Черный автобус. Мистика Ленинграда - Сергей Седов

нелепыми лицами. Дима, как всегда, старался вести себя сдержанно, однако даже на его лице читались удивление и радость мальчишки, который впервые оказался на подобном мероприятии. Лешка же и вовсе не стеснялся проявлять эмоции и был почти готов прыгать на месте от перевозбуждения. Позади него вдруг неожиданно появилась Таня:

– Привет! – громко крикнула она, повиснув на Лешином плече. – Правда здорово, да?

– Просто отпад! – не отрывая взгляда от темноты зала с мерцающими огнями, заявил Лешка.

Ребята зашли внутрь. Двигаясь тихонечко к стенке, они продолжали разглядывать потрясающую атмосферу, царившую вокруг. Прожекторные огни разных цветов освещали все вокруг, словно пытаясь поймать кого-то в свой прицел. По краям зала висели разноцветные гирлянды, мигающие своими лампочками в такт музыке. На сцене были установлены столы с водруженной на них аппаратурой в виде виниловых проигрывателей, пульта управления и огромных колонок, направленных в зал. По краям зала дежурила группа учителей, неспешно о чем-то переговаривавшихся.

Едва ребята успели сдвинуться к стене, как Таня тут же утащила Лешку в центр зала, где танцевали старшеклассники. Не сомневаясь ни секунды, Лешка двинулся за ней и начал активно пританцовывать, улыбаясь во весь рот. Миша с Димой отошли от танцпола чуть подальше, прижавшись к стене и затерявшись среди остальных участников дискотеки, скромно наблюдавших за происходящим.

– Офигеть, правда? – спросил Миша у Димы.

– Ага, прямо как на настоящей дискотеке у взрослых, – согласился Дима, не отрывая взгляда от танцующих перед ними людей.

После нескольких танцевальных композиций музыка сменилась: зазвучала романтичная песня «Sweet Love», которую Миша никогда ранее не слышал. Осознав, что это медленный танец и первые пары уже начали плавно кружиться перед его глазами, юноша вдруг испытал легкую паническую атаку. Оглядываясь по сторонам, он увидел, как его одноклассник Стас прошел мимо со старостой из параллельного класса к остальным танцующим. «А где Маша? – подумал Миша. – Хотя нет, я бы не смог прямо сейчас пригласить ее. Нужно немножко попривыкнуть. Но на следующем медленном танце точно отправлюсь ее искать, чтобы пригласить».

Увидев свободный стул рядом, Дима присел, а Миша, наоборот, сдвинулся чуть ближе к танцполу, чтобы получше разглядеть танцующих в толпе людей. Еще через несколько минут, когда музыка вновь сменилась на более активную, Миша обернулся и случайно увидел Машу, которая стояла рядом с Димой о чем-то рассказывала ему, активно жестикулируя. «Ладно, полдела уже сделано, – подумал Миша, повернувшись обратно к танцующим, – Машу я увидел. Как только она договорит и зазвучит медленный танец, то я обязательно ее приглашу». Взглянув на нее еще раз краем глаза, Миша увидел, как она присела рядом с Димой на свободный стул и, расспрашивая его о чем-то, внимательно слушала. Поймав в свете прожектора ее искреннюю улыбку, Миша в ту же секунду замер и, поймав очередную волну панической атаки, немедленно отвернулся.

Понаблюдав за танцующими, Миша немного успокоился. В зале заиграла песня «Малиновка» ВИА «Верасы». Растворившись в цветных огнях прожекторов, Миша случайно обернулся и увидел, как Маша утаскивает Диму на танцпол. Слегка приоткрыв рот от удивления, Миша встал как вкопанный. Внутри него словно что-то с треском оборвалось. Продолжая смотреть, как Маша улыбается от счастья в танце с Димой, Миша медленно проваливался в небытие. В какой-то момент ему даже показалось, что он не чувствует ни своих ног, ни остальных частей тела, но он все равно остался неподвижно стоять на месте. Откуда-то сбоку его по плечу весело ударил Лешка. Заливаясь от смеха вместе с Таней, он громко прокричал возле Мишиного уха:

– Давай с нами, чего ты стоишь один?

– Что? – в растерянности ответил Миша, не в силах понять, где он и что вокруг происходит.

– Я говорю, давай с нами! Чего ты тут стоишь? – повторил Лешка.

– Я? – все так же растерянно и тихо переспросил Миша. – Музыку вот слушаю.

– Как хочешь! – сказал Лешка и, смеясь, умчался вместе с Таней обратно в гущу танцующей толпы.

«Так, надо взять себя в руки, – подумал Миша, – нельзя так отключаться. Ну же, нужно прийти в себя сейчас же!» Медленно подойдя к стулу, на котором сидел Дима, он аккуратно присел. Взглянув в сторону, где танцевали Дима с Машей, он ничего не увидел.

– Проклятье, – прошептал Миша едва слышно и, поднявшись со стула, отошел немного в другую сторону, чтобы открыть себе обзор на танцпол.

Песня сменилась. Теперь из колонок доносилась композиция «Белый танец» Татьяны Сашко. Осознав, что это медленный танец, Миша принялся взглядом разыскивать своих друзей в толпе. Заметив Машу и Диму, танцующих с краю толпы, он впился в них взглядом. Увидев, как Маша нежно обвила руками Димину шею и склонила голову, Миша нахмурил брови. «Да ну нет, – подумал юноша. – Нет, я что, идиот? Получается, так. Нет, стой, подожди, а как же все эти взгляды и вопросы, разговоры по телефону? Нет, нужно взглянуть на ситуацию без эмоций. Я не мог так сильно ошибиться, я же людей читаю почти как открытую книгу… Или нет? Может, она просто пытается меня обидеть или отомстить за наш последний разговор? Или нет?»

Миша продолжал смотреть, как Маша тает в объятиях его друга в плавном танце. Дима держался скромно и даже немного неловко, обнимая Машу за талию и не отводя от нее глаз. Сделав еще несколько медленных движений, они скрылись из виду за другими танцующими парами. Миша устало потер виски и присел обратно на стул. Так паршиво он себя еще никогда не чувствовал. Даже в тот день, когда его родители, выслушав его рассказ о черном автобусе, решили, что он пьян или чего похуже. Нет, это было намного хуже. Настолько плохо, что Мише показалось, что его сейчас вырвет.

Справившись с легким головокружением, он поднялся на ноги и поспешил к выходу из актового зала. Облокотившись в коридоре на ближайший подоконник, мальчик тяжело выдохнул и почувствовал облегчение. «Так, – вновь сказал он самому себе, – возьми себя в руки. Мало ли что там тебе привиделось сейчас или ранее. Не имеет значения, ошибся ты или был прав. Тебе нужно прийти в себя, нельзя быть таким слабаком». Миша уставился на туман за окном и, кажется, больше ни о чем не думал. Провалившись в небытие, он перестал ощущать себя, свои чувства и свою боль. Только туман, от которого ему сделалось хорошо. Простояв так некоторое время, Миша пришел в себя, лишь когда его резко дернули за плечо. Развернувшись, он увидел перед собой Лешку с взволнованным лицом.

– А… что? – спросил Миша и, не дожидаясь Лешкиного вопроса, добавил: – Да я вот туман