Шестеренки и заклинания - Адриен Тома

автомату, который когда-то был Густавом, и отвинтила заднюю крышку, чтобы получить доступ к панели управления. Она отключила личностную систему: голова автомата тут же безжизненно свесилась на торс.

Тем временем Сирус расставил по склепу несколько свечей и негромким приказом зажег их, наполнив промозглое помещение мерцающим светом. Он сощурился и поправил пенсне, пытаясь найти именно то место, где он впервые занялся практической некромантией. Наконец он указал на табличку.

— Здесь.

— Сеньер Альбрехт Каридис де Монгр, — прочла Гриза через его плечо. — Этот?

— Да. Альбрехт был защитником предыдущего императора, отца Сарензии, более сорока лет назад. Он должен хорошо знать механизмы имперской политики, и, когда я с ним разговаривал, мне показалось, что императрица ему не по сердцу. Это рискованный и несколько отчаянный план, но...

— Но не похоже, чтобы у нас было полно вариантов, — мрачно добавила Гриза.

Девочка бросила последний взгляд на золотую табличку и пробормотала:

— Если ты не возражаешь, я пойду прогуляюсь снаружи.

— Скажи сразу, что не хочешь оставаться в мрачной гробнице с духами и некромантами! — пошутил Сирус.

— Не без того, — призналась она, поморщившись. — Я ничего не смыслю в магии, но если ты скажешь, что душа, которую ты призываешь обратно, согласна, я тебе поверю... Все же, если есть выбор, я бы предпочла избежать слишком тесного общения с миром мертвых.

— Не знал, что ты такая суеверная! — удивился волшебник.

— Это говорит о том, что нам еще есть что узнавать друг о друге, — тактично ответила Гриза.

— В последний раз, когда мы разделились, это плохо кончилось, — напомнил ей Сирус. — Попробуй хоть раз не воспользоваться возможностью навестить кого-нибудь из наших врагов...

Гриза обиженно ахнула, но по выражению его лица поняла, что волшебник шутит.

— Что, еще не время? — скорчил он покаянную гримасу.

— Слегка, — проворчала Гриза, не в силах удержать уголки рта, лезущие вверх. — Могу обещать, если я как-нибудь загляну на чай к императрице, принесу тебе печенья.

— Страшно мило.

— Ну... позови меня, когда закончишь, хорошо?

Девочка быстро поднялась по ступеням из Усыпальницы и исчезла в ночи.

Итак, эзотерик начал читать заклинание воскрешения мертвых. На этот раз ему удалось лучше контролировать дрожь в теле, и он смог с большей легкостью проследить астральную связь между костями и духом умершего. Как и в прошлый раз, дух Альбрехта едва не задрожал от нетерпения, когда Сирус прикоснулся к нему, и ничуть не сопротивлялся, когда маг потащил его за собой в материальный мир. Сирус едва успел закончить заклинание, как в воздухе материализовалась большая призрачная голова бывшего защитника.

— Как хорошо возвратиться, слово чести! — прогремел он. — Ах, мерзкий некромант, огромное тебе спасибо! Не могу выразить, как я рад снова созерцать мир живых, хотя твое проклятое отродье заслуживает лишь того, чтобы сгореть в пламени костра!

— Э... да не за что, — поморщился Сирус.

— Что же я могу для вас сделать? Вы пришли окунуться в лучи моей вечной славы? Или, может быть, послушать, как я декламирую очередную повесть о своих героических подвигах? Уверен, что рассказ о моих победах на турнирах восхитит вас до глубины души...

— Нет, мессир Альбрехт, — отрезал Сирус, поднимая руку. — Ничего подобного. Я здесь, чтобы сделать вам предложение.

— Предложение? — прорычал призрачный лик, заметно хмурясь. — Нет и нет, мерзкий некромант!

— Я даже еще не сказал вам, о чем речь! — запротестовал Сирус.

— Меня это не волнует! Шевалье де Монгр всегда боролся с Тьмой, пока был жив, и никто не скажет, что после его кончины станет иначе! Легенда обо мне не может быть запятнана договором с приспешником тьмы!

Сирус прищурился.

— Очень хорошо, — согласился он. — Я не буду настаивать. Какая жалость, конечно: я бы решил, что такой человек, как вы, оценит предложение снова ходить по миру живых, получить еще один шанс вершить правосудие, нести свет в сердца неверующих... Но раз вас это не интересует, я верну вас к вечному сну...

— Стойте, мерзкий некромант! — вскричал дух. — Снова ходить? Что... что вы хотите этим сказать?

— В точности то, что сказал. Я обладаю силой позволить вам снова бродить по осязаемому миру, вытащить ваш дух из лимба и дать ему... более-менее функционирующее тело.

— Что это значит? — недоверчиво спросил Альбрехт. — Я... предупреждаю вас, я не потерплю возвращения в виде скелета-слуги!

— Я не это вам предлагаю, — ответил Сирус. — И вообще это легенда: некроманты не могут оживлять трупы.

— Ваша ложь не имеет надо мной власти, мерзкий некромант! — воскликнул Альбрехт. — Хроники моего ордена полны правдивых рассказов об армиях мертвецов, ведомых безумными заклинателями!

— Ваши хроники ошибаются, — вздохнул эзотерик. — Либо полностью выдуманы, просто чтобы получить повод сжигать всех, кто занимается некромантией. В любом случае я предлагаю вам не это. Я предлагаю оживить вашу душу, отделить ее от костей и соединить с другим телом.

— Другое тело?! — обиделся Альбрехт. — Предлагаете мне завладеть плотью невиновного несчастного? Я не потерплю, чтобы...

— Нет, — отрезал Сирус. — Не человеческое тело. Я говорю об искусственном теле, сделанном из металла и шестеренок. Автомат.

— Автомат? Вы имеете в виду... механического человека?

— Именно так. Я предлагаю вам шанс вселиться в мощное, устойчивое и функциональное тело, способное говорить, ходить, прыгать, бегать...

— И сражаться на мечах? — жадно спросил дух.

— Э-э... да, полагаю, это возможно...

— Ах, как давно я ни с кем не скрещивал