Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

— Где? — торопил Снейдер.

Мийю открыла глаза и назвала им четыре разные даты, после чего Марк вывел отдельные файлы на экран, нашел код и пометил соответствующие объявления красным.

— Ни хрена себе! — вырвалось у Пуласки, который до сих пор молчал. Верхние пуговицы его рубашки были расстегнуты, а на лбу выступила испарина. Глаза у него тоже покраснели от напряжения.

Снейдер потерял дар речи. Им с самого начала следовало искать код, а не название компании. Он подошел ближе и уставился на первое объявление.

«Судьбоносная встреча! Три энергичные дамы в расцвете сил ищут весеннюю любовь. Если ты щедрый джентльмен, который знает, чего хочет, и ценит конфиденциальность, тогда, в случае интереса, свяжись с нами, используя пароль, по коду: 22–9–22–1 — 12–4–9».

Остальные объявления были идентичны и отличались только двумя словами.

«Три энергичные дамы в расцвете сил ищут летней романтики…

…ищут осеннюю компанию…

…зимних объятий…»

— Три энергичные дамы в этой судьбоносной встрече, вероятно, наши богини судьбы Верданди, Скульд и Урд, — предположил Марк. — А эти объявления, которые мы только что нашли, вероятно, являются приглашением потенциальным клиентам разместить заказ на работу — используя специальный пароль. Вот как устанавливается контакт.

— А пароль — видимо, всегда какой-нибудь концерт Вивальди, — который появляется в последующем объявлении от имени трех Норн, является своего рода подтверждением заказа, — развил мысль Пуласки. — Он сообщает, какой из предлагаемых заказов был выбран VSU, например, «Фарначе» или «Опус № 6 для скрипки».

— Гораздо интереснее, что временной шаблон у них всегда один и тот же, — отметила Мийю. — Группа берет заказ раз в квартал — весной, летом, осенью и зимой.

— Отсюда и намек на Вивальди и его «Времена года», — предположил Пуласки. — Единственный вопрос в том, откуда клиенты знают, что паролем должен быть концерт Вивальди… но мы наверняка выясним это позже.

Теперь у них было определенное временное окно, в рамках которого им нужно было искать, и с этого момента все пошло быстрее. В течение следующего получаса они обнаружили четкую закономерность: в середине квартала три энергичные дамы предлагали своим клиентам отправить заказ на работу, используя определенный пароль, и вскоре после этого один из заказов подтверждался VSU. Вскоре они нашли несколько десятков соответствующих объявлений.

— При текущем годовом обороте в два миллиона, — отметила Мийю, — они получают в среднем 500 000 евро за заказ.

«Верно!» Снейдер приподнял бровь. Адриана, безусловно, могла позволить себе такой гонорар. А в случае с Варравой, который исчез в середине 1990-х годов за, предположительно, сопоставимую сумму, это могли быть состоятельные родители одного из убитых им детей.

Помимо чудовищно высокой стоимости, подготовка к такому заданию, безусловно, была одной из причин, по которой фирма бралась только за четыре заказа в год. К тому же, не знай они меры, им бы не удалось так долго оставаться незамеченными.

Марк шумно втянул ртом воздух.

— Вы знаете, что это означает? Если они убирают одного человека в квартал и действуют с начала 1990-х годов, то у нас…

Он потерял дар речи.

— Сто двадцать жертв, — закончила Мийю.

Глава 63

Час спустя они все еще сидели в офисе. Практикантка принесла им кофе и свежие булочки из службы кейтеринга. Шторы были уже подняты, а окна распахнуты. Все они потягивались и моргали в лучах солнца, которое низко висело над крышами города, словно оранжевый огненный шар.

Снейдер ограничил зону поиска, и IT-специалисты целенаправленно загружали страницы с архивными объявлениями, опубликованными в середине каждого квартала. Теперь им была ясна концепция фирмы. Помимо одинаковых временных рамок, существовала еще одна закономерность, объединяющая все случаи: заказы выполнялись на территории бывшей ГДР. По крайней мере, это касалось тех объявлений, которые им уже удалось связать с конкретными делами.

Помимо исчезновения Хельге Варравы, они наткнулись и на другие случаи. В октябре 2010 года российский политик и критик режима Тимофеев исчез в аэропорту Берлина, а в декабре 2005 года радиоведущая Силке Ауэр пропала из отеля в Магдебурге, на подземной парковке которого остался только ее открытый «порше». Летом 1999 года это была фрау Радтке из программы защиты свидетелей в отеле Ростока на Балтийском море, где даже произошла перестрелка с полицией, а в ноябре 1989 — прокурор Хагедорн на парковке аэропорта Дрездена.

Помимо этих пяти случаев, они обнаружили еще несколько и изучили соответствующие материалы расследования. Результаты оказались более чем скудными. Ни в одном случае не последовало требований о выкупе. Никто из людей больше не объявился. Тела так и не были найдены.

— Если взглянуть на прошлое пропавших людей, — сказала Мийю, словно разговаривая сама с собой, — то всегда найдется веская причина их исчезновения.

— Что ты подразумеваешь под словом «веская»? — спросил Марк.

— Освобожденный убийца, политический оппонент, опасный свидетель, неудобный юрист по конституционному праву или радиоведущая, вышедшая замуж за коррумпированного политика.

«Веская причина или нет — это вопрос вкуса», — подумал Снейдер. В любом случае всегда находился тот, кто хотел избавиться от одного из этих людей — по какой бы то ни было причине. И последнее дело — это исчезновение судьи Герлаха.

— Но сто двадцать человек!.. — недоверчиво повторила Сабина. — Как им удавалось действовать и оставаться совершенно незамеченными на протяжении как минимум трех десятилетий? Почему никто этого раньше не видел?

Пуласки посмотрел на Снейдера:

— Хорошее замечание.

Снейдер задумчиво покрутил косяк и понюхал его.

— Конечно, БКА знает, что люди регулярно исчезают, но давайте посмотрим на портфолио этой группы. За исключением детей, которых они не трогали — по крайней мере, согласно имеющемуся профилю жертв, — они, похоже, ни перед чем не останавливаются.

— Значит, это не случайность, что они оставили Бена в кемпере? — спросила Сабина.

— Наверняка этого сказать нельзя, но такое поведение может подпадать под шаблон — щадить маленьких детей. У них могут быть моральные границы. Как бы то ни было — в остальном они, похоже, берутся за все, что приносит деньги. С таким диапазоном заказов было просто невозможно установить связь между жертвами.

— Наверняка группа всегда осознанно выбирает, кого похитить, — согласилась Мийю, — чтобы нельзя было выявить идентичный шаблон.

Снейдер кивнул:

— Случаи слишком разные, и, видимо, они нашли способ бесследно избавляться от своих жертв. — Он отложил косяк и посмотрел на Пуласки, которому от этого разговора явно стало нехорошо. Его лицо было серым, как пепел.

— Это были бы идеальные преступления, — продолжала Мийю. — Никаких следов, никаких очевидных мотивов, никаких тел. Интересно, как и где они избавляются от трупов.

— Хватит! — остановил ее Снейдер.

Пуласки с трудом сдерживал слезы и, казалось, мог потерять сознание