Не те руки - Марк Биллингхэм

Замок открылся, и она потянулась к дверце.

– Давай без резких движений. – Дрисколл отступил на шаг и поднял пистолет.

– Просто забери уже этот дурацкий портфель и уходи, – сказала Натали.

– Посмотрим, – ответил Дрисколл.

Она потянулась к полке, куда положила портфель, придя на работу. Она медленно вытаскивала его под таким углом, чтобы Дрисколл видел появляющийся портфель, в то время как рука, скрытая дверцей, осторожно тянулась к другому, несколько меньшему предмету, который она спрятала в шкафчике несколько часов назад.

Сю вручила это ей перед сменой.

– Не волнуйся, он тебе не понадобится, – сказала тогда Сю. – У меня просто есть запасной, вот и все, а лишняя защита никогда не помешает.

– Наконец-то, – сказал Дрисколл, когда портфель показался. – Ты не поверишь, сколько проблем мне доставила эта штука.

Натали протянула ему портфель. Она сжимала ручку одной рукой, пока внутри у нее поднимала голову ярость из-за того, что она протягивала убийце Энди то, за чем он пришел. Из-за осознания того, что проблемы, на которые он жаловался, включали избиение ее младшего брата до полусмерти. А затем его убийство.

Проблемы…

Дрисколл опустил пистолет, потянувшись за портфелем. Он улыбнулся, и в этот момент Натали с силой толкнула портфель ему в грудь и выхватила маленький баллончик с перцовым спреем, который достала из шкафчика и прятала за портфелем. Она с криком брызнула спреем ему прямо в лицо, стала пинать его, матеря и продолжая распылять спрей, пока он корчился на полу и вопил.

Затем Натали перепрыгнула через него и побежала.

Миллер оставил попытки деликатничать и спрашивать вежливо. Теперь он просто мчался через переполненный зал ожидания приемного отделения, просто крича: “Раздевалка?!” и следуя по жестовым указаниям перепуганных сотрудников. Когда они с Сю ворвались через двери в приемный покой, он услышал вдогонку ругательства людей, которые просидели тут уже не один час и подумали, что он пытается пролезть без очереди. Услышал, как кто-то позади вызывает охрану.

– Вам нельзя здесь находиться.

– Полиция!

– Да, мы уже вызвали.

– Да мы, на хрен, и есть полиция – где раздевалка?!

Они пронеслись мимо бесконечного ряда отгороженных шторами боксов, мимо нескольких пациентов на каталках и нескольких лежащих на скамейках, пока не уперлись в тупик. Слева и справа были двери, за ними виднелись коридоры. На обеих красовались надписи “Посторонним вход запрещен”.

– Выбирай, – сказал Миллер.

Сю колебалась лишь секунду, потом указала, и они ворвались в двери, которые даже не успели закрыться за ними, когда они налетели прямо на истерически вопившую Натали Бэгнолл.

– Он был там, – кричала она. – Он был там…

Миллер обхватил ее руками и сжал. Он успокаивал ее и гладил по спине, пока она рыдала у него на плече, но сам смотрел поверх нее в коридор. Выискивая Дрисколла.

Их быстро окружила группа других офицеров, решительно бубнящих что-то в рации. Даже Салливан и Клаф наконец появились. Сю шагнула вперед, чтобы взять на себя обязанности по утешению и, что важнее, убедиться, что Натали не ранена.

– Тебе нужна медицинская помощь? – спросила она.

Натали смогла подтвердить, что не пострадала.

– Ты уверена? – Сю взяла лицо молодой женщины в ладони и улыбнулась. – Потому что если да, то мы явно по адресу.

– Я в порядке. – Натали все еще тяжело дышала. – Я использовала эту штуку.

– Молодчина, – похвалила Сю.

– Какой код? – спросил Миллер. – От раздевалки.

Натали выпалила цифры, и полминуты спустя Миллер наблюдал, как офицер с оружием медленно толкнул дверь и вошел внутрь.

Миллер ждал. Крошечная злобная его часть – та, что проявлялась только когда кто-то в передаче про недвижимость говорил “вау-фактор”, да еще однажды во время серьезного танцевального поединка в Рочдейле, – наполовину надеялась услышать выстрел.

– Чисто! – крикнул офицер.

Миллер подождал, пока вооруженный офицер выйдет, затем вошел внутрь. Глаза тут же начало щипать, и он сразу понял, что именно Сю дала Натали Бэгнолл. Оглядываясь, он не мог не пожалеть, что девушке не дали что-нибудь способное нанести более серьезный ущерб или хотя бы обездвижить нападавшего на более длительное время.

Шкафчик все еще был открыт, поддельный портфель Миллера валялся пустой на полу, а Дадли Дрисколл исчез.

Глава 58

Дрисколл провел достаточно времени в больнице, чтобы изучить планировку здания, но зато теперь у него, кроме знаний о планировке, считай, ничего и не было. Он шатался, ослепший и вопящий, как резаная свинья, врезался в двери, которые, как ему казалось, могли вести к погрузочной площадке в задней части больницы, но быстро понял, что ошибся, и беспомощно побрел дальше в надежде найти другой выход.

Он тер глаза, отчего боль только усиливалась, потом почти сразу забывал об этом и делал то же самое снова.

Уткнулся в один тупик, затем в другой.

Развернулся, крича от боли и отчаяния.

Ему нужно было быстро найти выход, но с учетом того, что он едва мог разглядеть собственную руку, это становилось все менее вероятным. Направиться в более людное место и спросить дорогу он не мог. Он знал, что повсюду копы, и если не выбраться из больницы быстро, останется только затаиться. По крайней мере до тех пор, пока к нему не вернется зрение.

Господи боже – казалось, будто его глаза буквально горят.

Он завернул за угол, тяжело дыша и ощупывая стены, а затем споткнулся и скатился по, к счастью, короткому лестничному пролету. Поднялся, ругаясь, повернул, спустился по второму, гораздо более длинному пролету, затем по третьему…

Оказавшись, видимо, на самом нижнем уровне, он двигался уже осторожнее, потому что, где бы он ни очутился, место казалось странным. Температура упала, а звуки, которые он все еще издавал – вздохи и стоны, – отдавались эхом. Какой бы частью больницы это ни было, он чувствовал, что ею уже давно не пользовались.

Какая-то складская зона, предположил он, спрятанная в недрах здания, или, может быть, техническая зона с котлами, генераторами и прочим. Под таким местом наверняка полно заброшенных туннелей для отвода отходов или, может, для транспортировки тел в старые времена.

Уж здесь-то точно можно найти, где спрятаться.

Теперь Дрисколл крался вперед, и было уже неважно, что он плохо видел, – зрения хватало, чтобы понять, что тут в любом случае темно, как ночью. Похоже, окон не было, а лампы если и были, то никто явно не потрудился их включить.

Казалось, коридор внезапно расширился, и он понял, что вошел в большое помещение или какое-то хранилище, с коробками или, может быть, какими-то механизмами