Формула зла - Рик Мофина

– Забавно, – сказала она. – Именно в этот день ты официально стала нашей законной дочерью.

– Да, мам. Но ответь мне. Я имею право знать. Чего добивалась Магда?

– Встречи с тобой после освобождения из тюрьмы. Пыталась выяснить, есть ли у нее внуки. Хотела быть частью твоей жизни.

– Частью моей жизни? – Сара была потрясена. – Где ее письмо?

– Я сожгла его. Мы с твоим папой решили, что тебе не стоит его видеть. А Магде я отказала.

– Ты ответила ей?

– Да.

– А если бы она узнала ваш адрес и заявилась к нам домой?

– Я действовала осторожно и в целях безопасности передала письмо через генерального прокурора штата Монтана. Магда не знала даже наших имен.

Сара молча смотрела на конверты.

– Возможно, я допустила ошибку, – признала Марджори. – И ты сама должна была решить, видеться с биологической матерью или нет. Но я лишь хотела защитить тебя.

– Что ты ей написала?

– Дала понять, что ей никогда не стать частью твоей жизни. И запретила искать тебя.

– А она ответила?

– Нет. С тех пор она ни разу не выходила с нами на связь. Даже после того, как освободилась и исчезла. Прошло уже семь с лишним лет, но больше от нее не было вестей. Прости, что не рассказала тебе раньше. Я хотела, чтобы эта история осталась в прошлом. Наверное, не стоило окружать твое детство таким количеством тайн. Это причинило нашей семье столько страданий! Прости, мне очень жаль. – Марджори вопросительно посмотрела на дочь. – А ты когда-нибудь хотела увидеть Магду?

– Никогда. – Сара взглянула на рисунок дочери. – Но мы знаем правду, мам. Ничего не закончилось. Ты же видишь, что творится вокруг.

– Нет, Сара. Я не верю.

– Поверь, мам. Не проходит и дня, чтобы я не думала о том, кто я и что натворили мои родители. О том, что никогда не забудется. Мне всегда будет больно и стыдно. Я ведь тоже виновна в их преступлениях, пусть и отчасти. Поэтому, как и вы с папой, соблюдала осторожность и пряталась от тех, кто меня ищет, преследуя отпрыска этих чудовищ. Вот почему, – Сара приподняла запястье, – став достаточно взрослой и получив твое одобрение, я набила татуировку. Хотела спрятать клеймо, указывающее на нашу связь. Но мне не под силу изменить биологических родителей и отмыться от страшного позора.

– Нет-нет, Сара! Вы с Кэти невинны. Ни ты, ни она не причастны к тому, что творили Райкеры. И вы имеете полное право на жизнь, свободную от их злодеяний.

– Да неужели? Боже, мама, ты только взгляни на Кэти! В нас живет зло!

– Нет, Сара. Прошу, не говори так.

– Вот почему я не хотела иметь детей. Не хотела, чтобы наш кровавый род продолжался. Но потом встретила Натаниэля и почувствовала, что у него очень доброе сердце. Он подарил мне надежду.

– Натаниэль был чудесным.

– Но, впервые увидев фотографии жертв в газетах – не помню, сколько мне тогда было лет, – я сразу представила себя на их месте. Испытала их ужас и боль. И эти чувства по-прежнему меня преследуют, ведь… – У Сары перехватило дыхание. – Ведь родители брали меня с собой. Я была там. Райкеры использовали меня, заманивая несчастных, ни в чем не повинных людей в смертельную ловушку. – Она вновь взглянула на татуировку, маскирующую ее шрам. – Жертвы взывают ко мне во снах. Я до сих пор чувствую, как та женщина царапается, впивается мне в руку… И слышу ее крики.

– Сара, – сказала Марджори, – ты должна меня выслушать. Есть грань между добром и злом. Ты никогда ее не переступала – и не переступишь, потому что мы воспитали тебя правильно. Возможно, ты не согласна, но я знаю, что в тебе есть добро, которое не склонится ни перед каким злом. У Натаниэля было доброе сердце, и Кэти унаследовала его добродетель. Его и твою. Да, должно быть, девочке нелегко, но она не злая. Поверь мне.

– А если у нее в крови течет сила, заставившая Кэти переступить эту грань?

Услышав шум, они обе резко обернулись к двери. Сара выглянула в коридор и посмотрела по сторонам.

Ни души.

Она вернулась в номер. Смартфон зажужжал сообщением от Роуз Аранды:

Знакомый из офиса окружного прокурора сообщает, что полиция готовится предъявить обвинение Кэти. Надо подготовиться.

Сара прикрыла рот ладонью.

– Что случилось? – встревожилась Марджори.

– Полиция готовит обвинение против Кэти. Я должна идти.

Глава семьдесят восьмая

Сиэтл, штат Вашингтон

Тихое ликование прокатилось по криминалистическому отделу и, достигнув рабочего места Эрика Фоя, заставило его обернуться и посмотреть на аналитиков, столпившихся вокруг его начальницы.

Келли Дженсен наконец удалось собрать отпечатки пальцев с камня, связанного со смертью Анны Шоу. «Такой результат дорогого стоит», – подумал Фой, ведь это событие действительно имело огромное значение, причем сразу для нескольких аспектов расследования.

– Спасибо. Ну ладно, – слегка улыбнулась Дженсен, не сводя глаз с монитора. На одной стороне разделенного надвое экрана отображались крупные четкие папиллярные линии с камня, а на другой – отпечатки Кэти Хармон. – Их еще нужно сопоставить. В общем, за работу. Эрик, надо заканчивать с планшетом Карла Бентона, чтобы мы могли закрыть дело.

– Я в процессе.

Вдохновленный успехом Дженсен, Фой продолжил попытки извлечь хотя бы один отчетливый, пригодный для анализа отпечаток с планшета детектива.

Это было непросто, но в конце концов ему удалось рассмотреть смазанный след там, где отпечатки пересекались. Он увеличил изображение на мониторе. Задача не из легких: разделить пятно на два хорошо различимых отпечатка и провести сравнительный анализ.

Фою предстояло отыскать конечные точки и участки ветвления на перекрытом снимке. Чтобы сделать его более четким, требовалось несколько процедур: бинаризация изображения, сглаживание папиллярных гребней и извлечение деталей дактилоскопического узора. Работа продвигалась, но была чрезвычайно кропотливой.

Эрик совсем потерял счет времени, когда увидел, что Дженсен закончила работу над сопоставлением отпечатков, которые ей удалось собрать. Поднявшись из-за стола, она с серьезным лицом поспешила на выход.

«Что-то назревает», – подумал Фой.

Тем временем он тоже смог извлечь два отпечатка.

С первым все было просто: он принадлежал Бентону.

А второй – женщине, которая находилась в парке в день трагедии, Мэрилин Хэмилтон. Фой обрадовался: изображение получилось детализированным и вполне пригодным для проверки по АДИС.

Введя несколько команд и настроив фильтры, Фой отправил отпечаток женщины в базу и, нажав последнюю кнопку, сказал:

– Ну, поехали.

Глава семьдесят девятая

Сиэтл, штат Вашингтон

Почерк на линованных страницах дневника Трейси Линды Ломан, написанного в женской тюрьме Монтаны в Биллингсе, был аккуратным и разборчивым.

Фрагменты рукописи предоставила ее племянница Мишель.

Райан проверил файлы на вирусы. Затем позвонил в Департамент исправительных учреждений Монтаны,