Искатель, 2011 № 08 - Журнал «Искатель»

друга. Неисповедимы пути Твои ресторанные, Господи! Но спасибо, что так все получилось. Хорошо, да, правда, страшновато, ибо если сегодня все так удачно получается — жди проблем завтра.

Но вот о них думать не хотелось. Коль скоро Настя велела пригнать свою машину к дому, возвращались мы на моей «Ауди» и — ко мне домой. Специально об этом не говорили, но и без слов все было понятно. Если трезво рассудить — так что ж тут удивительного? Настя понимала, что нравится мне вовсе не потому, что богатая дама, а я понимал, что нравлюсь ей как мужик, на которого можно опереться в деле улучшения жестокого и несправедливого мира. Это всех устраивало, хотя я надеялся, что нравлюсь ей и просто как мужчина. Но кто же может сказать об этом наверняка, тем более общаясь с дамой, которая пьет текилу с грейпфрутовым соком? Это уж потом, когда проживешь бок о бок лет двадцать, можно понять... Да и то ошибешься.

— Мне нравится у тебя, очень уютно, — сказала Настя, осмотрев мою однокомнатную квартиру.

Понятно, ей хотелось как можно больше узнать обо мне, и по моему жилищу — тоже.

— Да брось ты, — сказал я. — Жилище вполне скромное, с некоторых пор — пустынное.

— Женщина ушла?

— Нет. Мой друг Борька погиб, его ранили во время бандитского налета, а потом он умер...

— Ты жил с другом? — удивилась Настя.

— Да, — сказал я. — Он был самым преданным моим другом, очень любил меня. Мы похоронили его тут неподалеку, в березовой рощице, я часто навещаю его могилу.

Она уставилась на меня с настороженностью, не понимая, это шутка или нечто другое.

— И что ж это за друг?

— Он был обычным серым крысом. Но умницей и красавцем. Я тоже его очень любил, только теперь понимаю — как.

— Крыса... — с облегчением вздохнула Настя. — Ты уже четвертый человек, который говорит мне что-то похожее. Я не верила, но тебе верю. Да и в журнале видела фотографию известного артиста с крысой на плече... Что, правда они такие умные и преданные хозяевам?

— Правда, — сказал я. — Проблема в том, кто должен спрашивать об этом, мы или они?

На кухне я включил чайник, чтобы приготовить даме кофе, ну и, конечно, достал бутылки, разлил по бокалам напитки (пакет грейпфрутового сока я купил по дороге, графин с этим напитком нам не упаковали). В свертках оказалось мясо, жаренное на углях, оно даже не успело остыть, и хоть были мы не голодны, отказаться от такого деликатеса не смогли. Это мясо с хрустящей корочкой, сочное и мягкое, было даже вкуснее шашлыков. Под него Настя пила текилу сперва с грейпфрутовым соком, а потом только запивала им.

— Так, значит, ты живешь один? — спросила Настя после очередного поцелуя. — А женщины?

— Бывают, им, как и тебе, нравится моя квартира.

— А потом что с ними случается?

— Ничего плохого, я не Синяя Борода. А что с твоими мужчинами случается? Только не говори, что их нет.

— Я была замужем за Сережей Волчковым. Может, слышал, банкир, которого убили в две тысячи седьмом? У меня сын, девять лет. Кстати, тоже Андрей, учится в школе... в пансионе. Все остальное несерьезно. То есть хочется, чтобы было серьезно, а не получается. Уж не знаю, почему...

— Пансион — это вроде интерната?

— К сожалению, совсем нет времени заниматься ребенком. Мой салон, бандиты, проблемы с ментами, налоговиками, а еще у меня большой пакет акций Сережиного банка... — со вздохом сказала Настя.

У меня ничего такого не было, в смысле акций и салона, потому и вздыхать я не стал..

— Понятно, — сказал я. И, чтобы оставаться в теме, признался: — У меня тоже все как-то не очень серьезно в плане личной жизни. Любил одну девушку по имени Наташа, а она взяла и убежала к богатому папику. Я женился на другой, но ненадолго. Потом Наташа овдовела, стала крутой бизнес-леди, вспомнила обо мне, должность предлагала... в фирме и в спальне, но я отказался.

Мгновением позже я понял, что Настя такая же вдова и бизнес-леди, как и Наташа, и не следовало ей рассказывать эту историю. Но что поделаешь... глупею стремительно, и не от выпивки.

— То есть крутые бабы, как ты выражаешься, бизнес-леди, тебе не подходят? — с усмешкой поинтересовалась Настя.

— Себя имеешь в виду?

— Отчасти.

— Тут дело вот как обстоит... Если они меня находят и предлагают свои условия, которые мне не очень нравятся, — это одно, а если я их сам нахожу — совсем другое. Чувствуешь разницу?

— Ну еще бы! Знаешь, Андрей, мы чем-то похожи с тобой... В смысле этих поисков. Я это просто почувствовала...

Может, и так, но я уже неспособен был делать глубокие обобщения, все-таки женщина рядом была красивая, не отводила губы и крепко обнимала меня при поцелуе. Какие уж тут обобщения? Впрочем, одно я все-таки успел сделать — засиделись мы на кухне, пора в комнату перебираться, постель застилать. Но именно в это мгновение раздался звонок в дверь. Ну как тут не чертыхнуться! Только собрался делом заняться — кто-то приперся! И прямо-таки требует, чтобы его впустили! Кто бы это мог быть, интересно?

— Ты кого-то ждешь? — настороженно спросила Настя, отстраняясь.

— Нет, — сказал я.

Не очень уверенно. Да, не ждал, но и без приглашения могла явиться одна из бывших подруг, таких можно было насчитать пять-шесть, и тогда... Сложение в этой ситуации вряд ли возможно, а вычитание — запросто. Одна дама минус одна получится ни одной. Уж лучше бы следователь Митрофанов приперся с какими-то проблемами! Мы сотрудничали с ним в деле Дамкина-Кривова и все проблемы давно решили, но, может, другие появились?

Оставив Настю на кухне, я решительно двинулся в прихожую с твердым намерением никого не впускать в квартиру. Посмотрел в дверной «глазок», увидел на лестничной площадке высокую пожилую женщину в белом брючном костюме. Вряд ли это была соседка, пришедшая за солью; во-первых, за солью давно уже не ходят к соседям, по крайней мере, в нашем доме, а во-вторых, я никогда не видел ее прежде — значит, не соседка. А тогда кто и зачем? Узнать это можно было только одним способом — открыть дверь и спросить, что я и сделал.

— Андрей Корнилов? — спросила женщина, внимательно разглядывая меня. И довольно-таки бесцеремонно заявила: — Таким я тебя и представляла.

В другое время я, может, и порадовался бы, что меня представляет себе такая солидная дама, но в этот вечер что-то не хотелось. У раскрытой двери женщина показалась еще старше