вашим видеоклубом и китайским ресторанчиком на углу. У нас вы можете получить врачебную консультацию, примерно как у вашего семейного доктора, разве что без предварительной записи, и только в том случае, если ваша проблема не слишком серьезная — во всяком случае, если речь не идет о жизни и смерти. Но это в теории.

На практике может случиться все что угодно. И я окажусь единственным врачом поблизости, который сможет оказать пациенту незамедлительную помощь.

Во всей округе никто не решился открыть такую медицинскую службу, к тому же круглосуточную.

Кроме меня.

Машина с «мигалкой» проехала мимо сквозных арок торгового центра и повернула за угол Гудлетт-Франк-роуд и бульвара Уайт-Сэнд. Я следил за ней с нарастающим нетерпением. Еще не факт, что она направляется именно сюда. Это станет ясно, когда она окажется на следующем перекрестке.

Я повернулся к стойке регистратора у меня за спиной:

— Конни?

Она кивнула, не отрываясь от своего «Космополитена». Специальный летний выпуск: расставайтесь с лишними килограммами, используя нашу новейшую методику!

Скептическая гримаса на лице Конни лучше всяких слов свидетельствовала о том, что́ она думает о новейших методиках похудения.

Конни — моя медсестра, по совместительству секретарша, экономка и утешительница страждущих. Одна-единственная помощница? — удивитесь вы. Да. Наша клиника существует всего несколько месяцев, и пока у нас нет средств, чтобы позволить себе большее количество персонала. Конни слегка грубовата, но в целом — настоящее сокровище. Она умна, у нее отличная смекалка, она понимает меня с полуслова. К тому же, что немаловажно, она умеет успокаивать клиентов — с ней они очень быстро расслабляются и даже начинают улыбаться.

Еще одна вспышка молнии. И вновь — непроглядная тьма.

«Мигалка» исчезла. Значит, ложная тревога. Должно быть, «скорая» возвращалась на базу.

Я снова прижался лбом к стеклу. Свет фонаря стал почти неразличимым. Мощные потоки дождя, струившиеся всего в нескольких сантиметрах от моего лица, не касаясь его, несли в себе что-то тревожащее и умиротворяющее одновременно.

Я по-прежнему прижимал телефон к уху. Билли, скорее всего, тоже — я слышал его дыхание. Или это был отдаленный шум телевизора?.. Можно было бы оставаться так очень долго — не разговаривая, просто ощущая обоюдную связь. Таких моментов я никогда не переживал со своим отцом и теперь хотел наверстать упущенное с сыном.

Молния… и тьма.

Я чувствовал, как эта обстановка понемногу меня гипнотизирует, но не сопротивлялся. Часы показывали половину одиннадцатого вечера, и этот вечер, несомненно, был одним из самых мрачных в году. За окном сгустилась темнота. И я никогда не смог бы даже на секунду заподозрить, что произойдет дальше.

Молния.

Полностью обнаженный человек с окровавленной головой стоял с другой стороны окна, упершись кулаками в стекло. Его выходящие из орбит глаза были устремлены прямо на меня.

Тьма.

— Черт возьми!..

Я отскочил назад, чувствуя, как резко участилось сердцебиение. И тут же град ударов обрушился на входную дверь: бум! бум! бум! — в такт бешеным ударам сердца о мою грудную клетку. Конни бросила взгляд на изображение, передающееся на монитор с камеры наружного наблюдения, и поспешила к двери.

— Папа?.. — послышался голос Билли в телефоне.

— Я тебе перезвоню, — пробормотал я и прервал соединение.

В моих жилах клокотал адреналин. Мне это и нравилось, и нет — но, возможно, это была одна из причин того, почему я выбрал именно такую работу. Стоило бы поразмышлять над этим парадоксом — но уж, во всяком случае, не сейчас. Потому что голый тип с разбитой головой уже лежал на полу в моей приемной. Его доставил сюда полицейский инспектор столь мощного телосложения, что я невольно вспомнил надувные батуты в виде старинных замков, стоящие на детских площадках.

Полицейский коротко кивнул в знак приветствия и молча показал Конни удостоверение. Потом сунул его в нагрудный карман цветастой рубашки, не очень подходящей к остальному костюму, измятому и промокшему насквозь. Конни уже стояла на коленях возле пострадавшего со стопкой сухих компрессов в руках.

— Что с ним случилось? — спросила она.

Тон ее был таким же спокойным, как у посетителя ресторана, консультирующегося с официантом по поводу меню.

— Вы не поверите… — начал инспектор.

— Не беспокойтесь, — прервала его Конни, — у меня богатое воображение.

— Этот тип занимался гимнастикой на пляже. Совершенно голый.

Конни приподняла одну бровь:

— В такую грозу?

— Он сказал, что это его бодрит. Его плащ лежал рядом, на песке.

Полицейский развернул перед нами длинный черный кожаный плащ с этикеткой дорогой марки и, чтобы расправить, слегка встряхнул его, отчего на пол полетели брызги дождя и крупинки песка.

— А… да — вот еще его документы…

Незнакомец неподвижно лежал на полу. Я воспользовался этим, чтобы лучше его рассмотреть.

У него были длинные черные волосы, перевязанные узкой шелковой лентой. Гладкая ухоженная кожа, мускулистый торс, подтянутые ягодицы, ровный бронзовый загар. Только его конечности как-то не соответствовали всему остальному: тонкие и чересчур длинные, они походили на паучьи лапы.

В целом он сильно напоминал тех андрогинных мужчин-проституток, каких полно в клубах Майами-Бич. Многие приезжали сюда издалека в поисках хорошего заработка.

На это указывало и то, что все волосы на его теле, в том числе на интимных местах, были тщательно удалены.

Конни оставалась по-прежнему невозмутимой.

— Так что с ним случилось? — снова спросила она, прикладывая компресс ко лбу пострадавшего.

— Ударился головой, когда садился в мою машину, — с улыбкой ответил коп. — Ничего страшного.

Обнаженный человек промычал что-то неразборчивое, но ясно было, что ему не нравится такая версия событий. Конни помогла ему подняться. Судя по всему, и впрямь ничего серьезного. Я принялся натягивать стерильные перчатки размера 7,5, а медсестра тем временем препроводила пострадавшего в смотровой бокс № 1.

Коп наблюдал за нами с насмешливой улыбкой. Потом прошелся по приемной, оставив на полу цепочку грязных следов. Заметив мой взгляд, в котором читалось все, что я думаю о его ботинках, а также о рассказанной им истории, на которую я, разумеется, не купился, он небрежным тоном произнес:

— Ох, какая