Соучастница - Стив Кавана

стрельбе по мишеням, а после обеда – в тренажерном зале. Отдача была такой, что ей словно били кулаком в ладонь со всей дури. Но она терпела. Становилась сильнее. Молча переносила эти удары, пока на ладони у нее не образовалась толстая мозоль, и больше уже не было больно. Тяжелый револьвер ощущался у нее в руке столь же естественно, как нож с вилкой за столом или авторучка.

Но сейчас, когда тяжело вздымающаяся грудь накачивала организм кислородом, а в крови бушевал адреналин, ей казалось, словно все ее чувства притупились и запутались под обилием внешних раздражителей.

Низко наклонившись, Блок подобралась к самой двери кабинета. Не было смысла заглядывать в окно. Она могла лишь предупредить того, кто находился внутри, а при этом и временно ослепнуть от его фонарика.

Оставался только один способ.

Войти внутрь быстро и без промедления.

Блок поудобней перехватила фонарик, держа его теперь в левой руке, как кинжал. Выключатель располагался на корпусе, так что можно было сдвинуть его одним движением большого пальца. Оперла правую руку на левую, сомкнув запястья и нацелив фонарик туда же, куда и ствол. Встала перед дверью. Перевела дыхание. Расправила плечи. Хрустнула шеей. Толкнула ногой дверь.

Та легко поддалась. Шагнув за порог, она вслед за лучом фонарика обвела взглядом темную комнату.

В углах пусто.

Прямо впереди ничего подозрительного.

В комнате вообще никого не было.

Теперь Блок увидела, что свет был бледно-зеленым и исходил откуда-то возле самого пола. Фонарик осветил что-то похожее на большой белый сундук в дальнем конце комнаты. Присмотревшись к источнику свечения, она увидела, что это лампочка индикатора питания. От сундука к стенной розетке тянулся белый электропровод.

Это был не сундук.

А большая морозильная камера.

Убедившись, что в здании никого нет, Блок убрала оружие и подошла к белому сундуку. Зачем кому-то понадобилось держать домашнюю морозилку в заброшенном здании? Вид у нее был не новый, но и не такой уж и старый. На крышке лежал слой пыли, но, подойдя ближе, она услышала негромкое жужжание моторов и вентиляторов.

Рука почти что сама собой потянулась к длинной ручке, расположенной посередине крышки. Блок не хотелось заглядывать внутрь. Но она знала, что должна это сделать.

Она представила себе Кейт в морозильной камере. Все еще в ночной рубашке, мертвую в этой ледяной могиле. Глаза, затуманенные инеем… Потрескавшиеся и почерневшие губы… Лед способен запечатлеть мертвых в последний момент их жизни. Ей и раньше приходилось видеть трупы, в самых разных местах.

Блок не была верующей, но, когда ручка приподнялась над крышкой, она поймала себя на том, что беззвучно молится. Потянув посильнее, она услышала тот характерный чмокающий звук, который издает резиновое уплотнение холодильника.

Подсветки в морозильной камере не имелось. Но внутри что-то было. И это была цельная глыба льда. Причем не обычная в таких случаях снежная шуба – похоже, что туда вылили галлонов тридцать воды, чтобы с гарантией сохранить то, что находилось внутри. Луч фонарика ощутимо дрожал, когда Блок посветила внутрь.

И резко выдохнула. Она узнала это мгновенно, даже сквозь толщу льда.

На секунду ей показалось, что сейчас она не выдержит и сорвется. С трудом подавив нахлынувшие эмоции, Блок повернулась и бросилась к двери с одноразовым мобильником в руке, на бегу вызывая Лейка.

– У тебя там всё в порядке? – едва не выкрикнул он после первого же гудка. – Я тут чуть с ума не сошел!

– Укройся, отойди от двери! Как можно дальше! Я собираюсь открыть ее.

– Понял, – отозвался Лейк.

Блок уверенно подошла к крашеной стальной двери, достала свой «Магнум» и, стоя в шести футах от нее, прицелилась – расслабила руки, стряхнула напряжение, – затем еще раз прицелилась и нажала на спусковой крючок. Грохот выстрела, разнесшийся по старому складу, едва не оглушил ее; волной накатила пыль, поднятая выстрелом. Там, где только что был гладкий металл, на месте замка зияла здоровенная дыра. Блок пнула дверь, и та распахнулась, остатки механизма замка посыпались на пол.

– Что бы ты там ни вышибла из двери, оно улетело сквозь ограду вон туда, – показал Лейк. – Может, тебе еще побольше где-нибудь ствол надыбать?

– Тащи монтировку, – только и сказала Блок.

– Что вообще происходит?

– Нам нужно выдолбить кое-что из морозилки.

– И что же?

– Мешок для трупов. Похоже, что с трупом внутри.

Глава 39

Эдди

Всю обратную дорогу в суд Пельтье не закрывал рта. Он подвозил нас с Гарри на своем «Мерседесе», так что, как я предположил, считал себя вправе высказать все, что хотел.

– Все это было очень ловко проделано, но как, черт возьми, вы собираетесь добиться оправдания без Кэрри? Она должна лично дать показания, если хочет, чтобы у нее был хоть какой-то шанс. Я хочу сказать, разве вы не обязаны помогать мне в ее поисках? И где Кейт? Может, хотя бы она сможет помочь? – спрашивал он.

Я не мог рассказать ему про Кейт. Я просто не имел права рисковать. В юридических вопросах Пельтье явно отличался пуританской добропорядочностью. Разумеется, он вполне мог по возможности отступить от кое-каких правил по части налогообложения и наследственного права, но в криминальной сфере был полнейшим младенцем, а младенцам свойственно пугаться всего на свете. Если б я рассказал ему про Кейт, то он наверняка сразу позвонил бы в полицию, пусть даже и просто для того, чтобы успокоить свою совесть.

– Кейт сейчас занята поиском кое-каких зацепок… Послушайте, я бы и сам хотел, чтобы Кэрри сейчас была с нами. Я с самого начала говорил, что ей нужно посмотреть присяжным в глаза и прямо заявить о своей невиновности. Если она будет столь же убедительна, как и со мной, я уверен, что присяжные поверят ей на слово. Но если Кэрри так и не появится, это будет выглядеть так, как будто она виновна и как раз по этой причине и ударилась в бега. Без нее у нас есть шанс, но он тоньше бумаги. Вы знаете ее лучше, чем мы, – куда она могла податься?

– Ни с кем из своих старых друзей и знакомых она не связывалась, а если воспользуется кредитной картой, полиция моментально ее вычислит. Кэрри где-то залегла на дно и пользуется наличными или же нашла способ покинуть страну. Вот и все возможные варианты, – сказал Пельтье.

– А есть у нее какие-нибудь совсем уж дальние родственники, которым она могла бы довериться, или знакомые в каких-нибудь забытых богом местах? Ну давайте же, Отто, – нам нужно хоть что-нибудь!

Он на секунду примолк,