Смерть на церковном дворе - Колин Кэмбридж

– Что же произошло, когда вы вломились в дом?

– Что вы такое говорите? Не вламывался я – что я, громила какой-то? Мы с Верой давно дружим… дружили с отцом Тули – я знал, что могу зайти к нему в любое время. Я ведь немало средств пожертвовал для церкви и все такое, мы были почти как родственники… – Мясистое лицо сэра Ролли еще хранило следы румянца, но щеки постепенно бледнели. – Ведь, в конце концов, дом священника принадлежит не ему лично, а всему приходу! Но это неважно, я все равно не нашел никаких бумаг… никаких следов голосования, ничего… – Он бросил на Филлиду воинственный взгляд. – Значит, я не совершил ничего дурного.

Поднятая бровь Филлиды без слов дала ему понять, что она совершенно не согласна с этим утверждением, но Филлида не стала спорить, поскольку рассказ предстоял длинный.

– Сэр Ролли не нашел бумаг, да и когда мы с Ритой обшарили весь дом, то тоже их не нашли. Загадочное исчезновение, не правда ли? Я стала размышлять: кому же была на руку пропажа? В чьих интересах было уничтожить информацию о победителе конкурса? Устранив отца Тули, преступник мог подделать результаты голосования и сделать победителем любого из участников, и никто бы ни о чем не догадался.

– Неужели вы предполагаете, что отца Тули убили лишь затем, чтобы подделать результаты голосования? – недоверчиво спросил мистер Честертон, сдергивая пенсне.

– Именно это я и предположила вначале, – сказала Филлида, – особенно когда в субботу утром мы обнаружили, что кот отца Тули Святой Элоизий тоже умер, наевшись торта, оставленного в кабинете священника. Торта, изрядный кусок которого отец Тули съел сам тем утром.

Зрители покивали – по-видимому, этот факт ни для кого не оставался тайной, однако Филлида все же решила прояснить ход своих мыслей:

– Таким образом, получалось, что некто хотел убрать не только отца Тули, но и Аластера Уитлсби! И этот некто также похитил результаты конкурса детективного рассказа. Ситуация все больше склоняла меня к очевидному выводу: кто-то явно старается убрать возможных кандидатов на победу в конкурсе, чтобы протащить свою кандидатуру.

Филлида сделала паузу, отхлебнула чая и собралась с мыслями, потому что дальше ее рассказ становился более запутанным.

– Мы все знаем, что Аластер Уитлсби считал себя победителем конкурса. Он не только сам так думал, но и не преминул публично объявить об этом на собрании Клуба убийств в среду. Но поняв, что на самом деле не является победителем, он решил взять дело в свои руки и отравить несчастного священника, единственного человека, который знал правду. Вероятнее всего, мистер Уитлсби каким-то образом выведал у отца Тули имя победителя – или же священник просто упомянул, что сам Аластер Уитлсби не выиграл этот конкурс, – поэтому действовать ему следовало без промедления. Если отец Тули умрет до того, как результаты конкурса огласят, мистер Уитлсби сможет подделать их и таким образом спасет свою репутацию перед лицом членов Клуба убийств.

– Но это же просто нелепо! – закричал мистер Уитлсби. – Я все время был предполагаемой жертвой – как вы смеете обвинять меня!

– Не слушай ее, Алли, не слушай! – плачущим голосом запричитала миссис Уитлсби, подтверждая свое привычное реноме «банного листа».

– Верно, мистер Уитлсби. Вспомним бутылку с отравленной горькой настойкой, которая, без сомнения, предназначалась вам. И испорченные тормоза на машине, которой вы пользовались каждый день. Очевидно, кто-то охотился за вами. – Филлида видела, как гости перестали перешептываться и уставились на нее в недоуменном молчании, и спросила уже другим тоном: – Или это не так?

– Да что вы имеете в виду…

Но Филлида не дала мистеру Уитлсби снова выпустить пар.

– Кто-то отравил торт, преподнесенный в подарок отцу Тули, – мышьяк в большом количестве содержался в клубничном джеме, которым смазали его верх и края. Мы к этому вернемся через минуту. Но сначала давайте обсудим, что произошло во время коктейльного приема, не возражаете?

Задав этот чисто риторический вопрос, Филлида без промедления продолжала:

– На вечеринке, если я правильно помню, смешали два коктейля с вашей любимой горькой настойкой, один для вас, другой – для отца Тули. Он выпил коктейль и умер, но мы не знаем – от действия никотина или мышьяка? В любом случае один из ядов убил его. И все же невольно возникает вопрос: кого же хотели прикончить отравленным коктейлем? Ведь отец Тули не злоупотребляет спиртным и по чистой случайности решил попробовать специальный коктейль мистера Уитлсби. Как это можно было предусмотреть? Значит, отравленный коктейль «Вьё карре» изначально предназначался другой жертве.

– Так я и говорю – мне! – мистер Уитлсби с силой стукнул кулаком по столу, стоявшему рядом с ним. – Никто и не пьет этот коктейль, кроме меня, это мой фирменный напиток!

Его глаза налились яростью, и, казалось, только рука жены, лежавшая на его рукаве, удерживала этого джентльмена от того, чтобы вскочить с кресла.

– Кто-то хотел убить меня! Но сначала они убрали отца Тули, чтоб подтасовать результаты!

– М-м-м… минуточку, – звучным голосом прервала его Филлида. – А разве ваша жена не держала коктейль в своей руке в тот вечер? Она бы точно попробовала его, если бы смерть отца Тули не отвлекла всех нас. Ведь мы все знаем, насколько миссис Уитлсби любит… свои напитки. Она могла бы выпить коктейль по ошибке, не так ли?

– Какой ужас! – истерично взвизгнула миссис Роллингброк. – Представь себе, Ролли, я тоже могла выпить тот коктейль!

– Да, но если в том не было ошибки? – продолжала Филлида, не делая паузы. – Когда вы велели камердинеру больше не наливать вашей жене, какие цели вы преследовали? Одна цель очевидна: вы не хотели, чтобы она вконец опьянела и опозорила вас в глазах коллег, но вторая… возможно, вы хотели, чтобы, не видя других напитков, она попробовала ваш коктейль? Коктейль, который вы сами отравили?

По комнате прокатился ропот, а миссис Уитлсби невольно отдернула руку от мужниного рукава и в ужасе уставилась на него.

– Алли, неужели это правда?

– Да нет же, нет, конечно нет! – Голос мистера Уитлсби сорвался на визг, лоб покрылся испариной. – То есть это правда, я велел ей больше не наливать, но, как вы сказали, она и так выпила достаточно… ей уже хватило… но уж, понятное дело, не для того, чтобы она попробовала мой коктейль! Глупость какая! Это меня пытались убить, а вышло так, что чуть не прикончили жену! Да как вы смеете оборачивать все против меня! Вы что, обвиняете меня в попытке убийства собственной жены? –