Секреты Примроуз-сквер 2 - Татьяна Лаас

Что уж можно было купить на десять репс, кроме этой девушки, с яркой помадой на губах и чахоточным румянцем, Вэл затруднялся сказать.

Йен лишь показал свои документы, и девка, которая должна была сидеть где-нибудь и читать возвышенные книги о любви и долге, а не познавать это все на практике, грязно выругавшись, порхнула прочь. Правда, перед этим Йен поймал её за руку и вернул Вэлу бумажник:

— Ты обронил.

Вэл скрипнул зубами и все же кинул вдогонку девушке репс. Та благодарно поймала и фривольно вильнула бедрами:

— Зря! Ты не знаешь, от чего отказался!

— От чахотки, ларисийки и обобранных карманов. — буркнул Йен, заходя в закоулок.

Где-то близко раздался звон колоколов. Было странно представить, что где-то совсем рядом есть храм, который никого не способен спасти.

— А в темноте выглядело иначе, более прилично, что ли, — пробормотал Вэл, вспоминая ночь похищения Аликс и зажигая синие огоньки на ладони. Они тут же полетели прочь в сумрачный, сырой закоулок.

— Спасибо! — отозвался Йен, откуда-то добывший палку и ковырявший ею в горах мусора.

— На зимней сессии… — тихо сказал Вэл себе под нос. — На зимней сессии Парламента я все же внесу законопроект о детском и женском благополучии. И заставлю его принять…

Он пошел следом за Йеном, уже присевшем у стены метро на корточки — он что-то увлечённо рассматривал при свете замершего над его плечом синего фонарика.

Девка с чахоткой и ларисийкой замерла в проеме не зная, куда лучше смотреть — на горящий и несгорающий магомобиль или на синие огоньки, висевшие в воздухе.

Йен выпрямился и сказал недовольно:

— Если тут и были какие-то улики, то местные и крысы все растащили или уничтожили. — Он обвел взглядом старые выщербленные кирпичные стены, кусок неба, торчащий в проеме между домами, и признался: — не понимаю, почему тут. Как воздушник оказался тут. Что ему нужно было. Тут нет ничейных крыш, тут все чердаки поделены между людьми, тут нет скупщиков краденного, способных дать хорошую цену за серебряные ложки или украшения — то, что обычно воруют воздушники, чтобы выжить. Ему тут нечего было делать… Если его убили местные — мы никогда этого не узнаем. Безнадежно. Если только всплывут его доспехи где-нибудь.

Вэл достал из кармана часы:

— Тогда… В Университет? Уже почти одиннадцать. Маккей обещал, что нас будут ждать в артефакторной в полдень.

— Сперва на Форрест-стрит, в ломбард Тотти.

— Покажешь? — снова признался в незнании родного города Вэл.

— Покажу. — Йен вытер левую руку о пальто, вытереть прилично платком одной рукой он бы не смог. Правая рука так и висела плетью на удерживающей повязке, изредка отдавая болью и напоминая, что она все-таки еще живая. Он пошел прочь к магомобилю, хоть сердце привычно трепыхнулось от страха — он до сих пор с трудом переносил огонь.

Вэл подумал и направил пламя в закоулок, выжигая мусор и клубки голодных пищащих крыс. Эта мерзость — грязь, нищета, вонь, этот район не должны были существовать. Люди так жить не должны.

Глава 23 Скряга Тотти

Магомобиль крайне лихо несся в сторону Форрест-стрит.

Йен внимательно рассматривал Вэла — тот был сам не свой. Такой-то рассеянный, виноватый и несчастный. И дело отнюдь не в возможном сливе, и не в визите в покойницкую, и не в девке, умирающей от ларисийки, хоть там еще вопрос, что убьет её быстрее — она или чахотка. Вэл был взъерошенный с самого утра…

Йен тихо поинтересовался:

— С Алиш поссорился?

Вэл бросил на него косой взгляд, чуть не врезаясь в повозку, замершую на перекрестке, — он вывернул руль почти в последний момент:

— Нет.

— Тогда… Я рад, что ты последовал моему совету и наладил отношения с Аликс.

И этот вариант имени было так непривычно слышать из уст Йена, что Вэл даже скорость сбросил:

— Нельзя быть таким догадливым, Йен. И я виноват перед тобой.

Йен заставил себя смотреть вперед, а не Вэла:

— Прекрати. Это я влез, куда не просили. И динею ей верну.

Вэл неожиданно пробормотал:

— Йе-е-ен, я избалованный идиот, привыкший брать не свое, а ты-то куда? Ты же гораздо умнее меня.

— Я еще раз напоминаю — я не тот, кого следует выбирать в мужья.

— Ты эль…

— Я не эль фаоль. — наконец-то смог признаться Йен. — Отец перед битвой отрекся от меня, забирая титул. Я в Блекберри вспомнил. Извини, что не сразу сказал.

Вэл резко затормозил, магомобиль вылетел на тротуар.

— Фей, не дури… — Его глаза, полыхая огнем близкого слива, в упор уставились на Йена.

Тот криво улыбнулся:

— Я не принц, хвала небесам, и, дохлые феи, я не идиот, я понимаю, что мне, простому ниру не стоит замахиваться на лэсу или, тем более, лару. Рано или поздно, все узнают, что я самозванец. Аирн и Даринель в курсе, но пока не знают, что делать. Когда это узнает Маккей — все внеочередные повышения и глупые назначения заберут. Я не эль фаоль. Понимаешь? И меня не надо караулить. Меня не надо запирать в твоем доме. Я не нуждаюсь в присмотре и твоей защите.

Валентайн поджал губы, что-то решая для себя, потому он крепко выругался и вновь завел магомобиль, выезжая на дорогу.

— Аликс выберет сама, — дипломатично предложил он. — Сама. Мы лишь можем ждать её выбора. И я тебя не брошу — я помню, что должен тебе жизни. Все. Разговор закрыт.

Йен усмехнулся:

— На очереди огненный слив в качестве решающего аргумента?

Вэл сильнее сжал пальцы на руле — сам виноват, что его этим тыкают. Должен был следить за собой и не допускать сливов.

— Давай придем к выводу, что оба идиоты. И закроем тему.

— Хорошо. И на следующем повороте сверни направо — там как раз начинается Форрест-стрит. Нужный дом в самом конце улицы.

***

Вэл, направляясь за Йеном в ломбард, напомнил:

— Я буду молчать — я помню твои правила, Йен.

Тот обернулся и улыбнулся. Огонь, расползающийся по стойке в трактире, у него до сих пор иногда вспыхивал перед глазами.

— Но будешь вмешиваться — я помню.

Вэл все же выдавил из себя:

— Извини…

— Тебе не за что извиняться — ты