Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

сходились, впрочем, как и всегда. Ни сегодня, ни в любой другой день. Он еще раз проверил, кто просрочил платеж. Слишком многие. Он давно уже думал об этом и наконец решил: хватит, никаких больше рассрочек. Конечно, клиенты их обожают, но он больше не может ждать. А посылать к ним коллекторов — противно. Он все-таки не гангстер, чтобы натравливать на людей громил. Отец его пробавлялся такими делишками: колотился к кому-нибудь в двери, так что соседи высыпали в подъезд посмотреть, что за шум. А порой приходилось и воплощать угрозы в жизнь… Карни осекся. Неплательщиков он навидался и всегда пасовал, когда его умоляли продлить срок, дать второй шанс. У него сейчас не те обороты, чтобы соглашаться. Элизабет его успокоит, убедит, что он прав.

Время почти к закрытию. Карни уже представлял, как подходит к дому, но вдруг услышал голос Рыжего: «Этот товар у нас один из самых ходовых». Карни выглянул в зал. Первые клиенты за день, молодая пара; беременная жена, муж внимательно слушает болтовню Рыжего и кивает. И не только у нас, но и вообще на рынке, даже если они этого и не знают. Жена, обмахиваясь рукой, сидела на новом диване «Коллинз-Хэтэуэй». Судя по всему, рожать ей со дня на день. Того и гляди, родит прямо здесь, на пятностойких подушках.

— Принести вам воды? — спросил Карни. — Рэй Карни, владелец этого магазина.

— Да, спасибо.

— Рыжий, принеси юной леди стакан воды. — Карни вытащил галстук из-за пуговиц.

Взгляду его предстали мистер и миссис Уильямс, новые обитатели Ленокс-авеню.

— Если диван, на котором вы сейчас сидите, кажется вам знакомым, миссис Уильямс, так это потому, что месяц назад его показывали в «Шоу Донны Рид». Помните эпизод в кабинете врача? В общем, диван теперь нарасхват. — Карни вкратце описал модели «Мелоди». Силуэт, достойный эры освоения космоса, удобство, проверенное с научной точки зрения.

Рыжий принес миссис Уильямс стакан воды — он не спешил возвращаться, чтобы облегчить Карни задачу. Миссис Уильямс, запрокидывая голову, прихлебывала воду и задумчиво слушала — то ли рекламные речи Карни, то ли существо в своей утробе.

— Если честно, сэр, — сказал ее муж, — сегодня такая жара, что Джейн просто нужно было на минутку присесть.

— На диванах сидеть удобно, их для того и делают. Кем вы работаете, мистер Уильямс, если не секрет?

Он преподает математику в крупной начальной школе на Мэдисон, уже второй год. Карни соврал, что математика у него всегда шла туго, и мистер Уильямс оживился, заговорил о том, как важно заинтересовать детей с первых классов, чтобы они не боялись предмета. Тараторил привычно, точно вызубрил наизусть новую методичку. Каждый что-то да рекламирует.

Через две недели миссис Уильямс должна родить их первенца. Июньский ребенок. Карни силился вспомнить какую-нибудь народную мудрость про июньских детей, но на ум ничего не пришло.

— А мы с женой в сентябре ждем второго, — сказал он, и это была правда. Карни достал из бумажника снимок Мэй. — В этом платье она была на дне своего рождения.

— По правде говоря, — ответил мистер Уильямс, — вряд ли мы с женой сможем в ближайшее время позволить себе новый диван.

— Ничего страшного. Давайте я вам покажу, что у нас есть, — предложил Карни.

После стакана воды не изобразить интерес было просто невежливо.

Трудно с толком провести покупателей по торговому залу, когда один из них не двигается с места и тяжело дышит. Муж отшатывался от товаров, точно боялся, что, если подойдет ближе, они вытянут деньги у него из кармана. Карни вспомнил ту пору, когда они с Элизабет только что поженились, пробивались в жизни сами, без помощи, и все было для них очень дорого и вместе с тем очень нужно. На стенах его магазинчика еще толком не высохла краска, и никто, кроме Элизабет, не верил, что Карни чего-то добьется. По вечерам она подбадривала его, говорила: «Всё у тебя получится», он же дивился этим ее диковинным дарам. Вера и доброта: он не знал, как к ним относиться.

— Секции спроектированы таким образом, чтобы гостиная стала удобнее до последнего дюйма, — говорил Карни.

Он расписывал преимущества нового раздвижного дивана «Арджент», в которые искренне верил, — благодаря новой обивке сидений и коническим ножкам кажется, будто диван парит в воздухе, посмотрите, — но мысли его витали далеко. Эти ребята и их усилия. Актеры делают это каждый вечер, решил Карни, лучшие из них произносят текст, а сами прокручивают в голове вчерашнюю ссору или вдруг, увидав лицо зрителя в пятом ряду, похожего на клерка из банка, вспоминают о просроченном счете. Чтобы заметить, что актер ошибся, нужно ходить на представления каждый вечер. Или быть участником труппы, и тоже отвлекаться на что-нибудь и кого-нибудь узнавать. В этом городе без помощи трудно начинать жизнь, думал Карни…

— Дайте взглянуть, — произнесла миссис Уильямз. — Хочу попробовать, каково на нем.

Она вскочила. Они втроем выстроились перед «Арджентом» с бирюзовыми подушками цвета прохладной воды, манящей в знойный день.

Оказывается, она все это время слушала, допивая воду. Миссис Уильямс сбросила туфли и легла, положив голову на изогнутый левый подлокотник. Со вздохом закрыла глаза.

Договорились о первом взносе меньше обычного и щедрой рассрочке. Смех и грех. После того как оформили документы, Карни запер дверь за клиентами, чтобы опять не сглупить. Модель «Метрополитен» — разумное вложение средств: обивка букле со специальной пропиткой, пенополиуретановый наполнитель (четверо из пяти респондентов на слепых испытаниях назвали его самым удобным). Хватит надолго, выдержит не одного ребенка. Хорошо еще, Карни не успел сообщить ни Рыжему, ни Элизабет, что отказывается от рассрочки.

Рыжий уже ушел, и в магазине был только Карни. На сегодня хватит, он и так немало потратил. Откуда брать деньги на оплату квартиры, непонятно, но месяц только начался. Никогда не знаешь, что будет дальше. Телевизоры первый класс, Уильямсы славная пара, приятно сделать для них то, чего никто не делал для него, когда он был юн: протянуть руку помощи. «Может, я и бедный, но точно не жлоб», — сказал он себе, как обычно в такие минуты. Когда бывал в настроении. Устал, приуныл, а на сердце легко.

Карни выключил свет.

2

— А, да, Руби. Мы с ней когда-то играли в волейбол, — сказала Элизабет. — Она милая.

Дочку покойной миссис Браун его жена помнила со школы, а человека, за которого впоследствии вышла замуж, нет: так уж у них сложилось. Карни с будущей женой вместе ходили на биологию и основы гражданственности, а однажды в четверг — дождь лил как из ведра