Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

— Через фотографии Катарины фон Тун в старом досье Европола, — ответил Снейдер. — Ты искал слабое место в ее жизни?

— Фотографии… — понял ван Нистельрой, — нет, все было с точностью до наоборот. Я давно знал про эти фотографии. Это я закрыл расследование против фон Тун в Гааге. И когда много лет спустя ее назначили послом Германии, я снова о них вспомнил.

— Почему она хранила фотографии в своем сейфе, а не уничтожила их?

— Вероятно, не успела. Всякий раз, когда она отказывалась делать то, что ей говорили, мне приходилось посылать ей новые копии в качестве напоминания.

— Гениальный план, который целый год отлично работал, — размышлял Снейдер, — но потом ее внезапно убивают.

Ван Нистельрой поморщился.

— Я два дня ломал голову, кто мог за этим стоять. Хокон и Кора тоже не знали. А в ходе расследования убийства весь наш маршрут оказался под угрозой.

— И ты отправил меня в Норвегию, а Кора подключила к расследованию БНД. В конце концов, кто-то же должен был позаботиться о том, чтобы правда не вышла наружу, верно? Ты действительно думал, что я не докопаюсь?

— Ты был очень близок к тому, чтобы разоблачить меня. — Ван Нистельрой сжал губы. — Кора должна была устранить тебя и всю твою команду.

— И, за исключением Снейдера, Марка и меня, у нее отлично получилось, — с презрением вставила Тина.

Снейдер бросил на нее быстрый взгляд:

— Мартинелли! На этом ваша миссия завершена. Покиньте квартиру.

Тина на мгновение заколебалась, затем кивнула. Когда она молча развернулась и вышла, Снейдер поднялся со своего стула.

Ван Нистельрой раздраженно посмотрел на Снейдера:

— И что теперь?

— А ты как думаешь? — Снейдер подождал, пока дверь квартиры закроется, затем направил пистолет на президента БКА. — У меня почти нет друзей, но на твоей совести смерть единственных трех людей, которые были мне по-настоящему близки… Вообще-то с тобой их было четверо, — поправил он себя.

— Все снова закончится как в тот раз, когда ты застрелил безоружного директора тюрьмы? — В голосе ван Нистельроя послышались нотки паники.

Снейдер не колебался, его палец лег на спусковой крючок, и он увидел, как дыхание ван Нистельроя на секунду остановилось, а зрачки расширились.

— На самом деле мне следовало бы убить тебя, но я не проявлю такого милосердия. Это было бы слишком просто, — сказал Снейдер. — Вместо этого я позабочусь о том, чтобы все узнали, что ты сделал. Тебя ждет судебный процесс, после которого ты будешь гнить в тюрьме.

— Однажды я выйду.

Снейдер улыбнулся:

— Прежде чем тебя выпустят условно-досрочно, я позабочусь о том, чтобы в твоей камере нашли пакетик с белым порошком, который добавит несколько лет к твоему сроку, потому что это будет точно не пищевая сода. И ты сможешь пользоваться увеличенным бюджетом Департамента исправительных учреждений до конца своей жизни. — Он опустил пистолет. — Все кончено! — громко крикнул он — Вы можете увести его.

Дверь квартиры открылась. Тина вернулась, на этот раз в сопровождении двух сотрудников службы безопасности, которые все это время ждали на лестничной площадке.

Часть одиннадцатая

МЮНХЕН 

Четыре дня спустя

Воскресенье, 3 июня

Глава 89

Снейдер надел свой лучший костюм. После пасмурных, дождливых и серых дней сегодня наступил первый по-настоящему теплый летний денек. Эта погода совсем не соответствовала холоду, который Снейдер чувствовал в своем сердце.

Он знал, что его коллеги из БКА сплетничали за его спиной. Раньше ему было наплевать, что они болтали, но сейчас это его беспокоило. «Он потерял Сабину Немез во время своей последней зарубежной миссии», — судачили они. И он действительно потерял ее, в буквальном смысле. Ее тело до сих пор не было найдено на месте кораблекрушения. Но как там говорится? То пропало, что в море упало.

Снейдер просмотрел вперед, где священник у алтаря как раз заканчивал мессу. На прощание с Сабиной в небольшую часовню пришло множество друзей, родственников и коллег. На прилегающем кладбище еще не было ни надгробия, ни гроба — тот в любом случае был бы пустым, — зато много цветов.

Кшиштофа похоронили вчера в Висбадене, а Хоровица — позавчера в Берне. Так что это были уже третьи похороны Снейдера за несколько дней. С него хватит. За последнее время он видел достаточно мертвецов и слишком часто пожимал руки скорбящим. Теперь он прекрасно понимал решение Мартинелли покинуть БКА.

Она и Марк стояли рядом с ним сзади, у самого входа. На похоронах присутствовал также Дромайер. Он и Ион Эйса временно взяли на себя обязанности Дирка ван Нистельроя. Пока все указывало на то, что Фридрих Железный Кулак Дромайер станет новым президентом БКА. Утром ван Нистельрой официально подал в отставку и полностью признал свою вину. В настоящее время он и еще трое высокопоставленных чиновников сидели в следственном изоляторе. В рамках судебного процесса прокуратура будет требовать для них максимально возможного наказания. Снейдер, Марк и Тина уже дали показания. Кроме того, Снейдер знал судью, сурового парня, у которого ни один подсудимый не мог рассчитывать на снисхождение.

— Я больше не могу стоять, — прошептала Тина, опираясь на плечо Марка, чтобы снять нагрузку с загипсованной ноги.

— Скоро все закончится, и тогда начнутся соболезнования, — пробормотал Марк.

Снейдер молчал. Он посмотрел в сторону алтаря. Отец Сабины, ее сестра и три племянницы стояли в стороне. Время от времени отец косился назад и бросал на него укоризненные взгляды. Снейдер догадывался, что происходило у него в голове. «Почему вы не сумели остановить Сабину?» Легко обвинять, когда тебя самого там не было. Тем не менее мужчина был прав. Это была его обязанность, как ее начальника. При виде Конни, по лицу которой текли слезы, у него разрывалось сердце. Она была самой младшей и из трех девочек больше всех привязана к Сабине. Кроме того, когда-то она была его большой поклонницей. Но это теперь в прошлом — как и многое другое.

Начались соболезнования, и скорбящие выстроились в очередь, чтобы пройти мимо родственников Сабины.

— Вы справитесь? — обеспокоенно прошептала Тина.

Он лишь кивнул.

— У вас остекленевший взгляд, — заметила она. — Вы снова приняли наркотики?

— Но только для того, чтобы они не попали в оборот, — попытался немного разрядить гнетущую обстановку Марк.

Снейдер никак не отреагировал.

— Вы уверены, что не хотите забрать свое заявление об увольнении? — спросил он.

Тина понизила голос:

— Посмотрите, где мы сейчас находимся. В следующую субботу Сабине исполнилось бы тридцать три года. Я не хочу закончить как она, Кшиштоф или Хоровиц… или другие из нашего потока, как