Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

тех документах, которые у них, говорится, что первую партию заключенных намечено доставить в Аушвиц двадцать шестого. И она собиралась сделать все от нее зависящее, чтобы известить об этом союзников по крайней мере за неделю, то есть не позже девятнадцатого. Это – их предельный срок. А сегодня восемнадцатое, около полуночи. Значит, у них остаются всего одни полные сутки. Вы понимаете? Они должны передать эти документы сегодня или завтра, чтобы сорвать эту акцию еще до того, как она и в самом деле начнется. В общем, девятнадцатое – последний срок для Радока. Он мастер на подобные штучки.

– Не хочешь ли ты сказать, что он столь же тщеславен, как и ты, Хартман? Что он вознамерился в одиночку остановить такую бойню? Так ты себе представляешь дело?

– Что-то вроде того, – ответил лейтенант. – Я полагаю, что он собирается пересечь озеро сегодня вечером, чтобы заблаговременно предупредить союзников. Они могут обрушить на Аушвиц мощный бомбовый удар или организовать партизанский рейд, чтобы уничтожить установки. В общем, сделать что-то подобное. Радок – добрый парень. Такой гуманный, что оставляет свидетелей в живых. Поэтому он попытается во что бы то ни стало связаться с союзниками именно сейчас, пока концентрационные лагеря еще пусты. Это тоже весьма гуманно с его стороны. Ну а нас он попросту обводил вокруг пальца, как дураков. Все время, пока он пробирался на запад, мы старались перекрыть горные перевалы. Ждали, когда он появится там. Но он только часть пути шел на запад. А потом повернул на север. А это значит, что он решил перебраться в самое сердце Германии, где ни пограничники, ни полиция их не ищут.

– Итак, он в Германии! – «Это уже лучше», – решил Краль.

– Да, в Германии. Мы никак не ожидали, что он пойдет туда – в Баварию и на северный берег озера Констанс. Только взгляните, как они продвигались на север, в сторону Леха. Это же говорит само за себя! Несомненно, сейчас он в Германии.

– В Германии! – повторил Краль. – Великолепно! Теперь он уже не наша забота!

– Он возьмет парусную лодку в какой-нибудь маленькой деревушке на немецком берегу озера Констанс, где мы их не ждем. У него же остался всего один день.

– Ты слышишь меня, Хартман? Если он в Германии, то нам уже нечего волноваться из-за него. Пусть теперь за ним поохотится штутгартское отделение. Пусть дамоклов меч висит теперь над их головой.

– Ему подойдет любая лодка: он умеет обращаться и с крупными и малыми судами. Там в самом узком месте всего-то километров восемь или девять. Это последнее место, где мы можем подстеречь его.

– Ты что, не слышишь меня, Хартман? – рявкнул Краль, поднимаясь со стула с некоторым трудом. Лицо его стало вровень с лицом Хартмана. – Все уже позади! Он в Германии, и кончим на этом. Мы немедленно известим Штутгарт.

Это заявление, казалось, доставило Хартману физическую боль. Его лицо исказилось, на глазах показались слезы.

– Всего один день! – сказал лейтенант.

Его голос и глаза выражали мольбу.

По всему телу Краля разлилось благостное тепло: Хартман снова в его власти.

Оберштурмбаннфюрер решил повернуть нож в ране.

– Это очень рискованно, лейтенант. Мне хотелось бы выйти из этой игры живым.

Выражение глаз Хартмана изменилось.

Подполковник моментально заметил это, словно следил за перепадами в настроении лейтенанта по стрелке барометра. «Похоже, он хочет перехитрить меня, – подумал Краль. – Но в этот раз, во всяком случае, это ему не удастся. Он не сможет больше заставить меня сойти со своих позиций ни посулами, ни демонстрацией своего энтузиазма, ни увещеваниями».

Заглянув в глаза Хаммера, Краль увидел в них мрачный, тлеющий огонь. Такого оберштурмбаннфюрер никогда раньше не видел нигде, кроме как в своем собрании эротической литературы. И снова его омыла теплая волна удовлетворения.

– Ну пожалуйста! – упрашивал Хаммер. – Это так важно для меня! Мы схватим их на этот раз, вот посмотрите!

И он упал на колени перед Кралем.

– Не будь смешным, лейтенант! Вставай сейчас же!

Краль положил руки на плечи Хаммера и ощутил там скрытые лямки, на которых висели гранаты. Его снова омыла волна тепла.

Хартман смотрел на него снизу вверх, но уже без мольбы. Он схватил руками ноги Краля позади коленей.

– Но это же так просто! – воскликнул лейтенант, заглядывая прямо в душу Краля. – Разве не так, Артур? – В слове «Артур» он произнес «т» мягко, в английской манере, зная, что это нравится Кралю. – Вы же сами этого хотите!

«И снова эта проклятая улыбка, – пронеслось у подполковника в голове. – Словно ухмылка черепа».

– Не просите, Хаммер.

И тут до Краля дошло вдруг, что этот человек уже не просит. У оберштурмбаннфюрера пересохло во рту, и он облизал языком губы. В комнате воцарилось молчание, нарушаемое только тиканьем часов и хриплым дыханием.

Хартман продвигал свои руки вверх по задней стороне бедер Краля, притягивая его к себе.

– Прекрати, дурак! – Голос Краля дрогнул. Его руки, все еще покоившиеся на плечах Хартмана, ощутили под одеждой сильные мускулы.

– А потом, Артур, мы совершим маленькую поездку в Германию, – проговорил Хартман, не поднимая глаз.

– Хватит.

Но в этом приказе уже не ощущалось силы. Краль будто бы погружался в глубокую теплую воду, чувствуя, как проворные пальцы расстегивают ширинку его брюк, и опираясь на плечи внизу, словно от этого зависела его жизнь.

Глава 34

Радок управился с двигателем к заходу луны: магнето присоединил к распределителю, а распределитель – к стартеру. Образовалась искра. Мотор провернулся и чихнул.

– Дай газ, – прошептал Радок так громко, как мог.

Фрида, сидя за рулем старого «фиата», несомненно, услышала его, и, когда она нажала педаль акселератора, вновь появилась искра, а чиханье мотора сменилось неровным холостым ходом.

– Что-то с дросселем, – заметила она.

Он не расслышал ее, поскольку она говорила вполголоса, и ему показалось, будто она сказала: «Включено».

Радок поспешил на водительское место машины.

– Ну, ты просто великолепен! – произнесла восхищенно Фрида, сдвигаясь на место пассажира на переднем сиденье.

Радок сел за руль и несколько раз нажал на педаль газа, разогревая мотор.

– Полицейская подготовка, – рассмеялся он. – Предусмотрены все возможные случаи.

– Ты сегодня такой активный, – заметила Фрида.

– А денек-то какой прекрасный! – радостно улыбнулся Радок. – Вернее, будет, когда рассветет. Похоже, это первый теплый весенний день. Начинается новая жизнь.

– Может, хоть теперь ты скажешь мне, куда мы направляемся?

Радок включил скорость, и машина затарахтела по вымощенной булыжником улице деревни Кемптон, около которой они скрывались в сарае. Рюкзаки Радок побросал в колодец около того сеновала, а винтовки