Деловая поездка - Джесси Гарсиа

class="p1">Я просто впала в ступор. Несколько дней лежала на кровати, свернувшись клубочком, в номере отеля. Не понимала, как теперь быть. Выйти и заявить о себе – значит признаться в обмане… Но я поняла, что должна это сделать. Ради Дианы. Ни в чем не повинного человека, зарабатывавшего на хлеб нелегким трудом. Она рассказывала, что готовится играть в новой постановке «Золотых девочек», но, пока не начались репетиции, нуждается в подработке.

Так что я вернулась в Сан-Диего, отправилась прямиком в ближайший к отелю полицейский участок и сказала, что хочу поговорить со следователем. И скоро уже, рыдая, признавалась ему во всем. Полиция попросила меня сидеть тихо, пока они не выяснят, что случилось с Дианой; связаться разрешили лишь со считаным числом родных и близких друзей. Не хотели, чтобы известие, что я жива, распространилось и помешало расследованию или каким-то путем дошло до преступников. Когда они наконец раскрыли дело и попросили меня присутствовать при задержании для опознания, я решила: это меньшее, что я могу сделать для Дианы и ее семьи.

Теперь офицер Родригес обернулся ко мне:

– Это она? Та женщина из самолета?

Я снова взглянула на нее. Другие волосы, короткие и черные, и татуировки, которых я не помнила. Но лицо не оставляет сомнений: это Жасмин.

– Да, – ответила я.

Наши взгляды встретились. Я прищурилась. Она тоже. Ярость клокотала у меня в горле, и, не задумываясь, я выпалила:

– Какого черта?! Что мы с Дианой тебе сделали? Ты познакомилась со мной в самолете и начала за мной следить. Украла деньги. Убила Диану. Как ты могла? Что ты за человек?

Она промолчала, лишь повернула голову куда-то в сторону. Проследив за ее взглядом, я увидела неподалеку бирюзовый коттедж с надписью по-испански: «ПРОДАЕТСЯ».

– Неужели все ради этого? Из-за домика на берегу моря? – воскликнула я. – Что за ирония судьбы! Мы с тобой хотели одного и того же. И знаешь что? Пожалуй, могли бы подружиться – где-нибудь в другой жизни, где ты не психопатка!..

Тут вступил офицер Хили.

– Ладно, Стефани. Конечно, у вас есть причины злиться – но, пожалуй, хватит. – Затем он обратился напрямую к Жасмин: – Рейвен сообщила нам, где тебя искать. Она вообще все о тебе рассказала.

– Что-о-о? – вскричала Жасмин. Ее затрясло. – Но как… как вы вышли на Рейвен?

– Хочешь знать, как мы вас обеих раскусили? Ладно, поделюсь профессиональными секретами, – ответил офицер Хили. – Для начала человек, на конференции в Сан-Диего, сидевший с тобой за одним столом, сообщил: кое-что там выглядело очень странно, и, сопоставив все, он понял, что в конференции участвовала не Стефани. Мы стали проверять ее маршрут по документам из аэропортов. Узнали, что на рейсе в Денвер ты сидела со Стефани в одном ряду. Посмотрели, куда полетела дальше – увидели, что в денверском аэропорту ты взяла билет на рейс в Сан-Диего, а там арендовала минивэн с подъемником. И после этого пропала с радаров. О тебе не было ни слуху ни духу, пока во дворе у Трента не обнаружился твой бумажник. Как же ты попала в Атланту? Просмотрев записи с видеокамер из аэропорта Сан-Диего, мы увидели, как на посадку на рейс в Атланту идет женщина, очень похожая на Стефани: та же одежда, такие же волосы. Но от настоящей Стефани мы скоро узнали, что она не покидала Южную Калифорнию. Так все начало складываться. Но по-настоящему ценную информацию подкинул нам парень с пуделем, тот, что сфотографировал вас с Рейвен возле дома Трента. Компьютерные технологии нам подсказали, что на фото не Стефани, а ты. Тем временем твой бывший парень позвонил в полицию Мэдисона и сообщил, что ты можешь быть в сговоре со школьной подругой. Назвал ее адрес и все прочее. Осталось только проследить за Рейвен. Мы тут же обнаружили, что она торгует наркотой и участвует в изготовлении фальшивых паспортов. Рейвен светило от пятнадцати до двадцати лет в федеральной тюрьме; и знаешь что? Не успели мы глазом моргнуть, как она запела канарейкой. Слила все, что о тебе знала.

– Не-е-ет! – простонала Жасмин. Ее уже не трясло – она обмякла в бессилии перед неизбежным. – Та коробка… – добавила она еле слышно, – и рождественская открытка… надо было все сжечь… но как же так? Неужели ублюдки всегда выигрывают?

– Кто еще здесь ублюдок?! – не выдержала я. На мой взгляд, больше всего заслужила такое звание она сама.

Жасмин немного помолчала, хватая губами воздух, а потом ответила:

– Гленн… Трент… Дрейк… моя мать… брат и сестра… «Веселые ребята»… все они выигрывают! И ты – ты тоже! – добавила она, метнув в меня убийственный взгляд.

– Да что я тебе сделала, черт возьми? – в бессильной ярости воскликнула я. – Мы же нормально общались в самолете! Я отвечала на твои вопросы, слушала то, что ты рассказывала…

– Ладно, в самом деле, хватит, – вмешался офицер Хили, стараясь сбросить напряжение.

– У тебя была идеальная жизнь, – прошипела Жасмин. – Этого достаточно! Всю жизнь от тебя требовалось только одно – быть маленькой Мисс Совершенство, верно?

– Но это же неправда! Ты ничего обо мне не знаешь! И кстати, все те «ублюдки», о которых ты говорила… Знаешь что? Они никого не убивали! – выпалила я. – А ты убила!

Несколько секунд она молчала. Затем из груди ее вырвалось рыдание, и она прошептала:

– Наверное, мама была права.

– В чем? – не удержалась я от вопроса.

Офицер Хили бросил на меня предостерегающий взгляд; ясно было, что он вот-вот прервет наш разговор. Жасмин снова судорожно втянула в себя воздух, а затем ответила почти шепотом:

– Когда говорила, что я слишком похожа на отца. Что лучше бы я не появлялась на свет. Что без меня мир был бы лучше.

Я промолчала. Не знала, что на это возразить, – да, честно говоря, и утешать ее совсем не хотелось.

– Где труп? – вступил офицер Родригес. – Где Диана?

Жасмин молча покачала головой.

– Найдем, – сказал офицер Хили. – Понятно, что машину с подъемником ты арендовала неспроста. На видео из «Уолмарта» покупаешь здоровенный чемодан и краску для волос. Ясное дело, положила тело в чемодан и где-то спрятала. Ничего, рано или поздно найдем и похороним по-человечески.

– Ее убил Трент! Вы увидите! Там его ключ и носовой платок! – выпалила Жасмин.

– Где? – спросил офицер Хили, но она снова лишь покачала головой.

– Ладно, Жасмин, пора надевать наручники, – сказал офицер Родригес.

– О не-е-е-ет… – опять простонала она, но никто не обратил на это внимания.

Жасмин бросила последний взгляд на бирюзовый домик на пляже. Всхлипнула, когда наручник защелкнулся на ее левом запястье. А когда второй наручник обхватил правую руку, прошептала так тихо, что слышала