Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Лиз посмотрела на сверток, который все еще лежал на земле.

– А с этим что делать?

– Выкинь куда-нибудь подальше! – сказала Мэгги.

– Нет! – Джони сделала шаг вперед. – Если нас припрут к стенке, его придется вернуть. – Она подняла сверток и уже хотела сунуть его обратно в карман, как Лиз схватила ее за руку.

Девушки встретились взглядами.

Сильный порыв ветра, холодный и хлесткий, вырвался из-за вершин.

Поколебавшись мгновение, Джони отдала пакет и обхватила себя руками, словно ежась от холода.

Лиз положила сверток в самый большой карман своей куртки и застегнула молнию.

Хелена по-прежнему не сводила глаз с пещеры.

– В чем дело? – спросила Мэгги.

– Кто бы там ни был сейчас в пещере, он обязательно обнаружит пропажу и отправится на поиски. Мы с вами стоим на единственной тропе, ведущей в приют.

Подруги переглянулись.

– В путь! – скомандовала Лиз.

Поиски

Подъем становится круче. Лайф хватается за каменные выступы, подтягивая тело вверх. Он свернул с более пологой, но более длинной тропы, чтобы срезать путь. Если не сорвется вниз, сэкономит полчаса.

Для лежащей на склоне женщины каждая секунда на счету. Долгое пребывание под открытым небом на такой высоте ничего хорошего не сулит. Если травмы серьезные, вполне возможно, уже вообще поздно.

Футболка под рюкзаком намокла. Лайф подтягивается, цепляясь за валуны, но взгляд фиксирует все, что происходит вокруг. Он предельно собран.

Детьми они с Эриком много времени проводили в горах и проворно по ним лазали. Умение было у них в крови, что совсем неудивительно, когда живешь среди скал, когда скалы – неотъемлемая часть твоего существования. Ровных площадок в деревне не сыскать. Чтобы поиграть в футбол, приходилось спускаться на дно долины, где летом было сыро и тенисто, а зимой все завалено снегом. Поэтому они лезли в горы.

Истинную красоту этих мест Лайф оценил уже будучи взрослым, когда объездил всю Европу и насмотрелся вдоволь на скучные однообразные ландшафты: квадратные сады, убогие постройки из бетона и кирпича.

Он знает, что Эрик выдвинулся три дня назад. И хотя брат ему ничего не сказал, он оставил в журнале запись. Все как обычно: взвалил рюкзак на плечи и исчез. Всегда что-то скрывает, старается не привлекать внимания, не пускает Лайфа в свою жизнь.

Может быть, я и сам такой, думает Лайф.

Он поднимает глаза на вершину горы, осматривает пики и линию гребня. Интересно, где сейчас Эрик? Из головы не выходят слова немок: Молодой человек… совсем один, обхватил голову руками… В день похорон отца Эрик выскочил, пнув ногой дверь, в самый разгар церемонии. После похорон Лайф нашел его, но не на кладбище, а у озера за приютом, где отец любил пить кофе по утрам, наблюдая, как птицы ловят разных букашек. Эрик сидел на берегу, обхватив руками голову. Лайф попытался успокоить его, сказал, что все наладится, но брат начал громко кричать: проклинал туристов, которые из-за своей безответственности подвергали смертельной опасности жизни спасателей. Ему нужно было выплеснуть всю боль и злость и найти виноватого.

Если бы Эрик еще был на тропе, они бы уже встретились.

Лайф еще раз внимательно оглядывает местность.

Брата нигде не видно.

Глава 47. Мэгги

Мэгги никогда еще не чувствовала такой смертельной усталости. Мышцы горели от накопившейся в них молочной кислоты. На висках проступили пульсирующие вены. Дыхание сбивалось.

Хелена и Джони шли молча; над ними довлел шлейф только что высказанных обид. Хелена возглавляла процессию. Джони шеренгу замыкала. Невольно вовлеченные в их распри Лиз и Мэгги не проронили ни слова.

Несмотря на усиливающийся ветер, Мэгги обливалась потом. Она сняла рашгард и обвязала его вокруг талии. Усыпанная веснушками кожа рук покраснела. Борясь с напряжением в спине, Мэгги потянулась сначала в одну сторону, потом в другую.

Ее нагнала Джони. Пряди темных волос выбились из-под банданы, понурая фигура и потухший взгляд вызывали жалость. От задора и куража, которыми она заражала зрителей со сцены приюта, не осталось и следа. Перед Мэгги стояла изможденная хрупкая девушка.

– Ты как?

– Я просто дрянь, – покачала головой Джони.

– Не говори так.

– Каждое слово Хелены – сущая правда. Я не приехала проститься с ее мамой, хотя должна была. Про тебя тоже все правда, Мэгз. – На глазах у Джони проступили слезы. – Ты развелась с мужем, а я тебя не поддержала. Подвела.

Мэгги действительно в тот сложный период чувствовала себя всеми покинутой. Но она не имела привычки добивать ногами лежащего.

– Джони, ты была далеко. Я все понимаю.

– Поэтому мне стыдно вдвойне! Стыдно, что я не стала такой же надежной подругой для тебя, как Лиз и Хелена.

Да, неизвестно, где бы сейчас была Мэгги, если бы не девочки. Когда она ушла от мужа, Лиз нашла ей дом, а потом все выходные помогала с переездом. Хелена приехала с огромным запасом еды и двумя бутылками шампанского. «За новую жизнь!» – подняла она тогда тост.

– Мне следовало написать тебе, позвонить, прислать что-нибудь для Фиби… Что со мной не так, а? Дальше благих намерений дело никогда не идет.

Мэгги прекрасно понимала, что Джони живет на полную катушку в своем собственном мире, поглощающем ее целиком и полностью. Пьяного человека мало волнует, что ему утром рано вставать и что голова будет раскалываться от похмелья. Так и Джони, когда подруг нет рядом, забывает об их существовании. И дело даже не в беспечности или эгоизме. Она в этот момент живет в другой реальности, в которой друзьям детства места просто нет.

– У меня… никого, кроме вас. – Слезы бежали по щекам Джони. – А от меня… одни только беды.

– Мы всегда будем рядом, потому что любим тебя.

– Я не заслуживаю вашей любви. Мои поступки… – Джони посмотрела на идущих впереди Хелену и Лиз и осеклась.

– Джони?

– Прости. Собеседник из меня тоже не очень… Думаю, мне надо побыть одной. – Не дожидаясь ответа, она ускорила шаг, и Мэгги осталась одна.

Каменная тропа становилась круче, виляла между валунами и огибала скалы. Из растительности изредка попадались жестколистные травы и островки кустарника. Трудно поверить, но через несколько недель тропа будет погребена под снегом.

Рука Мэгги скользнула в карман и нащупала браслет. Кончиками пальцев девушка перебирала холодные серебряные буквы словно четки.

Мэгги вспомнила, как заблудилась в лесу. Вспомнила ужас, который испытала, осознав, что сбилась с пути, и леденящий душу страх. А потом из тени появился Эрик. От одного взгляда его взирающих исподлобья темных глаз по