Шестеренки и заклинания - Адриен Тома

— Ты прав, — вздохнула обескураженная Гриза.

— Но ты все равно не сдавайся, — посоветовал фамильяр. — Твой отец не доверил бы тебе свои планы, если бы не хотел дать к ним доступ. Он наверняка позаботился о том, чтобы агенты Тайной полиции не смогли разгадать пароль... но смогла ты. Подумай о чем-нибудь, что знаете только вы оба: прозвище, шутку или воспоминание, принадлежащее только вам...

Лицо Гризы внезапно озарилось, и она быстро произнесла:

— «Уважение других к тебе никогда не сравняется по важности с тем, что ты испытываешь к себе самому!»

Зубчатик тут же неистово завибрировал:

— Пароль принят. Проекция схем.

Стенки куба сдвинулись одна за другую, и мягкое зеленое свечение, испускаемое маленьким дроном, внезапно превратилось в мощный луч. Зубчатик направил луч света на ветхую стену, проецируя большое изумрудное пятно. Раздался щелчок, а затем на стене появилось изображение. Кроме нескольких запутанных схем и быстрых набросков, которые должны были изображать машину, весь световой квадрат заполнялся сложными расчетами и уравнениями.

— Планы моего отца! — воскликнула Гриза. — Вот где они!

— Что это за белиберда? — пробормотал Квинт, сощурив свой зрячий глаз. — Здесь повсюду цифры...

— Это уравнения энергии, — объяснила девочка. — Я не уверена, что понимаю их все, но похоже на то... А вот эти расчеты... О... Так это... Это захватывающе! Необычайно точно и одновременно так просто! Я понимаю, почему мой отец не хотел, чтобы его работа попала в руки императрицы!

— Не могла бы ты перевести для несчастного кота, который мало что смыслит в математических тонкостях? — фыркнул Квинт.

— Если я правильно понимаю, это устройство, способное умножать в тридцать раз энергию, получаемую от арканиума. Ты себе представляешь его приложение? Самоуправляемые автоколяски и автоматы, которые почти не нуждаются в подзарядке! Уличное освещение, которое будет работать долгие годы на единственном кристалле арканиума! А если говорить о технологических исследованиях — вообрази, что мы могли бы сделать! Создать машины, способные модулировать поступление арканиумной энергии! Я уверен, это подтвердило бы теорему Цирканола или уравнения Дормганда... или даже дало начало исследованию резонанса метаматериалов и криожидкостей синхронно с...

— Все-все, я уже потерялся, — проворчал Квинт.

— Извини, я увлеклась, — улыбнулась Гриза. — Говоря проще, изобретение моего отца подталкивает арканиум вырабатывать гораздо больше энергии из того же количества материи.

— Почему твой отец хочет утаить его от императрицы? — спросил кот. — Я в нем никак не разбираюсь, но мне сдается, это довольно полезное изобретение... Тем более что, если я правильно понял, цель войны, которую затеяла императрица, — заполучить весь имеющийся арканиум, опасаясь, что ей не хватит: с этим изобретением проблема нехватки становится гораздо менее настоятельной, разве нет?

— Думаю, именно поэтому мой отец и согласился поработать над ним, — согласилась Гриза. — Но тогда... посмотри в правый нижний угол, на список возможных применений. Более дешевые арканиумные боеприпасы для пушек и аркебуз. Двигатели для военных кораблей. Мощные бомбы. Автономные штурмовые бронеколесницы. Массовое производство боевых автоматов. Он, должно быть, понял, что императрица хочет использовать его изобретение для ведения войны и господства над миром...

— Это объясняет, почему он решил бежать, — заключил фамильяр. — Он не хотел, чтобы императрица использовала его чертежи для войны.

Гриза помрачнела.

— Когда я увидела схемы на стене, я... я сразу же понадеялась использовать их для спасения наших родителей, — призналась она. — Повести переговоры с императрицей, предложить ей планы в обмен на ее снисхождение... Но это невозможно. Мы должны защитить эти чертежи любой ценой: они слишком опасны, чтобы попасть в руки Сарензии.

— Ну просто замечательно! — забрюзжал Квинт. — А то у нас не хватало других проблем...

— Проблем с чем?

Это только что вернулся Сирус с полными руками провизии.

— Я разыскал свежий хлеб, сыр, колбасу, фрукты и даже банку желе из медуз! — с гордостью объявил он.

— Хозяин, твое великолепие не знает себе равных, — заявил Квинт. — Я больше никогда не стану над тобой насмехаться.

— Как будто я поверил в подобное обещание от тебя, — усмехнулся Сирус.

— Хозяин, твоя проницательность также не знает себе равных.

— Заткнись и ешь, — весело приказал волшебник, положив перед своим фамильяром сосиску.

Кот набросился на колбасу, а Гриза и Сирус разделили между собой остальное. Во время трапезы механистка рассказала о том, что обнаружила чертежи, спрятанные в Зубчатике.

— Сможем ли мы использовать эти чертежи в своих интересах? — сразу же спросил волшебник.

— Это как? —поинтересовалась она.

— Можешь ли ты найти практическое применение всей этой технологической тарабарщине? Оружие, ловушка, хоть что-нибудь, что нам дало бы преимущество?

— Я... я не знаю, — призналась Гриза. — Мне... мне нужно подумать, сделать еще несколько расчетов, мне...

— У нас есть то, чего нет у императрицы, — настаивал Сирус. — И, честно говоря, это единственная хорошая новость, которую я услышал за весь день!

— Ты о чем? — забеспокоилась Гриза.

Волшебник скорчил сконфуженную гримасу:

— Я... вообще-то, я хотел подождать до после обеда, чтобы...

— Что, Сирус? Что ты слышал?

— Ну... В бакалейной лавке, где я покупал продукты, люди разговорились. У меня плохие новости, Гриза. Очень плохие новости.

Механистка почувствовал, как у нее перехватило горло.

— Рассказывай.

— Паучиха, Либер, Сяоми и другие арестованные воры, судя по всему, недолго пробудут в тюрьме. Их будет судить императорский суд, специально собранный по