Инспектор Иманиси ведёт расследование - Сэйтё Мацумото

Его жуткие глаза вызвали у Иманиси отвращение; хотя перед ним был ребёнок, жалости он сразу не почувствовал. Глядя на бледное лицо мальчика, он прежде всего ощущал что-то ненормальное.

Из тёмной глубины дома появилась женщина лет пятидесяти с небольшим. Волосы у неё были редкие, а спереди она почти облысела. Лицо — бледное и одутловатое.

— Это дом Ямаситы Сёдзи-сан? — спросил Иманиси, поклонившись женщине.

— Да. — Отаэ мрачно кивнула.

Женщина смотрела на Иманиси мутными глазами. По-видимому, она была матерью одноглазого мальчика.

— Я знаком с Мотоурой Тиёкити-сан. — Говоря это, он следил за её лицом. Сонные глаза даже не дрогнули. — Я познакомился с Тиёкити-сан в префектуре Окаяма. Слышал, что здесь живёт семья его жены. Я оказался поблизости и решил заглянуть.

— Вот как? — Отаэ слегка кивнула. — Садитесь, пожалуйста, сюда.

Это было первое проявление гостеприимства с её стороны. Мальчик по-прежнему смотрел на Иманиси своим белым глазом.

— Ступай отсюда. — Она махнула мальчику рукой. Не сказав ни слова, он ушёл в глубину дома. — Садитесь, пожалуйста, — поторопила Отаэ Иманиси, который смотрел ему вслед. Она указала на тонкую подушку.

— Спасибо. — Иманиси сел. — Не беспокойтесь, ничего не нужно, — сказал он, когда она принялась готовить чай.

Отаэ подала Иманиси чашку чая на подносе. Чашка была грязной, но он залпом выпил чай.

— Я слышал, ваш муж, Сёдзи-сан, уехал, — сказал он.

— Да, уехал в Осаку. — Отаэ села напротив Иманиси.

— По воле случая я познакомился с вашим шурином, Тиёкити-сан. Он был хорошим человеком.

— Наверное, вы были добры к нему. — Отаэ склонила голову.

По-видимому, Отаэ приняла Иманиси за служащего или врача из Дзикоэна в префектуре Окаяма. Она решила, что именно там он познакомился с Тиёкити.

— Тиёкити-сан много рассказывал мне о горячем источнике Яманака. Я давно хотел там побывать и вот смог приехать. Потому и решил заглянуть.

— Вот как?

— Я слышал, ваша младшая сестра Маса-сан умерла в 1935 году. А что стало с её сыном? Я имею в виду мальчика, которого родила ваша сестра от Тиёкити-сан.

— Вы о Хидэо? — спросила Отаэ.

— Да, его звали Хидэо. Тиёкити-сан часто рассказывал мне о нём. Помнится, я слышал, что Хидэо и его отец расстались ещё до того, как Тиёкити-сан попал в Дзикоэн.

— Да. Тиёкити говорил вам что-нибудь об этом?

— Нет, ничего определённого. Он лишь всё время гадал, что стало с Хидэо.

— Вероятно. Моя сестра умерла через четыре года после рождения Хидэо. Наверное, до смерти она так больше и не увидела его.

— Как это? Разве после того, как она рассталась с Тиёкити-сан , ваша сестра не вернулась домой?

— Вы, видно, всё о них знаете, так что я ничего скрывать не стану. Сестра ушла от Тиёкити, как только он заболел этой болезнью. Может, она и поступила жестоко, но при такой болезни ничего другого не оставалось. А Тиёкити так любил Хидэо, что взял его с собой в странствия.

— В каком это было году?

— Должно быть, около 1934 года.

— У Тиёкити-сан было куда идти?

— Он ходил по храмам, надеясь исцелиться от своей болезни.

— Значит, он странствовал по всей стране? Как паломник?

— Да, наверное. — Отаэ, опустив глаза, ответила: — Матери мальчика, моей сестре, он ничего о себе не сообщал. После разрыва с Тиёкити сестра поступила служанкой в ресторан в Осаке. Но проработала там всего около года. Она заболела и там умерла.

Сначала Иманиси подумал, что Отаэ — женщина бесчувственная, но в разговоре понял, что она вполне способна выражать свои чувства.

— Значит, ваша сестра умерла, так и не узнав, что стало с Тиёкити-сан и Хидэо?

— Да. Она писала мне, что не имеет ни малейшего понятия, куда они делись.

— А теперь? Я имею в виду Хидэо. Он ведь ваш племянник? В этом году ему должно исполниться тридцать лет.

— Вот как? — Услышав это, Отаэ словно принялась считать годы. — Неужели столько времени прошло?

— Вы ничего о нём не слышали?

— Нет, ничего. Я даже не знаю, жив он или умер.

— Тиёкити-сан сказал мне, что в 1938 году поступил в Дзикоэн в префектуре Окаяма, а с сыном расстался где-то в сельской местности префектуры Симанэ.

— Вот как? Я ничего об этом не знала.

— Что стало с Хидэо потом, он не знал. Это и тревожило Тиёкити-сан . Вы ничего не слышали о местонахождении Хидэо?

— Нет, не слышали.

— А местные учреждения не запрашивали сведения о месте семейной регистрации Хидэо или копии его семейного реестра?

— Нет. Я знаю сельского старосту. Он говорит: если бы Хидэо где-нибудь умер, в сельскую управу пришло бы извещение.

— Понятно.

Отаэ вздохнула. — Моей сестре не повезло. Она вышла за Тиёкити, не зная, что у него такая страшная болезнь. Когда он заболел, она была потрясена. Она боялась, что Хидэо тоже заразится, ведь Тиёкити таскал его за собой в своих странствиях. Сестра много страдала и умерла.

— Я хотел бы задать ещё один вопрос, — сказал Иманиси. — Не видели ли вы здесь иногда какого-нибудь незнакомого молодого человека, который бродил бы поблизости? — Он задал этот вопрос, подумав, что Хидэо мог вернуться на родину матери.

— Нет, никого такого я не видела.

Под конец Иманиси показал Отаэ фотографию, вырезанную им из газеты.

— Не знаю. — Отаэ некоторое время всматривалась в снимок, недоумённо склонив голову. — Когда я в последний раз видела мальчика, ему было всего четыре года, так что не могу сказать, похож ли он на этого человека.

— А он хоть немного похож на вашу сестру или на Тиёкити-сан?

— На отца он не похож. Раз вы спрашиваете, может быть, вокруг глаз он немного похож на мою сестру, но наверняка сказать не могу.

Иманиси вышел из дома Ямаситы. Отаэ проводила его до двери. Стоя спиной к тёмному проёму, она смотрела, как Иманиси уезжает в такси.

Иманиси дважды обернулся и махнул ей рукой. Дом и вся деревня были унылы. Когда такси тронулось, он увидел у дороги одноглазого мальчика, который смотрел на него снизу вверх. Иманиси стало тоскливо. Мальчик был примерно того же возраста, что и его сын Таро.

В Яманаке Иманиси отпустил такси и зашёл в