Перевернутый Бог - Алексей Турбин

В квартире никого нет, подумал сыщик. Но случилась весьма неприятная оплошность: Демидов забыл у себя дома набор отмычек (одевая более легкое пальто, он оставил инструменты в кармане другого пальто). Разочарованный своей оплошностью – Демидов вышел на улицу и еще раз посмотрел на окна квартиры Элизы. Одна из штор была отодвинута к краю окна больше, чем тогда, когда Демидов только приехал. Означало это только одно, что в квартире кто-то есть…и это явно не родственник мадам Доллан. Сыщик снова поднялся на второй этаж, внимательно прислушался, приставив ухо к двери. К удивлению сыщика – в квартире было мертвецки тихо. Затем он поднялся на 3 этаж, сел на подоконник и закурил папиросу, чтобы выждать кое-какое время. Примерно через минут 30-40 сыщик, осторожными беззвучными шагами подкрался к двери, но опять-таки – было абсолютно тихо. Собравшись уходить – кто-то вышел из соседней квартиры и обратился к Демидову:

– Добрый день, вы к кому?

– Здравствуйте, я хотел навестить свою старую знакомую, Элизабет Доллан, но никого, по всей видимости, нет дома.

– Так она тут уже давно не появлялась, так что, скорее всего, она переехала жить в другое место.

– А вы не знаете, после ее отъезда, сюда кто-нибудь приходил?

– Видела месье Доллана, который наведывался сюда несколько раз…а больше, вроде, никого не видела.

– Весьма вам благодарен, – вежливо ответил сыщик и распрощался с соседкой Долланов.

В городе моросил холодный дождь, дул неприятный ветер, сумерки постепенно окутывали дома, церкви, улицы… Стемнело. Александр Дмитриевич, взяв свои инструменты, вернулся к дому мадам Доллан, еще раз посмотрел на окна. Шторы никак не изменили своего прежнего положения. Поднялся на второй этаж, еще раз внимательно прислушался к двери, но опять-таки – в квартире было абсолютно тихо. Демидов быстро справился с замком двери. Зашел в темный коридор, присветил фонарем и осторожно закрыл за собой дверь. Осматривая комнаты, он обнаружил, что в одной из них, по всей видимости в спальне Элизабет, были разбросаны вещи и скинуты с книжной полки книги. Кто и что искал в ее спальне? Задавался вопросом сыщик: это было точно не ограбление, так как рядом на тумбочке лежала шкатулка с украшениями, да и другие комнаты не обыскивали. Александр Дмитриевич внимательно осматривал полку, на которой лежали книги. Он обнаружил, что возле нее отходили обои, как будто их кто-то пытался оторвать. Сняв полку со стены, сыщик увидел, что под ней было отверстие в стене… Оторвав кусок обоев, Демидов увидел небольшую нишу в стене: размером, примерно, в два небольших кирпича. Она была пустой. Что же так тщательно прятала мадам Доллан?.. Вряд-ли это были деньги и драгоценности, ну что же тогда? Размышлял про себя сыщик внимательно исследовав тайную нишу в стене ̶ он пальцами рук обнаружил небольшую щель в левой стороне нише: она была такого размера, что в нее можно было просунуть лишь пальцы рук. Сыщик использовал для этого маленькую ложку, которая валялась около комода. Засунув ложку в эту щель, он нащупал, что-то наподобие свертка или пачки с деньгами. Вдохновленный находкой ̶ Демидов вытащил оттуда блокнот: больше там ничего не было. В блокноте были записи, по всей видимости – это был личный дневник Элизабет. Положив себе его в пальто, сыщик аккуратно прикрепил на место книжную полку. Он собирался осмотреть еще и другие комнаты квартиры, но, вдруг услышал, как кто-то ковыряется в замке входной двери. Демидов решил спрятаться в дальней комнате, чтобы выяснить, кто и для чего пришел в квартиру пропавшей девушки. На всякий случай он приготовил свой «браунинг».

Дверь открылась. Послышались быстрые шаги в коридоре. Человек поспешил в спальню мадам Доллан – по всей видимости, подумал Демидов, это тот же человек, который прежде обыскивал спальню. Было слышно, как он бросил что-то на пол. Видимо – это была полка. Он ковырялся в нише и говорил различные гадости. Через минут 5, также, быстрыми шагами, он вышел из квартиры и закрыл за собой дверь. Сыщик быстро подошел к окну и увидел, как из крыльца вышел мужчина в шляпе и сером пальто. Быстро окинув взглядом стену спальни Доллан, сыщик сразу понял, что нужно было этому человеку. Закрыв дверь, Александр Дмитриевич быстро выбежал из дома. Вдали мелькала фигура человека – Демидов последовал за ним. Пройдя пару кварталов, человек в сером пальто остановился и закурил папиросу, подошел к дремавшему извозчику, разбудил его и сел в пролетку.

Пролетка тронулась с места и огибая угловой дом скрылась в мраке ночного города. Как назло, для Демидова, рядом не было ни одной пролетки – повернув за угол дома, восстанавливая дыхание от бега, холода и пристрастия к табаку, уже не было видно пролетки, на которую сел человек в пальто. Зайдя во двор, через арку дома, – там также никого не было. Выбежав обратно на улицу, ̶ Демидов завернул за угол и вышел на другую улицу, но и там он никого не увидел: лишь проходящего вдали человека. Зайдя в другой двор, проверить на всякий случай… там никого не оказалось. Демидов закурил папиросу. Вдыхая табачный дым и сырой мокрый воздух, разочарованный сыщик отправился домой.

Дома он разогрел уху, оставленную кухаркой, отрезал кусок черного хлеба и налил стопку анисовой. Уха была наваристая: из ершей, окуньков и судака. Демидов принялся за поздний ужин. Вкусно поев и закурив папиросу, Александр Дмитриевич взялся за дневник.

Глава 4

Глава V

Легенда о царе Панфее

Панфей был из города Фивы. Он был воспитан в строгом поклонении Аполлону, который в то время считался главным божеством. Но в то время в Грецию стал проникать культ бога Диониса. Поклонники Диониса совершали оргии и впадали в экстаз. Однажды к Панфею явился Дионис и сделал следующее предложение: мне нужно, чтобы ты разучил танец в мою честь…в случае отказа, ты сильно пожалеешь об этом. Разгневанный царь отказал Дионису. Через какое-то время, ночью последователи Диониса собрались для очередного ритуала. Они пьянствовали, носились в экстазе по лесу, совершали аморальную оргию. Панфей не знал, что среди этих людей была его мать и жена. Обезумевшая от пьянства мать Панфея приняла своего сына за льва – она кинула в него копье. Убив и отрезав ему голову, которую насадила на копье, с плясками пошла по Фивам.

В. Жикаренцев «Жизнь без границ»

Дневник Элизабет

Когда я с завязанными глазами шелковым платком ехала в карете, то думала над тем: зачем я все-таки согласилась